Чтение онлайн

— Расскажите нам, молодой человек, — сказал Игнат, когда с представлениями было покончено, — Как именно была убита ваша семья и что случилось потом.

— Это не самые приятные воспоминания.

— Понимаю, — покивал мужчина, — Мне тоже довелось терять близких. Но, боюсь, это слишком важно.

Уж точно важнее, чем мои чувства.

Пока ждал, было время подумать, что и как рассказывать. Своей историей я преследовал несколько целей. Во-первых, восстановить свой статус аристократа. Во-вторых, максимально очернить Коршуновых. Я не знал, живы они или нет, в стране или скрываются, и насколько они опасны лично для меня. Зато я точно знаю, что хочу нанести им максимальный вред. Вроде как они с князем противники, а значит, выдав их секреты, я подложу Коршуновым свинью. Это если они живы, конечно. А если нет… Ну что же, значит просто солью часть чужих секретов. Третья цель, которую я преследовал — сохранить собственные тайны. Тут пришлось постараться. Я не забывал, что передо мною сидят два могущественных существа с неизвестным набором умений.

Этот допрос особо не отличался от предыдущего. Я рассказал историю, меня выслушали, потом задали несколько десятков уточняющих вопросов.

— Ты сможешь показать, — перестал выкать Игнат, — Где находится лаборатория?

— Только приблизительно. Сами понимаете, я две недели выживал в лесу, как мог, и карты у меня не было.

На самом деле я уже обдумывал этот момент. Прикинуть свою скорость, найти место, где меня подобрали Гвоздевы, совместить это с направлением, откуда я шёл… А я всегда шёл в одну сторону, ориентируясь по солнцу. В итоге получится приблизительная точка, где скрывается лаборатория. Место там приметное, после подрыва базы остался котлован. Да и река там есть поблизости, где-то в двух часах ходьбы.

— Можно и приблизительно. Для начала, — любезно согласился мужчина.

Мне нравилась его любезность. Словно не в допросной сидим, а с любящим дедушкой на даче у камина общаемся. Но также от этой любезности меня в дрожь бросало. От того, что скрывается за ней.

— Если дадите карту…

Карту принесли спустя две минуты. Гораздо лучшего качества, чем мне была доступна ранее.

— Здесь.

— Это не приблизительно, а точно, — заметил Родион.

— Я не раз думал над тем, откуда выбрался, — признался я. — Думаю, вы понимаете, почему. К Коршуновым у меня большие счеты. Что, кстати, с ними?

— Вы не знаете? — в отличие от Филинова, Родион оставался показательно вежливым.

— Иначе бы не спрашивал.

— Спасибо за информацию. — поднялся старик, проигнорировав мой вопрос. — Пока отдыхай, ещё поговорим.

— Есть ещё кое-что, — заметил я, будучи не до конца увереным, что это следует делать. — Там работали ученые. Они скрылись перед тем, как взорвать лабораторию.

— Сможешь их описать? — заинтересовался старик.

— Если дадите побольше бумаги и нормальные карандаши, я вам их нарисую. Они мою сестру убили. Я этих уродов на всю жизнь запомнил, — пояснил я, увидев удивление на лице Игната.

— Хорошо. Скоро принесут.

Он повернулся и вышел. Родион отправился за ним следом. Опять я остался здесь. Но зря подумал про них плохо. Минут через пятнадцать за мной пришли и отвели… Назвать это камерой язык не поворачивался. Скорее закрытая комната, с повышенным уровнем комфорта, отдельным душем и кроватью. Не роскошно, но лучше, чем сидеть в пустой комнате. Я по прежнему оставался под охраной, но хотя бы смог помыться и привести себя в порядок, а когда вышел из душа, бумага и карандаши уже лежали на столе.

В первый день у меня ещё теплилась надежда, что скоро смогу выйти на свободу. На второй день надежда поугасла. На третий так и вовсе пропала, я начал думать, как отсюда выбираться. В голову лезли мысли, что я ведь мог попасть не к тем людям. Или к тем, но у них совсем иные представления о моей дальнейшей судьбе, нежели у меня самого. Запрут до конца дней за решетку или того хуже, удавят по тихому.

Родион и Игнат наведывались ко мне ещё несколько раз. Да-да, снова уточняли детали. Ещё ко мне приходил какой-то ученый. Он не представился, но попытался узнать детали, что именно со мной делали. Меня водили на осмотр, заставили сдать ещё анализы, словно им было мало того, что я сдал в больнице для института.

На четвертый день за мной пришёл Игнат.

— Здравствуй, Эдгард, — поздоровался он.

— Скоро меня отпустят? — задал я сходу вопрос, единственно меня волнующий.

— Скоро, не сомневайся. К тебе никаких претензий нет.

— Выглядит иначе, если честно.

— Твоё раздражение понятно, — улыбнулся он, — Осталось последнее дело. Нужно найти лабораторию. Для этого нужна твоя помощь.

— Я же уже указал место.

— И мы его проверили, но не нашли искомое.

— Что вы тогда хотите от меня?

— Чтобы ты отправился со мной. Оденься, — кивнул он на куртку и ботинки.

— Вы хотите, чтобы я отправился в ту местность?

— Именно.

Вот черт. Это займет ещё как минимум пару дней.

— Моя учеба…

— Мы решим этот вопрос.

— Ну раз решите, — вздохнул я, словно мог воспротивиться.

Когда оделся, старик удивил. Я то думал, что придется ехать, в лучшем случае лететь, но он просто открыл… Щель. Выставил руки вперед и словно раздвинул само пространство прямо в воздухе. С той стороны я увидел поле и лес вдалеке. Дохнуло запахом природы, подул холодный ветер.

Любопытно…

— Прошу, — указал старик.

Я чуть помедлил, прикидывая, не создать ли печать для изучения, но это слишком заметно будет. Не сами печати заметят, а то, как я двигаю пальцами. В способности этих людей находить ответы на вопросы, а следовательно и подмечать детали я больше не сомневался. Одно то, что меня так быстро нашли и вычислили было наглядным доказательством чужого профессионализма.

Который я банально недооценил. Даже представить не мог, что найти меня будет настолько просто. Мне по прежнему не хватало жизненного опыта в этом мире и понимания чужих возможностей.

Сделав пару уверенных шагов, оказался по ту сторону. Старик вышел за мной и закрыл прореху. Здесь же нашёлся вертолет и несколько человек, которые нас поджидали.

— Узнаешь что-нибудь?

— Надо оглядеться, — ответил я старику.

Я из лаборатории выбрался больше года назад. Ещё и в неадекватном состояние был, больше думая о выживание и мести, нежели о запоминании ориентиров. Остаётся уповать на память, на которую я никогда не жаловался.

— Тогда прошу, — Игнат предложил пройти к летающей машине.