Чтение онлайн

Тем не менее, Клементина не прошла мимо моей двери, а остановилась прямо напротив. Ближе к моему укрытию, чем к спальне Кристанс.

— Иссабелия, ты меня слышишь? — начала Клементина и тут заметила пирожные. — О! ты, наверное, не одна.

Я даже ногти искусала, пытаясь представить, что там в голове у Клементины. Она считала, что я могу так обуяться страстью к нытику-жениху, чтобы оставить снаружи пирожные? Плохого же она обо мне мнения!

— Я даже рада, — голос Клементины окреп и стал громче, так что я забеспокоилась, нет ли в этом коридоре других спален местных приживалок и приживальцев. — Я расскажу вам обоим. Про то, почему я работаю на Гастионов, и про то, почему я мечтаю выйти замуж за Бриена, хоть и старше его на три года. Теперь-то что, теперь поздно.

Она помолчала и продолжила:

— Раз вы там вдвоем, значит, вас можно поздравить с обручением. Не очень праздничным, но всё-таки самым настоящим. Бриен не мог упустить дочь Астаросских, а тебе, Иссабелия, сложно отказаться от такого, как он.

Она вытерла лицо рукой. Мне со спины не было видно, но она что, плачет?!

Я отбросила плед.

— Мне всегда казалось, что именно Бриен мне предначертан судьбой, и я сама все испортила, когда поддалась очарованию Даррена — она шмыгнула носом. — Наверное, он прав, мне стоит уйти и не раскрывать свою тайну. Фохи найдут мне достойного жениха, и я навсегда забуду тебя, Бриен…

Она заплакала в голос, и я не выдержала. Тут была какая-то тайна, я чувствовала ее нутром, и дело вовсе не в том, чтобы узнать, как ее очаровал Даррен, и что было дальше. Тайна была какая-то большая.

И мне почему-то казалось, что она касается меня.

'Удивительное дело, но практически любой магический рой,

будь то феи, эльфы, вампиры, русалки или маги,

обладает материнской или отцовской фигурой. Королем или Королевой.

И отношения к такой фигуре самые что ни на есть трепетные'.

Ифигения Астаросская.

«Трактат о пытках во имя рода человеческого и науки».

Я спрыгнула с кресла, одним движением распахнула дверь — Клементина не успела даже пискнуть.

— Пирожные в руки и быстро сюда! — шепотом приказала я.

Разумеется, Клементина меня послушалась. Дитя своего королевства, привыкшая слушать того, кто прикажет с уверенным видом! Как они не вымерли еще до сих пор, непонятно! Нет, в инквизиторском государстве тоже такие были, но их всем скопом отправляли в монахини — пусть хоть слушаются кого надо и находятся при деле. Ученые из таких всё равно не получались. Они не могли подвергать сомнению авторитеты.

Я снова захлопнула дверь, не снимая прозрачности — мало ли, еще кто пожалует. Остий, например, чтоб его бесы на том свете катали. Это, конечно, было бы забавно, но и тревожно в то же самое время.

— О! — Клементина оглядела мой пост и осталась впечатлена. Душечка Клементины показала мне большой палец. Я польщенно кивнула. Да, кресло, пледик, орешки — я умею устроиться!

— Подтаскивай кресло, садись и рассказывай, — потребовала я, запуская пальцы в крем в корзиночке. Сначала перстнем проверила, конечно, но я его и вовсе решила не снимать после того обеда. Ну их, эту семейку! Отравят просто из интереса и потом не найдешь кто!

Крем был вкусный, воздушный, а внутри пряталась ягодная начинка, завершала всё рассыпчатая хрустящая корзиночка. Вкуснота! Можно слушать про Даррена — корзиночки от этих историй хуже не станут!

Клементина послушно подтащила кресло, села и даже аккуратно двумя пальчиками взяла корзиночку, но начать говорить никак не могла.

— Ну, — поторопила я ее с набитым ртом. — Жавай, жги!

Потом только сообразила, что выражение «жги» хорошо звучит в инквизиторском государстве, а никак не в королевстве. Но пока прожевала, пока придумала, как извиниться, Клементина уже решилась.

— Понимаешь, Иссабелия, моя семья очень богата и влиятельна, — начала она, откусывая крошечный кусочек. И ни крошки не посыпалось! Вот кто ведьма, а эти валят всё на маленькую меня! — И, разумеется, мы хорошо знакомы были с другими опальными семьями, а при дворе стали снова появляться куда позже.

Я кивнула. Эта часть истории мне понятна. Часть мне рассказал призрак старого короля, часть сама додумала. Когда король пропал, а в нашем случае прямо-таки умер, на престол взошел его сын. Тот самый, что всё это дело и замутил. Родители часто обсуждали, что время было весьма плодотворным для их государства. А если перевести на обычный человеческий язык — творился такой бардак, что инквизиторы как к себе домой ходили в королевство целыми отрядами и выносили что и кого хотели.

Конечно, со временем всё успокоилось, но новый король, разумеется, приблизил к себе заговорщиков, а тех, кто был верен старому королю и ждал его возвращения, отлучили от дворца и сомнительных дворцовых забав вроде балов. Софи мне все уши прожужжала, что умнее всего было придерживаться нейтралитета, как ее собственная семья.

Новый король правил не так чтобы долго. Его юный сын тоже решил его свергнуть. Удивительное дело. Вроде бы делали наследники одно и то же — свергали осточертевших им папаш, но второго одобрило куда больше народа. И крупных магических семей, разумеется. Так что юный король сел на свой трон, куда-то отправил отца, вроде как и не убил даже, и вернул приверженцам деда былые места у большой королевской кормушки.

Судя по всему, Гастионы и Фохи были как раз среди них. Мило.

Сам же юный король женой и детьми обзаводиться не торопился. По-человечески я его понимала. Дети всё время талантливее родителей, глазом моргнуть не успеешь — и неблагодарное чадо тебя свергнет, а то и укокошит ненароком.

Впрочем, у королей хотя бы только дети, а вот у Гастионов наследников хотел убить едва ли не каждый. Короче говоря, я рада, что единственная дочь, и что в инквизиторском государстве не обязательно передавать титул по наследству.

— Проблема в том, что у меня тоже не так много магии, как хотелось бы, — продолжила Клементина. — А это в королевстве, как тебе известно, почти приговор.

Я мотнула головой. я себя сильно ущербной не чувствовала. Да, мне хотелось быть некроманткой и не хватало силы, но, если бы не это — я бы и не переживала о своей магии. Травницы и алхимики точно этим не морочатся и замуж выскакивают только так.

— В хорошую семью перейти сложно, — пояснила Клементина, видя мое недоумение. — Как тебе известно, наверное, в королевском роду наследование идет по женской линии, и некоторые приближенные рода хотели бы поступать так же, но ты видишь результат.