Судья и палач
Шрифт:
— И уголовный розыск! — вставил слово Рома Лозовой.
Только этот патриотический порыв не был оценен должным образом. Степан очень многозначительно посмотрел на него. Не лезь поперед батьки…
Скоро стало ясно, что дверь не откроется. Даже если за ней кто-то есть.
— Хорошая дверь, — примериваясь, сказал Марков. — Так просто не собьешь…
— И окна бронированные, — добавил Кулик.
— А ты откуда знаешь? — спросил Степан.
— Так это, Змееныш говорил. А я разве вам не сказал?
— А еще что он тебе говорил?
— Ну это, про воздуховод, по которому он в квартиру влез…
«Воздуховод?!»
— А если Шлыков по этой шахте вниз дернул?..
Не в каждом доме есть воздуховод, по которому может в квартиру влезть человек. Но в этом был. И Шлыков, точно, о нем знает.
— Куда он выходит? — встрепенулся Марков.
— Наверное, в подвал…
— Пошли…
Собровцы остались стеречь дверь. С ними Лозовой и опер-руоповец. Остальные спустились вниз.
Вход в подвал держал под наблюдением здоровенный спецназовец. Даже Федот не смотрелся рядом с ним.
— Никто отсюда не выходил? — спросил его Марков.
— Да выгнали одну…
— А ну-ка давай обо всем по порядку…
— Да двое наших подвал прошерстили…
— И?..
— Да бомжиху какую-то вытащили… Воняло от нее. Хоть нос заклеивай…
— И где эта бомжиха?
— Как где? Я же говорю, выгнали…
— Досмотрели?..
— Так воняло… Да и что взять с нее? Так, падаль…
— Давно это было?
— Да только что… Наверное, далеко еще не ушла…
— Бегом за этой бомжихой. Найти и сюда…
Подполковник Марков для собровцев авторитет — этот громила не просто отправился, а метнулся исполнять его распоряжение.
— А правда, воняет, — заметил Степан, когда они зашли в подвал.
— Ага, бомжатиной! — подал голос Федот.
— Синтетика, — уверенно заявил Марков. — Князев! — Это он своему оперу. — Бегом за бомжихой….
Теперь он был уверен, что эта бомжиха была искусственной.
— Комов, Савельев…
И Степан принял решение усилить группу по розыску «бомжихи».
— Ну что, пошли дальше?
В подвале остались только он, Марков и Кулик.
— Да, конечно… — кивнул Николай.
Из шахты воздуховода, по которой можно было забраться в квартиру Шлыкова, свисала толстая веревка. Под ней свежие следы.
— Опоздали, — досадливо поморщился Марков.
— Хорошая веревка, — заметил Кулик. — В специальных перчатках по такой влет спустишься. Как на скоростном лифте…
С этими словами он и ухватился за веревку.
— Идиот! — взревел Степан.
И мощным ударом сбил его с ног. Другой рукой он потянул за собой Николая. Все втроем они распластались на грязном полу.
— Командир, ты чего? — удивленно протянул Кулик.
— А вот рвануло бы сейчас, было бы тебе чего, — ответил за Степана Марков. — Радуйся, что обошлось…
Саня все понял. И когда они выходили из подвала, Степан заметил, как внимательно он смотрит себе под ноги.
…Герман провел всех.
Процесс гримирования занял ровно пять минут. У него было все необходимое для этого. В завершение он выдавил на себя целый тюбик специальной мази. Завоняло до рези в глазах.
Из-за этой мази пришлось брать с собой два флакончика: один с жидкостью нейтрализации запаха, второй с аэрозолью, чтобы сбить со следа собаку
Страховочные веревки, которые остались после вора, Герман снял уже давно. Взамен он закрепил специальную веревку, уложил ее в нишу. Там же лежали и перчатки.
Перчатки на руки, веревку вниз на всю длину, грязную клеенчатую сумку с «ноутбуком», пакетом с «адскими машинками» и чистой одеждой за спину, и вперед. Вернее, вниз. Спуск занял ровно полминуты. Пролетом через девятнадцать этажей — головокружительное ощущение.
Едва он оказался в подвале, как услышал вдалеке чьи-то голоса. Он мигом подался к трубам и лег под них. Через минуту его толкнули ногой.
— Ну и вонища! — затыкая нос, сказал дюжий собровец в бронежилете и с автоматом.
— А ну пошла отсюда, тварь! — рявкнул на Германа второй.
Спецназ прибыл к его дому за мужчиной. Поэтому он загримировался под женщину. Под бомжиху. И его расчет оправдался.
Собровцы действовали грамотно. Подвал прочесали. Как будто знали, что он мог спуститься сюда по шахте воздуховода. Но все же они остались с носом.
Они прошли серьезную школу боевой подготовки. Их учили высококлассные инструктора, выжимали все соки на занятиях по специальным дисциплинам, гоняли до седьмого поля по полосам препятствий, по полигонам. А Германа не учил никто. Он самоучка. Но уровень его профессионализма выше. И он еще раз в этом убедился.
Он вышел из подвала, наткнулся еще на одного спецназовца. Выше двух метров ростом, геркулесовы плечи, рожа два на два. Шкаф самый натуральный. Только мозгов маловато.
— Стой! Куда? — Его чуть не стошнило от ароматов, которые источал Герман.
— Да выгнали…
— И правильно сделали. Давай проваливай, да быстро…
Спецназовец, наверное, облегченно вздохнул, когда Герман исчез из виду.
Видеться с ним больше не хотелось. Но пришлось.
Герман зашел в подъезд дома в соседнем дворе. И тут вдруг, откуда ни возьмись, появился этот громила.
— Ну вот, попалась, — сухо сказал он.
Сейчас спецназовец напоминал тот самый заведенный механизм, в режиме которого он обращался с преступниками. Его уже не тошнило от вони. Казалось, он ее вообще не замечал. На Германа смотрели безжизненные глаза робота. Абсолютно никаких чувств.