Чтение онлайн

Андрей поднял ладонь.

— Тихо, — сказал он, глядя парню в глаза и медленно приближаясь. — Спокойно. Дай это сюда.

Юноша, загипнотизированный взглядом Андрея, стоял столбом.

— Не нужно бояться, — с мягкой улыбкой сказал Андрей. — Я не причиню тебе вреда. Дай пистолет. Вот так.

Геша сам не понял, как оружие оказалось в руке Андрея.

— Так. Теперь я считаю до десяти. На счет «десять» стреляю.

Андрей начал медленно отсчитывать, насмешливо глядя на Гешу. Тот застыл на месте. Не верил в свое счастье. И лишь когда Андрей угрожающе произнес «три», проскочил мимо него и выбежал из квартиры.

Андрей вернулся в прихожую. Устало взглянул на мертвые тела. Перевел взгляд на Инну.

— Все кончено.

— Зачем ты это сделал?

Они молча смотрели друг другу в глаза.

— Потому что это доставляет мне наслаждение. Потому что я их ненавижу.

Он помолчал.

— Ты жалеешь? Посмотри на себя.

Инна рассмотрела в зеркале свое изуродованное лицо. Повернулась к Андрею.

— Я просто не знаю, смогу ли теперь жить в этой квартире.

— Сможешь. Потому что такова жизнь, — Андрей с угрюмой печалью взглянул на трупы. — Нигде от этого не скроешься.

Инна смотрела на мертвые тела. В ее сердце проникла тоскливая безнадежность.

— Теперь ты убьешь меня? — девушка горько усмехнулась. Она сидела на полу, прижавшись спиной к стене. Голова Никого находилась прямо между ее расставленных ног.

— Нет.

Андрей достал из кармана носовой платок. Обошел квартиру, стирая отпечатки пальцев. Инна поднялась, наблюдая, как он протирает платком ручку на двери ванной.

— Значит, тебя не убили, — пробормотала она.

Андрей покосился на нее.

— Что? Конечно, нет. Меня так просто не убьешь.

— Кто ты? Откуда?

Андрей покончил с дверной ручкой, взял с пола пистолет, который отнял у Геши. Начал протирать рукоятку.

— Я был солдатом. Служил в спецотряде. Что это был за отряд и какие задачки выполнял — этого я тебе не скажу. В целях твоей безопасности.

Нас было сто пятьдесят добровольцев. Из нас делали сверхлюдей. Нас учили убивать. Это был ад. Многие не выдерживали — резали вены или сходили с ума.

Я был не такой, как все.

— В каком смысле?

Андрей задумался.

— Вне поля боя, в казармах мы были обычными людьми. Жили в лесной хижине, вдали от цивилизации. Смотрели телевизор, играли в карты, врали о любовных похождениях, которых никогда не было. Но когда нас пускали в дело, мы превращались в идеальных убийц. Нас вводили в транс, потом звучало кодовое слово, перед носом щелкали пальцами. Но мы просыпались не сразу. Нас сажали в грузовики и везли в пункт назначения. Дорога обычно занимала минут пятнадцать-двадцать. И за это время, наверное, от тряски, мы просыпались. Другими людьми. Превращались в чудовищ. Мы уничтожали все живое на территории указанного объекта.

Андрей помрачнел.

— После боя мы ничего не помнили. Не помнили, что сотворили. Ночью нас иногда мучили кошмары, но и все на этом.

И однажды во мне произошел сбой. Не знаю, в чем причина. Может, в том, что я плохо спал накануне, может, я забыл принять таблетки, которыми нас постоянно пичкали. А может, я просто плохо поддаюсь гипнозу.

Взгляд Андрея стал туманным. Инна с удивлением увидела в его глазах слезы.

— Что произошло? — тихо спросила она.

Андрей через силу продолжил:

— Прямо посреди боя я очнулся. Этого не должно было произойти.

Я стоял, весь испачканный кровью, в гостиной двухэтажного загородного дома. Вокруг бушевало пламя, горели занавески, в воздухе стоял запах гари. Все мое тело было в ожогах. Автомат раскалился докрасна и до кости прожег мне ладонь, но я не чувствовал боли.

