Сумеречный Обелиск
Шрифт:
Мы еще долго говорили. В основном о нашем будущем сотрудничестве. Оказалось, у Волков нет проблем с пропитанием и кормом для животных. Даже есть излишки. Но наблюдается острая нехватка в разного рода железных инструментах. Особенно в оружии.
Работа с металлом у степняков не в чести. Все необходимое они всегда покупали у кальтов горцев. Но привычный мир разрушен и теперь приходится искать новые пути решения проблем.
Короче, результатом нашего ночного разговора, стал наш первый договор о поставке степняками продовольствия, взамен на инструменты и оружие.
Кто-то скажет – мало… Я же отвечу – лиха беда начало!
Глава 12
Следующее утро, когда проводили гостей, решил начать с раздачи, купленного на аукционе. Если честно, очень волнуюсь. Вдруг не получится? И не в деньгах дело. Товары можно снова загнать на аук. С этим проблем не будет.
Переживаю – подтвердится ли моя теория. Если нет – нам можно смело собирать манатки и уходить куда-нибудь вглубь Ничейных земель. Без развития мои неписи рано или поздно будут истреблены либо игроками, либо мобами.
– Дядька Ольд! Деда сказал, что ты привез мне подарок?!
А вот и первая испытуемая. Лия не вытерпела - сама прибежала. За спиной девчонки стоит Хруст, пожимает плечами, мол, ничего не смог поделать, одним словом – дитё.
Лицо, руки и одежда юного дарования, как всегда перепачканы краской. Смешной курносый носик кажется живет собственной жизнью. В изумрудно-зеленых глазах столько счастья и надежды, что руки сами собой торопливо начинают доставать из торбы все купленное ранее.
– Твой дедушка ошибся, - весело отвечаю я. – Не подарок, а подарки.
Пока говорил лицо девочки изменилось несколько раз. Сперва надежда, потом тень разочарования и наконец восторг. Вон как пританцовывает на одном месте.
– Вот держи! – начинаю постепенно доставать художественные принадлежности.
По мере появления предметов, глаза Лии становились все больше и больше. Коробочка с красками и пенал с кисточками были встречены счастливым писком.
Каково же было мое облегчение, когда Лия, немного успокоившись, сказала фразу, собственно после которой я и понял, что мой план даст результаты.
– Дядька Ольд! «Спасибо огромное!» — сказала Лия, держа набор художника, словно великую драгоценность. – Жаль только я не смогу этим всем рисовать…
– Почему же? – задал я вопрос, уже зная ответ.
– Потому, что еще не умею пользоваться такими инструментами… - опустив глаза, сообщила юная художница.
Хруст стоит молча, боясь проронить хотя бы слово. По глазам вижу - ничего не понимает, но откуда-то знает, что все будет хорошо.
– Как же ты рисовала до этого? – поинтересовался я.
– Так это… - Лия торопливо сгрузила подарки на стол и достала что-то из маленького кармашка. – Вот!
– Что это?
– Это мне мама когда-то показала, как рисовать дикую лозу. И записала, вдруг я забуду, какими красками и кисточками надо пользоваться. И какие слова при этом говорить…
– Слова? – а вот это было для меня сюрпризом.
Тут пришел на помощь Хруст:
– Наговор это древний… Жена моя, ныне покойная, от бабки получила. Затем свою дочку научила, а та уже и своему дитю науку передала…
Хм… вот оно значит, как… Хитро… Профа с двойным дном… Мало нарисовать – еще и заговорить надо. Этот момент я как-то пропустил. Ну, мне простительно… Тут в этих профессиях сам черт ногу сломит… В следующий раз буду знать, что искать…
– Лия, не переживай, тот купец что продал мне твои краски дал мне вот это, - сказал я, доставая пять листков, свернутых трубочкой и перетянутых светло-зелеными лентами.
Девочка дрожащими руками взяла свертки и начала медленно разворачивать каждый.
Вот он момент истины… Любопытно, кто больше волнуется? Лия и или я?
Прошли томительных пять минут и закончившая чтение девочка, наконец, подняла на меня глаза.
– Что скажешь? – стараясь держать себя в руках, спросил я.
– Это эскизы, - ответила она. – Похожие на тот, что дала мне мама – только лучше и красивее нарисованные. Их очень легко повторить. Я теперь смогу такие же рисовать. И слова легко запоминаются.
Да! Да! Да! От счастья мне хотелось прыгать и улюлюкать! Но приходилось сдерживаться – еще испугаю ребенка. У меня получилось! Мы идем вперед навстречу прогрессу!
Стоп! Не понял…
– Какие еще слова? – быстро спросил я.
– Похожие на те, которые я уже знаю. После маминого наговора мой рисунок защищал и делал вещь крепче.
Супер! Значит наговор идет в комплекте неразрывно с эскизом. Фух… Одной головной болью меньше…
– А что с этими эскизами?
Девочка стала показывать пальчиком и объяснять:
– Если нарисую этот орнамент на дедовой телеге – она станет быстрее.
Вижу, как широко раскрылись глаза Хруста.
– С теми листиками на молотке – деда будет ловчее попадать по гвоздям и скобам. А вон те цветы на стенах шатра добавят тепла холодными зимними ночами…
Мда… Блеск! Великолепно!
– Огромное вам спасибо, дядя Ольд! – весело смеясь крикнула маленькая художница и выскочила в припрыжку со всеми своими сокровищами прочь из шатра.
Надо не забыть объявить всем, чтобы никто не препятствовал ребенку. Пусть рисует где хочет и на чем хочет. Пускай тренируется.
С Хрустом разобрался тоже быстро. Вручил ему инструменты, чертежи и кое-что из материалов. Тот долго благодарил за себя и за внучку. Затем мы пожали друг другу руки, и он поспешил в мастерскую начинать испытывать новые знания на практике.