Шрифт:
Чёрный квадрат
Очень трудно найти в тёмной комнате чёрную кошку, особенно если её там нет!
Понедельник, как обычно, числился в рабочем графике шестьдесят первого президента США Джона-Абдуллы эль Саида Оглы днём приёма посетителей. И Джон-Абдулла понедельники по-своему любил, чувствуя себя в отдельные моменты беседы с рядовыми соотечественниками особо важной персоной.
Но именно в этот понедельник – не задалось с самого утра. И, не задавшись, покатилось под горку, нарушая регламент, деловую среду, политическую ситуацию и, возможно, покушаясь на Конституцию великой страны.
А всё началось с утреннего заявления губернатора штата Техас Патрика Ванн дер Ына, давнего политического противника президента, о результатах тайного голосования техасцев, разделившем штат на две автономии. Часть Техаса оставалась в составе United States, а другая часть, с новым правителем Ван дер Ыном, – обретала независимость.
И первым о свершившемся факте президенту сообщил не кто-нибудь, а сам Ван дер Ын, подлый сепаратист, в неприлично раннем звонке на портативную систему засекреченной государственной связи, оснащённой (видимо, на случай подобных звонков) встроенным фильтром речи под названием Anti-Fuck, заглушающим в разговоре ненормативную лексику, или, говоря попросту, нецензурную брань, заменяя её нейтральным комментарием с указанием негативного градуса произносимых выражений.
– Это квартира президента когда-то Соединённых Штатов Америки Джона-Абдуллы эль Саида Оглы? – ехидничая, начал Ван дер Ын. – Говорит президент независимой отныне территории Техаса! Спишь до сих пор, гарант Конституции? Выгляни в окно, ты… («Неприличное выражение!» – моментально вмешался роботизированный комментатор фильтра Anti-Fuck, закрывая своим возгласом грязное ругательство Ван дер Ына). Там у тебя государство на половину штата уменьшилось!
– Что-о-о? – завопил моментально утративший сон Джон-Абдулла. – Ты же клялся и божился засунуть свои амбиции в… («Неприличное выражение!») и до следующих выборов сидеть тихо, как… («Неприличное выражение!»). Немедленно отмени! И, может быть, мы тебе всё простим!
Выслушав «яркую» речь президента, Ван дер Ын в долгу не остался:
– А не пойти ли тебе со своими советами в… («Неприличное выражение!»). Техас – это только первый шаг, запомни! Пока ты за бюджетные деньги свою… («Неприличное выражение!») наедал, я тем временем… («Неприличное выражение выше среднего!») не торговал, а думал и соображал!
Джон-Абдулла, что называется, за словом в карман не полез и, разразившись саркастическим смехом, парировал:
– Ты не торговал? Ты?.. Да ты готов за деньги, не раздумывая… («Неприличное и двусмысленное выражение!») и даже… («Очень неприличное выражение!»). Так-то вот!
Ван дер Ын в красноречии не уступал:
– Ты для начала в зеркало взгляни, хотя, кроме… («Очень неприличное выражение!»), ты не увидишь там ничего! Я же обвёл тебя вокруг пальца, как… («Более чем неприличное выражение!»). И ты после этого – самый настоящий политический труп!
Но и Джон-Абдулла тоже не сдавался:
– Рано радуешься! Я всё равно тебя достану! Будешь ты… («Очень неприличное выражение!»), а жена твоя и дочь за пару долларов… («Более чем неприличное выражение!»).
На переговорных аппаратах Ван дер Ына и Джона-Абдуллы замигали красные индикаторы перегрузки и взвыли монотонные сирены фильтра Anti-Fuck, предупреждающие о принудительном прекращении диалога. Затрещала глушилка речи, но неугомонный Ван дер Ын успел крикнуть своему сопернику последнее пожелание, прежде чем связь прервалась:
– Ты сначала сам… («Крайне неприличное выражение!»), а потом и поговорим…
А через час на имейлы персональных носителей информации пришли письма, обязательные к прочтению для всех граждан США. На тему состоявшейся беседы первого лидера страны и лидера новой автономии, договорившихся о «…демократической процедуре выхода части штата Техас из состава США, согласно волеизъявлению граждан…», «…нерушимом соблюдении Конституции…», «…сохранении между ныне суверенной частью Штата Техас и основным Государством США дружеских отношений…» и «…необходимости теснее сплотить ряды граждан великой нации!».
По сути, государство давно не соответствовало своему историческому названию – Соединённые Штаты Америки. Где уж там! Пора было переименовываться в Разъединённые Штаты! А как ещё в самом деле можно называть осколок державы, бывшей когда-то могущественной и господствующей во всём мире. А ныне, в реальности, сохранившей в своём составе из максимальных пятидесяти штатов – всего пять, возглавляемых по-прежнему старинной американской столицей, носящей имя великого некогда президента Джорджа Вашингтона.
И ведь в предвыборной гонке Джон-Абдулла обошёл почти на тридцать процентов баллотировавшегося вместе с ним в президенты Ван дер Ына исключительно за счёт клятвенного заверения – в ходе своего президентства вернуть не менее двух штатов в состав Америки. Тогда, на голосовании, народ Америки, воспламенённый патриотическими мечтами, выбрал из них двоих Джона-Абдуллу, за что Ван дер Ын, дождавшись удобного случая, так подло отомстил.
А значит, на предстоящих выборах Джону-Абдулле о следующем сроке президентства можно было и не мечтать.
Потому-то голова у Джона-Абдуллы от происходящих с раннего утра событий шла кругом, на душе скребли самые отвратительные кошки, и тратить рабочий день на беседы, когда необходимо было решать важнейшие экономические вопросы страны, представлялось нецелесообразным.
Да, да! Именно экономические! Дело в том, что штат Техас давал неплохой доход в государственную казну, обеспечивая практически пятьдесят процентов бюджета. Почти весь Техас являлся парком-музеем, реконструкцией Дикого Запада, положившего начало государству. Как ни странно, весь этот ковбойский антураж пользовался большим спросом у туристов из стран Океании, путешественников с Африканского континента, а также у эскимосов и чукчей, привлекая их своей экзотикой и поражающими воображение цивилизованных народов невежеством и варварством первых устроителей Америки.