Чтение онлайн

– Во-вторых, не хочу говорить об этом с тобой, – ответил Леднев. – Как-нибудь потом все обсудим, когда пройдет время.

– Хорошо, как скажешь, – Виноградов понимающе кивнул. – Может, в комнате поговорим?

– Проходи, – Леднев посмотрел на часы. – Времени у меня хрен да маленько.

Виноградов повесил на крючок мокрый плащ и, пройдя в комнату, с хмурым видом уселся в кресло и закурил. Ледневу пришлось занять другое кресло и снова поторопить гостя. Виноградов решал, с чего начать, застегнул и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

– Значит, наша затея с фильмом окончательно лопнула? – спросил он, хотя знал ответ. – Ну, Бог с ним. Сколько у нас было неснятых фильмов… Не сосчитать. Задумаем что-нибудь, обговорим. А потом все летит в тартарары. Одним проектом больше, одним меньше. Ничего, выдержим.

– Ты меня что – утешать пришел? – только того и не хватало, чтобы Виноградов его успокаивал. Да, выбрал время для неуклюжих реверансов. – По этому поводу меня не нужно успокаивать. Это я уже пережил. Нет тут никакой трагедии, ну, не получилось, значит, не получилось.

– Правильно, Иван, так и нужно к неудачам относиться, философски, – кивнул Виноградов и внимательно рассмотрел свои носки в красную клетку. – Ноги вот промочил. Простуды боюсь, а ноги вот промочил.

– Закаляйся, – посоветовал Леднев. – Если у тебя все, может, пойдем?

– Я другое хотел сказать, то есть я за другим пришел, – Виноградов достал из кармана платок и высморкался. – Точно, уже простудился. Я вчера по телефону с твоим Юркой разговаривал.

– И до чего вы договорились? – Леднев потушил сигарету.

Накануне забрать какие-то свои тряпки заезжал сын. Леднев в минуту душевной открытости рассказал ему, что остался должен одному человеку крупную сумму и хочет эти деньги вернуть в срок. Сейчас Леднев жалел о том, что был слишком откровенен с сыном. Этих вещей Юрке знать не следовало. Значит, сын поделился информацией с Виноградовым.

– Вообще-то я в курсе твоих дел, – Виноградов скомкал платок в ладонях. – Знаю, кому именно ты должен деньги. Я все понимаю, у тебя в последнее время были большие траты, расходы были, – последняя фраза прозвучала двусмысленно. – Ну, я имею в виду похороны Елены Викторовны. Ты раздал её долги, рассчитался со всеми её кредиторами, даже теми, кто не настаивал на возвращении денег. Я ведь знаю, у Лены были долги. Ты поступил правильно. Если я завтра умру, мои долги будет некому отдать за меня. Ты правильно поступил.

– Как поступил, так поступил, – Леднев нахмурился. – Сейчас уж ничего не переменишь.

– Собственно, я хотел сказать тебе одну вещь, – Виноградов закашлялся. – Да, одну вещь.

– Так говори, не тяни резину, – Ледневу показалось, что бестолковость Виноградова именно сейчас достигла своего пика. – Что ты ходишь вокруг да около?

– Конечно, – Виноградов погрузил руку во внутренний карман пиджака и вытащил плотный конверт, перехваченный посередине резинкой. – Мы с женой посоветовались, да… Сам понимаешь, деньги-то у нас с ней общие. Посоветовались и решили тебе помочь. Откладывали на черный день. Но пока черный день не наступил, деньги нам не нужны, – Виноградов положил конверт на стол между собой и Ледневым. – Жена сказала, Иван не будет брать деньги, он слишком гордый. Она сказала, что я должен убедить тебя взять деньги. И я тебе вот что скажу: сейчас у тебя неприятности, но тут не до тонких материй, гордости и всего такого.

– Так что, ты мне деньги принес? – Леднев озадаченно захлопал ресницами. – Что-то я не понял…

– Что же здесь понимать? – Виноградов подвинул конверт к Ледневу. – По-моему, все ясно. Мы хотим тебе помочь, вот и все. Жена сказала, я должен убедить тебя взять деньги. Я говорю тебе: отдашь, когда появится возможность. Нам ведь не к спеху.

– А если у меня такой возможности ещё долго не появится?

Леднев посмотрел на конверт и решил, что перед ним на столе лежат все сбережения четы Виноградовых. Деньги деньгам рознь. За последние годы к Виноградовым легких денег не приходило. Значит, и расставаться с ними было трудно.

– Ничего, можно потерпеть, – Виноградов кивнул на конверт, – не так много. Но это лучше, чем ничего. Это вроде как начало. Курочка по зернышку клюет. У одного, у другого займешь, глядишь, вся сумма и наберется.

– Спасибо, конечно, большое, – Леднев покачал головой. – Мне бы и в голову не пришло занять деньги у тебя. У меня есть на примете пара-тройка состоятельных людей, у которых можно одолжиться.

– Стоит только человеку попасть в какой-нибудь переплет, как люди, у которых ещё вчера можно было одолжиться, вдруг пропадают, – сказал Виноградов. – И ты этот закон знаешь. Это ещё большой вопрос, дадут ли тебе денег.

– Да, это вопрос, – согласился Леднев.

Сегодняшним утром он сделал несколько звонков тем людям, которые, кажется, не могли отказать. Одного не оказалось в Москве. Другой купил на прошлой неделе дорогую иномарку. Третий выдавал дочь замуж. Телефонная книжка полна номеров, можно обзвонить всех по порядку, каждому сказать нужные слова, авось, не откажут.

– И потом, я подумал, – Виноградов почесал затылок, – мы же с тобой друзья. Старые друзья мы с тобой. Я должен тебе немного помочь. Ты ведь сколько раз мне помогал. Мы же друзья.

Леднев был так растроган, что минуту не отвечал, боясь, что голос дрогнет.

– Да, мы друзья, – наконец сказал он. – И сейчас я не отказываюсь от дружбы, пойми правильно, отказываюсь только от денег. И пожалуйста, не уговаривай меня, как девицу. И не говори, что друзья проверяются в беде – знаю. Всякое может со мной случиться. Я не уверен, что смогу вернуть тебе долг.

У ворот кладбища Леднев, спасаясь от мелкого дождя и промозглого ветра, поднял воротник плаща, потуже обтянул шею шерстяным кашне и сдвинул кепку на самый лоб. У старухи, спасающейся от непогоды под жестяным навесом, он купил букетик мелких розочек на коротких ножках. Выбор цветов был совсем небогатый, а других торговцев давно разогнала непогода.

– Вот ещё хорошие цветочки, последние, – бабка показала пальцем на картонный ящик у своих ног, в углу которого съежились фиолетовые хризантемы. – Недорого, милок, отдам, – она с надеждой посмотрела на Леднева. – А то ревматизма замучила стоять тут.

Леднев спросил цену и расплатился. Старуха спрятала деньги за пазуху, подняла картонный ящик и заковыляла прочь, переваливаясь, как гусыня. Сунув букетики цветов под мышку, Леднев нашел в кармане плаща сигареты и прикурил. На пустой кладбищенской аллее попалась только тощая собака с всосанным животом и выпирающими ребрами. Вильнув хвостом, она побежала по своим делам, не надеясь на подачку одинокого посетителя. Пройдя мимо церкви, Леднев свернул на боковую аллею и прибавил шагу. Со старых высоких деревьев на асфальтовую дорожку летели крупные прозрачные капли. Где-то вверху, скрытая листвой дубовой кроны, закричала ворона.