Чтение онлайн

– Ты же просил добыть артефакт «Золотая рыбка», так я принёс, – сказал я.

Гурон оставил мне свой бункер целиком. Так что и его коллекция артефактов – теперь моя, могу распоряжаться ею по своему усмотрению.

– Ёшкин кот, ну и удачливый ты сукин сын, Меченный! Покажи, – сказал Борода, потирая от нетерпения руки.

Я поставил винтовку на пол и прислонил её к стойке, скинул рюкзак и достал контейнер. Открыл. «Золотая рыбка» засветилась ровным золотистым светом, по бритому наголо черепу Бороды побежали блики. Артефакт представлял красивое полупрозрачное образование причудливой формы. Практической ценности для сталкеров «Золотая рыбка» не представляла, и даже считалось, что данный артефакт притягивает пули, но «рыбка» чрезвычайно ценилась у ювелиров вне Зоны.

Услышав какие-то возгласы и возню, я скосил глаза в сторону американцев. Все четверо с любопытством смотрели на контейнер у меня в руках.

– Борода, а це кто таки, часом не москали? – кивнув в сторону четверки, спросил я, передавая контейнер Бороде.

Борода хохотнул и убрал контейнер под стойку:

– Ни, не хвилюйся, це американьски хлопци, – оценив мой намёк на негра, ответил по-украински Борода, – Снимают тут фильму про Зону.

– И квартируют у тебя? – спросил я.

– А як же? Складовск – цеж пятизвездочный готель Затону! – ответил Борода.

– И почем же у тебя теперь нары в твоём «готелю»? – спросил я.

– Для тебя, Меченый, цены прежние, а теперь даже с бонусной скидкой. А американьцев я разместил в своей каюте, – ответил Борода.

– По цене «пентьхауза» в Хилтоне, небось! – сказал я, хихикая.

Борода лукаво посмотрел на меня и захихикал вслед за мной.

– Что-то народу у тебя маловато. А там кто? – отсмеявшись, спросил я, кивнув в противоположный угол.

– К вечеру все подтянутся. А там? Ну, Грача ты, наверно, знаешь, а те двое – Крендель и Шнур. Так, шпана необстрелянная – «ни украсть ни посторожить», держу их на посылках, – ответил Борода.

– А чего это Грач у тебя ошивается? Я слышал, что погоняло он своё заработал потому, что на зиму выходил из Зоны, а возвращался с первыми грачами, – спросил я.

– Надеется перед уходом перетереть со Стрелком, дело у него к нему есть, а тот завсегда зимовал у меня, – ответил Борода.

– А кто такой Стрелок? – спросил я.

– Такой же фартовый сталкер, как и ты, Меченый. Только вот сдается мне, если сегодня не пришел, то уж больше и не придет – кончился его фарт, я его уже месяцев восемь не видел, – ответил Борода.

– А почему не придет? Земля подмерзла, идти легко, – спросил я.

– Сегодня в ночь пойдет снег, завьюжит, все тропы снегом занесёт, – ответил Борода.

– С чего бы это вдруг? Небо чистое, ни облачка, ни ветерка, солнышко ярко светит. Да и синоптики обещают ясную морозную погоду, – возразил я.

– Тю, нашел, кому верить, синоптикам! Ты меня слушай, мне мой ревматизм подсказывает – в ночь пойдет снег, – сказал Борода, – Тебе чего плеснуть, или сперва чего поешь?

– Налей горилки, что ли, грамм сто пятьдесят. Для начала, – сказал я.

Взяв у Бороды кружку с горилкой и пару конфет из вазочки, пошел к свободному столику. Едва я устроился за столом, как один из американской четверки поднялся и подошел к Бороде. Похоже, этот белобрысый и есть оператор «Нэшнел Географик». Белобрысый о чём-то переговорил с Бородой, тот достал мой контейнер, открыл его – золотистые блики заиграли на бутылках бара. Белобрысый снова заговорил, наверно, уговаривает продать. Борода отрицательно покачал головой, закрыл контейнер и убрал его под стойку. Всё правильно, Борода – хоть и барыга, но совестливый, – если дал кому-то слово, то от своего слова ни за какие деньги не отступится.

Белобрысый снова заговорил, кивая в мою сторону. Борода что-то ответил, пожимая плечами. Ну нет, последнюю «Золотую рыбку» из коллекции Гурона я белобрысому не отдам.

Белобрысый от стойки направился ко мне.

– Добрый день, разрешите присесть за ваш столик? – почти без акцента спросил белобрысый.

Я утвердительно кивнул, допил остатки горилки и зажевал их второй конфеткой.

– Разрешите представиться: Мишель, Мишель Дарен.

– Меченый, – представился я и спросил, – Вы француз?

– Нет, я канадец, Квебек, но живу и работаю в Голливуде. А тут я по заданию «Нэшнел Географик» снимаю фильм о сталкерах и о Зоне. Нам нужна ваша помощь, – ответил Мишель.

– Вы хотите, чтобы я снимался в вашем фильме? Что-то типа «Крокодила Данди» или «Тарзана»? Нет, карьера голливудской звезды меня не интересует, – ответил я.

– Нет, нам нужен проводник в Мёртвый город. А мистер Борода говорит, что вы один из опытнейших сталкеров зоны, – сказал Мишель.

– Не сезон, зимой никто в Мёртвый город не ходит, – ответил я.

– Я хорошо заплачу, – настаивал Мишель.

Конечно, мне самому надо в Мёртвый город. Мне надо побывать в назначенном роботом-трансформером Джеймсом месте встречи. Может, он оставил мне какой знак? Кроме того, роясь в бумагах Гурона, я наткнулся на документ с описанием ещё одного бункера. В документе было всё и подходы, и способ проникновения и коды доступа, но была и приписка – не безопасно! Это может означать, что в бункере меня ждет засада. Так что свидетели и попутчики мне не нужны, тем более – такие.

– Вы очень хорошо говорите по-русски, – сказал я, пытаясь сменить тему.

– Мой прадед, кстати сказать, мой полный тёзка, Михаил Даренко был украинцем. После войны он эммигрировал в Канаду, в Квебек. Там фамилия наша и трансформировалась на французский манер. В моей семье до сих пор все говорят по-украински, так что, освоить русский в университете мне было легко, – ответил Мишель.

Ясно – правнук бандеровца, украинский националист, а университеты он свои проходил в ЦРУ!

Мишель вынул из разгрузки отполированную до блеска фляжку из нержавейки, свинтил крышечку, отхлебнул и предложил мне. Я взял фляжку и сделал глоток.