Чтение онлайн

Колдунья до появления дочери барона готовила на раскалённых камнях жареную рыбу. Редкий день не имела она вкусного ужина. Немолодой ухажёр был отличным рыбаком, и лишь его пристрастие к веселящим кровь напиткам оставляло иногда старуху наедине с постной едой. Знахарка так привыкла к обществу добродушного балагура, что без него и не хотела заниматься стряпнёй. Даже богатый выбор домашней живности не прельщал хозяйку. Она обычно, оставшись в одиночестве, ложилась спать натощак. Если бы кто-нибудь сказал колдунье, что поздняя любовь прокралась в её сердце, то она высмеяла бы наглеца. Дочь барона, увидев в дальнем углу зазнобу пожилой женщины, не торопилась с выводами. Архелия проделала дальний и опасный путь ради своей лучшей подруги, об этом она и собиралась говорить.

– Здоровья вам! С первым снегом! Добрались-таки мы наконец.

– И вам добра! Что привело ко мне опять? Надеюсь, ничего страшного не случилось с моими девочками?

– Все живы, хвала богам! Вот только не все целы…

– Что произошло? Уж не Хельга ли моя хорошая пострадала… Чувствую, что она. Говори, не тяни, – колдунья заволновалась.

В ответ Архелия утвердительно покачала головой.

– Ох, как же я не хотела отпускать её от себя! Для неё ли такая жизнь? Хрупкая, милосердная…

– Я знаю её с другой стороны: прекрасная охотница, верный друг и… настоящий воин.

– Рада видеть, что дружба ваша взаимная. А вот в наши края-то попадать тебе не следует. Все с ума сошли будто! Ищут тебя и люди герцога, и доносчики Хозяина. Как волки рыщут.

– Помоги Хельге! Для меня она всё! Главное, чтобы ты согласилась пойти со мной, потому что сюда нам всем не добраться незаметно. Хельга упала с лошади, теперь её спина ноет постоянно. Боль мешает даже ходить! Отправишься ли ты в дальний путь? Уйдёшь надолго жить к нам?

Знахарка опешила. Пожилой ухажёр, до сих пор тихо сидевший и терпеливо слушавший речь воинственной посетительницы, выразительно округлил глаза.

– Как же я дом брошу? Хозяйство?

– Может, ты присмотришь? – Архелия посмотрела поверх колдуньи на старика.

– Нет, нет… Так решать нельзя. Садись, подкрепись с дороги. Расскажи всё по порядку.

– Я не одна. Со мной приехала ещё девушка. Она ждёт снаружи.

– Так позови её.

Архелия вышла и направилась к лошадям, где надеялась найти свою спутницу. Ортрун, устав с дороги, прилегла на сено под навесом рядом со своим гнедым другом да так и уснула. Конь недоумённо прядал ушами и щипал сухую траву прямо возле бока закутавшейся в плащ девушки. Дочь барона понимающе улыбнулась и оставила дремлющую разбойницу в покое. Она накрыла её дополнительно накидкой из шкур, служащей им в пути и постелью, и одеялом. Потом девушка занялась своей любимицей Бабочкой и конём подруги. Пока она заботливо распрягала подопечных, подбрасывала свежего сена и носила воду, до неё доносились возбуждённые голоса: хозяева спорили. Бывший приходящий ухажёр, видимо, прочно обосновался в добротном жилище под заботливым крылом знахарки и ни за что не хотел отпускать своё счастье даже ненадолго. Мысль о дальней поездке и вовсе выводила его из себя.

Архелия подождала немного, любуясь кружащимися под низкими облаками мокрыми хлопьями, и решилась вернуться, лишь когда всё стихло. Дочь барона толкнула спящую подругу: пора было перебираться в дом к тёплому очагу, затем пошла внутрь. Немолодые влюблённые сидели, насупившись. Видно, к единому мнению так и не пришли. Воительница попыталась использовать один из самых весомых доводов:

– Я подкреплю свою просьбу золотом. Щедро, – слова были произнесены для строптивого старика.

– Я знаю, что ты многое готова отдать за Хельгу, но и у меня есть сердце. Девочка мне как родная. Я тоже могу любить кого-то и помогать бескорыстно, – колдунья с упрёком посмотрела на своего ухажёра.

В дверях появилась Ортрун. Она заспанными глазами взирала на присутствующих, щурясь от неяркого света огня, и куталась в меховую накидку, закрывающую её до самых пят. Взгляд её говорил о том, что разбойница не понимает ни где она, ни кто все эти люди перед ней. Архелия оказалась позади вошедшей. Первой нашлась хозяйка:

– Проходи, согрейся, поешь.

Она подошла к девушке и бережно подвела её к огню. Ортрун смогла выдавить из себя одно лишь:

– Я – спать, – бухнулась на лавку рядом с очагом и сразу засопела.

– Она очень устала, – попыталась оправдать поведение своей спутницы Архелия.

Дочь барона пересекла комнату, бренча скромным оружием, которое прихватила в путь, дабы не привлекать внимания. Она присела на краю ложа, где расположилась разбойница, и с удовольствием протянула озябшие руки к жарким языкам пламени.

– И ты с ними поедешь? – старик больше не в силах был сдерживаться, возмущение переполняло всё его существо. – Врываются в твой дом, едят мою рыбу, занимают лучшее место… Она даже себя не осознаёт от усталости! Слабые! Как тебя с ними в дальний путь отпускать? А я, видите ли, буду тут один хозяйство вести. Один? Без тебя? Не буду!

Он не находил слов, чтобы выразить своё негодование, путался и горячо жестикулировал. Колдунья не перебивала друга, терпеливо ждала, когда старик сам угомонится. Выпустив пар, он замолчал, тяжело сопя. Настала очередь колдуньи принимать решение.

– Я же не навсегда поеду к ним, – примиряющим тоном произнесла она. – Вылечу мою девочку и вернусь.

Пожилой мужчина угрюмо молчал. Он не желал, чтобы его успокаивали, как ребёнка.

– Ну не могу я бросить Хельгу, – знахарка продолжала ласково уговаривать свою вторую половину. – Всё время думаю: как она там? И вдруг такая беда! Поеду я…

Немолодая женщина подошла к сердечному другу и с мольбой заглянула ему в глаза. Старик сдался. Он лишь отвернулся, стремясь скрыть выражение безграничной тоски на лице. Архелия облегчённо вздохнула и сделала небольшой глоток из привешенной к поясу фляги. Колдунья заметила жест гостьи и всполошилась.

– Спорим, спорим, а рыба-то стынет.

Хозяйка разложила всем не спящим присутствующим по большому ароматному куску на холодные лепёшки хлеба, налила медовый напиток и уселась поближе к своему ухажёру. Дочь барона жадно набросилась на еду, женщина ела скромно и не спеша, а старик с нескрываемым удовольствием откусывал приличные куски и громко чавкал, перемалывая крепкими не по возрасту зубами кости и плавники.

Устраиваясь на ночлег, Архелия осторожно подвинула на широкой лавке раскинувшую во сне руки Ортрун. Засыпая, дочь барона вспомнила, как в прошлое посещение здесь лежала раненая вампирша. Девушка поёжилась при мысли о той страшной ночи, но деваться было некуда.

Утром с рассветом их подняла хозяйка дома. Она решила отправиться в путь немедленно, чтобы избежать лишних пререканий со стариком. Сборы были недолгие, но основательные. Колдунья нагрузила на телегу столько припасённых трав, кореньев и снадобий, что Архелии показалось: старуха уезжает навсегда.