Я огляделся. Телевизор разбит, все, что можно, разворочено.

На полу у моих ног в луже крови лежали трупы. Муж, жена и маленький мальчик лет пяти. Это я убил их. Мозги мальчика разбрызгало по всей комнате.

Я упал на колени и заплакал. Огонь уже пожирал мебель, рушился потолок. Дым заполнял комнату. Я решил, что не достоин жить.

И тут закричала девочка. Наверху, в одной из комнат на втором этаже. Я бросился вверх по лестнице, нашел ее. Еще минута, и огонь добрался бы до нее. Я взял девочку на руки. Вынес из дома. Я нес ее через огонь, через ад боя, вокруг бегали убийцы, такие же как я. Орали, стреляли, взрывали, выпускали друг другу кишки, душили, зубами грызли глотки. Я бежал с поля боя, я предавал своих товарищей, любой из которых был готов отдать за меня жизнь. Рядом гибли десятки людей, а я спасал одну-единственную маленькую жизнь, до которой никому не было дела. Девочка прижималась ко мне, вцепившись слабыми ручонками в камуфляжную куртку. Она уткнулась лицом мне в шею, чтобы не видеть крови и трупов, плакала и звала маму. «Где моя мама? Найди мою маму!». Ее мама валялась на полу, пробитая пулями, через нее можно было макароны проворачивать, а к тому времени огонь превратил ее в пепел.

И вот я с этой девочкой на руках прибегаю к своим командирам. Видела бы ты их лица! Отец девочки был чечен, а мать — русская, и она, внешне чеченка, на чистом русском говорит: «Я хочу маму. И писать». Они не думали, что там, среди врагов, есть мирные люди, есть дети.

Андрей прошел мимо Инны, вложил пистолет в руку Никого, а его пистолет взял себе и сунул за пояс джинсов.

— Меня должны были посадить за дезертирство. А может, пристрелить где-нибудь в глухом лесу. Но они этого не сделали. Я был лучшим. Меня отправили в штаб, пичкали лекарствами, проводили тесты, ставили эксперименты. Результаты показали, что я в норме, программа работает. Но я просто притворялся. С того момента я никогда не терял своего «Я». Эта девочка что-то сломала во мне. Я вышел из-под контроля. В бою я больше не впадал в безрассудную ярость. Действовал хладнокровно и обдуманно. Не убивал женщин и детей, и стрелял в своих товарищей, если они делали это. Я уже не мог быть солдатом. И не мог сбежать или сесть в тюрьму. Я был подопытным кроликом секретного эксперимента, о котором знали только президент, министр обороны и несколько генералов. Живым выйти из эксперимента я не мог. Мне пришлось обучиться трюку под названием «мертвая собака».

Андрей усмехнулся.

— И что дальше? — спросила Инна.

— Я сбежал. И оказался в ловушке. Во внешнем мире я был никто, и не было никаких шансов начать новую жизнь. Я должен был все время прятаться. Я не мог работать, создать семью, завести детей. И жить, как будто ничего не было, не мог тоже. Такое не забывается. Все, что я умел — убивать. Нас, участников эксперимента, называли «ангелами смерти». Все, что я знаю — как убивать эффективно и с толком.

Я встретил одного бизнесмена, который создал религиозную организацию. Я знал, что его деятельность — прикрытие финансовой пирамиды. Мне было плевать. Я стал партнером Кривицкого. Мы ездили по городам и весям, пудрили народу мозги. Здесь, в Новгороде, к нам присоединился Павел. Глупый, наивный идеалист. Он верил, что мы помогаем людям. Но он изменил мою жизнь. Дал мне толчок. Я видел, что он обладает мистической силой. Он совершил чудо. Павел не участвовал ни в каких экспериментах, но был так же силен, как и я. Таких людей в истории человечества было, наверное, не больше десяти. Я презирал его и ненавидел. «Почему», думал я, «это ничтожество обладает такой силой, какой у меня никогда не будет?» И лишь спустя годы понял, в чем секрет его силы. Он способен любить. Я мог только ненавидеть и убивать.