Чтение онлайн

– Поставь ее в профиль – не видно будет… И нахалка к тому же!

– Просто она умеет за себя постоять, наверно, вы ее обижали…

– Да уж не целовали… Три дня как знакомы, и вот те – замуж!

– Что? – закричала Марина Петровна. – Кто замуж?

– Ваша современная Наташка за моего дурня!

– Замуж?

Марина Петровна стала сползать со стула, шумно хватать губами воздух.

Серафима Ильинична вскочила и подхватила гостью:

– Вам что, плохо?

– Ничего особенного, – с трудом ответила Марина Петровна, – просто сердце останавливается.

Серафима Ильинична занервничала:

– Сейчас я валокордин накапаю. Что ж вы при слове «замуж» брякаетесь? Значит, если просто так, то можно вертикаль держать, а по-моему, если просто так переночуют в машине или где попало, это хуже. – Серафима Ильинична кончила капать лекарство. – Выпейте!

Но Марина Петровна не подавала признаков жизни.

– Эй! – повысила голос Серафима Ильинична. – Как вас зовут? Очнитесь! Вы что ж это такое делаете?

– Умираю от горя, – тихо призналась Марина Петровна.

Ехало по Новгороду такси «НОВ 41-41. За рулем бородатый Вася, рядом Наташа.

Возле тротуара голосовала женщина с авоськами. Была она маленького роста и, голосуя, подпрыгивала.

Вася подъехал к тротуару.

– На Московский закинешь?

– Садитесь!

Женщина полезла в машину. Вася включил счетчик.

– Что ж это ты мухлюешь? Пассажирку везешь, а счетчик-то невключенный?

– Это практикант, – сказал Вася.

Как всегда, откуда-то из небытия возник милиционер и повелительным жестом приказал Васе остановиться.

– Сейчас он тебе покажет практиканта! – возликовала добрая женщина. – У них на мухлеж чутье!

– Он решил, – Вася покорно притормозил, – что я вез пассажира, а по пути подсадил еще одного. Они к этому вечно вяжутся, хотя мы имеем на это полное право!

Прежде чем Вася собрался выйти из машины, Наташа уже выскочила из нее и бежала к милиционеру.

– Боевая девка! – одобрительно сказала пассажирка. – Станет на такси работать – дачу купит!

– Я буду разговаривать только с водителем! – строго предупредил постовой.

– Нет, со мной! – решительно возразила Наташа. – Я люблю этого водителя, и я приехала к нему из Москвы всего на один день. А он, как назло, работает. И я всю смену буду ездить с ним. Если бы я любила вас и приехала бы из Москвы к вам, я бы всю смену торчала рядом с вами посреди мостовой! Как тебя зовут?

– Витя! – растерянно ответил молоденький милиционер.

Наташа уже бежала обратно к машине. Вася быстро отъехал.

– Что ты ему наплела?

– Пообещала на свидание прийти!

– Пока ты с ним калякала, – сердито сказала пассажирка, – на этом сумасшедшем счетчике наколотило тридцать две копейки. Я их вычитаю. И чаевых тоже не будет. Я вот на фабрике работаю, мне никто на чай не кидает! Стоп! Прибыли!

Борис Иванович появился в новгородском таксопарке, спросил вахтера:

– Где у вас начальство?

– Начальства у нас с перебором!

– Мне бы узнать адрес водителя!

– Вона, два шага, отдел кадров, они с удовольствием, им все одно делать нечего… Разве бумагу жевать… – популярно разъяснил вахтер, у которого был, очевидно, приятный характер.

В отделе кадров Бориса Ивановича встретили настороженно.

– Мне бы адрес вашего водителя, зовут Василием, борода у него!

– А зачем? – нахмурилась кадровичка. – Если жалоба, пишите заявление, мы разберемся.

– Мне нужно его повидать.

– А зачем? – повторила кадровичка. – Отказался вас везти, требовал чаевых?

– Дайте мне адрес, пожалуйста! – настаивал Борис Иванович.

– А зачем? – Кадровичку было не прошибить. – Может, вы что оставили, позабыли в машине?

– Оставил… – усмехнулся Борис Иванович. – Но не позабыл!

– Что именно?

– Дочь! – коротко ответил Борис Иванович.

– Позабыли в машине ребенка, – поняла кадровичка. – С мужчинами бывает. Сколько ребенку месяцев?

– Восемнадцать лет. Дайте адрес. Я тихий, дайте адрес, я из Москвы приехал, дайте адрес! Я нервный, я ваш таксопарк на части разнесу, дайте адрес – зовут Василий, и с бородой!

– А зачем? – Кадровичка скрестила руки на груди, всем своим видом показывая, что идти в атаку на отдел кадров бессмысленно.

Вечером Яков Андреевич возвращался с работы домой. Но стоило ему открыть ключом дверь, как Серафима Ильинична опрометью бросилась навстречу и загородила дорогу:

– Тсс!

– Что случилось? – шепотом осведомился Яков Андреевич.

– На нас свалилась мама!

– Чья мама? Откуда свалилась?

– Ну, мамочка, мамаша этой, вчерашней…

– Васиной вертихвостки? – догадался Яков Андреевич.

– Для тебя вертихвостка, а для нее любимая дочь!

– Сейчас я ее вышвырну! – Яков Андреевич решительно отвел жену в сторону и зашагал в комнату.

Жена побежала следом:

– Не вышвырнешь, она цепучая!

Яков Андреевич увидел Марину Петровну, которая лежала на диване, завернутая в плед, и читала журнал. Яков Андреевич вырвал у нее журнал:

– Я вижу, вы здесь разлеглись надолго!

– А вы, оказывается, грубиян! – спокойно парировала Марина Петровна. – Пока не вернете дочь, вы меня с этого дивана трактором не стащите!

– Я ее искать не нанялся!

– Поскольку именно вы выгнали ее на улицу! – все так же спокойно произнесла Марина Петровна.