Ступени
Шрифт:
Любимая столица пошутит с вами зло.
Когда на душе...
Когда на душе муторно,
И словно "кошки скребутся",
Ты не спеши за "лекарством",
"Врачи" здесь и так найдутся.
Хмуриться мне не надо,
Просто так, выйди в люди,
Жизнь - это штиль и торнадо,
А не икра на блюде.
Саратов
Там с современностью граничит старина,
Там к Волге ветер гонит лист сухой.
Там П.А.Столыпин вписан в имена,
Заставив всех считаться со страной.
Голуби на берёзе
Под окнами московского окна,
Где "Щёлковская" рельсами гудит.
Растут берёзы, стройностью пьяня,
И на глазах рождая сладостные слёзы.
Там голуби сидят, как на земле,
С утра до вечера я слышу воркованье,
Живи же в счастье милая страна,
И в зелени купайся до отчаянья.
Канал Грибоедова
Декабрьский день, и снег слепит глаза,
Задумчивость спустилась мне на плечи.
Застыло всё: и город, и вода.
Лишь вечность тихо шла на нашу встречу.
Люби
Люби, что силы, без оглядки.
Люби сейчас, а не потом...
Плоды любви не вечно сладки,
Люби, и будешь защищён.
Хиджаб
Как символ чистоты, а не угрозы,
Как облик нежности, и доброты идей,
Так и хиджаб для женщины, сродни её же коже,
Её краса под ним ещё ценней.
Картины в стихах: «Натюрморт»
Сочные груши на блюде,
Бледно-лиловая шаль.
Мысли о счастье, как чуде,
Окна, глядящие вдаль.
Сон Асоки
Снится Асоки сон:
Будто в небо пускает он змея.
Змей на карпа похож на большого:
У отца будет хороший улов.
Петербургская зима
Вновь мрак сошёл на Петербург,
И в окнах рано свет зажжён,
Зимой охватывает грусть,
Как будто кошка под дождём.
Но эта грусть, как мягкий снег,
Искрится тысячей свечей,
В ней вдохновение ловит след,
Играя с Музою ночей.
Жизнь за царя
Отдать все силы, знания и уменья,
И даже жизнь свою перечеркнуть
В одном служении державе и царю.
Возможно ль это в наше время?
Такой смельчак, достойный гражданин,
Что как П.А.Столыпин предстанет перед Думой,
Не испугавшись ни угроз, ни смерти.
Где же он? Да нет его.
И вряд ли он придёт.
А если есть, но дремлет в полусне,
Так кто же вновь позволит быть безупречным,
Неподвластным всем искусам, данным высшей властью?!
«Журавли» над Саратовом
Улетая, вдали растаял
"Журавлей" перелётный клин,
Лишь в душе навек оставляя
Грусть и память по вечно живым.
Агент
Бояться собственной тени,
В парадном или в подъезде,
Стучаться в открытые двери
Новой своей болезни.
Страшнее всего - одиночество,
Когда рядом полно народу.
И не нужно делать пророчества,
Что это кому-то в угоду.
Любовь
Любовь, что мухе - паутина,
Попалась, значит - всё, конец.
Она и омут, и трясина,
Но также свадебный венец.
О дружбе
Твоя смелость не знала преграды,
Твоему сердцу не ведом был страх,
Ты не ждал ни похвал, ни награды,
Твоё имя осталось в веках...
Как же друг, мне тебя не хватает,
Как же больно лишь памятью жить.
Над землёй облака проплывают,
Нашу дружбу нельзя победить.
Капля
По капле просочиться в землю,
Испить любовь её до дна.
Поняв, что жизнь дана не всем нам,
А лишь тому, кому нужна.
Россия