Судьба
Шрифт:
«Он на дне!» — крикнула она.
Хамарамис дернул веревку, подавая сигнал, что освободился от сбруи. Ее вытянули наверх, и каждый их трех воинов по очереди спустился вниз. Виксона должна была идти последней.
«Удачи», — улыбаясь, произнес Беседующий.
Она смущаясь поблагодарила его. Ей казалось странным, что именно он проявил доброту. Беседующий являлся главой всех писцов, но не похоже было, чтобы он хоть немного был сердит на нее. Возможно, имея в женах Львицу, он привык к компетентным женщинам.
Так как ей нужны были обе свободные руки, чтобы делать записи и рисунки, у нее не было факела. Слепой спуск сквозь чернильную тьму не был приятным. Скрип медленно вращавшейся веревки лишь добавлял зловещего ощущения. Виксона поглядела вниз между ног. Двигавшиеся огоньки означали, что воины уже исследовали туннель при помощи своих факелов. Виксона надеялась, что кто-нибудь будет ожидать ее, когда она достигнет дна.
Ее ноги коснулись твердой поверхности, но, не успев напрячь колени, Виксона растянулась на спине. Она быстро освободилась от сбруи, и обеими руками дернула за веревку, давая понять, что она на месте.
Появился горящий факел. Он осветил лицо генерала Хамарамиса. — «Ты в порядке?»
Девушка встала, морщась от жесткого приземления. — «В порядке, благодарю вас».
Он оттянул сбрую в сторону и оставил ее на полу, по-прежнему прикрепленной к крюку. Виксона изучала окружающее пространство.
Они находились в круглой комнате с единственным ведущим прочь туннелем. Виксона отметила, что этот туннель вел прямо на запад.
«Откуда ты знаешь его направление?» — спросил Хамарамис.
Она пояснила, что подъемный механизм был установлен с четырьмя опорами, выровненными по сторонам света. Отметки на веревке были сделаны с южной стороны. За время ее спуска веревка сделала шесть полных оборотов. Исходя из нынешнего положения отметок, туннель должен был вести строго на запад.
«Ты все это заметила?»
Она моргнула, удивляясь его удивлению. — «Это мой долг замечать», — просто ответила девушка.
Крик из туннеля заставил Хамарамиса вытащить меч и побежать к устью прохода. — «Держись за мной», — предупредил он. Виксона заверила его, что не горит желанием быть первой.
Они догнали троих воинов через тридцать пять метров. Виксона вслух прикинула расстояние, отчасти чтобы отвлечься от тяжело бьющегося сердца.
Воины стояли у поперечного туннеля (по словам Виксоны, шедшего с северо-востока на юго-запад). Они заметили одиночную фигуру, метнувшуюся сквозь отверстие при их приближении. Сперва захотев ринуться в погоню, они передумали и подняли тревогу.
«Правильное решение», — сказал Хамарамис. — «Слишком рискованно преследовать неизвестного. Он мог оказаться призраком».
Во время этого обмена Виксона быстро что-то писала. Она притянула факел Хамарамиса ближе к своей странице, чтобы лучше видеть, что записывает. Пламя колыхалось и потрескивало. Здесь был сквозняк, и он шел не из шахты, через которую они вошли, а из поперечного туннеля.
«Что вы думаете об этих рисунках?» — взахлеб спросила она.
Прежде чем поставить себя в неудобное положение, сказав «каких рисунках?», Хамарамис увидел их. Стены были покрыты фресками, выполненными в блеклых тонах. На стене перед ними был изображен отряд эльфийских воинов на грифонах и лошадях.
«Это Балиф», — сказала Виксона. Воины, поглощенные поиском в темноте признаков опасности, не обратили на нее внимания, но Хамарамис сделал ей знак продолжать. — «На этой картине изображен Балиф, ведущий армии Сильваноса Золотоглазого на поле Хайберии».
Она не спросила, знал ли он детали этой истории, а просто пустилась в пояснения. Некоторые кланы в западных провинциях Сильванести отказались признать Сильваноса своим сюзереном. Небольшие отряды воинов были направлены исполнить волю Беседующего, но один за другим попали в засады и были уничтожены. Беседующий Сильванос послал лорда Балифа с королевской армией подавить мятеж. Балиф разбил смутьянов. На лесной поляне, прозванной Хайберией, непокорные западные эльфы дали клятву верности вассала Беседующему со Звездами. Это сражение стало одним из величайших триумфов Балифа.
Очевидно, последующие поколения позабыли это. Хамарамис явно был поражен. — «Ты имеешь в виду, эльф дрался с эльфом?»
Она кивнула. — «Сотни погибли. В результате, западный лес был поделен на военные округа, каждый со своим собственным гарнизоном. Общество Коричневых Капюшонов, которое, как полагал Беседующий, стояло за восстанием, было безжалостно подавлено».
«Коричневые Капюшоны?»
«Лига сельских священников и диких магов. Самым знаменитым из Коричневых Капюшонов был Ведведсика».
К этому времени все воины уже слушали. Они смотрели на молодого писца с новым уважением.
«Откуда ты все это знаешь?» — спросил Хамарамис.
«Я — писец. Я читаю».
Сквозняк усилился, заставляя воинов заслонять факелы своими телами. Хамарамис обдумывал их следующий маршрут. Юго-западное крыло поперечного туннеля уведет их под лес, прочь от лагеря. Северо-восточное вело прямо к круглой каменной платформе. Хамарамис подумал, что, возможно, если система туннелей имеет центр, скорее всего его можно обнаружить под этой огромной платформой, главной характерной чертой долины.
Они колонной направились на северо-восток, бриз дул им в спины. Впереди шел Хамарамис, за ним двое воинов, затем Виксона и, наконец, замыкавший воин. Виксона продолжала считать шаги, измеряя длину туннеля, по которому они двигались. Они прошли примерно с милю, когда внезапно ветер усилился. У одного из воинов, слишком небрежно державшего свой факел, его вырвало из руки. Пылающий факел запрыгал вперед них на значительное расстояние, посылая сноп искр при каждом ударе. Наконец он ударился о стену и остановился. При его свете они увидели находившуюся на полу в затруднительном положении фигуру.