Чтение онлайн

В воздухе пропели еще два болта, щелкнув по мостовой, они увязли в стене. Галлен дал лошади шпоры и поскакал вперед, туда, где за углом скрылись два последних всадника.

К тому времени, когда он достиг угла, на длинной Кузнечной улице никого из всадников уже не оказалось, однако прохожие все еще оборачивались в ту сторону, куда умчалась перепугавшая их кавалькада.

Разобравшись, в каком направлении поскакали Лефлер и его люди, Галлен пришпорил жеребца и помчался следом.

Проскакав полквартала, он свернул направо, пытаясь предугадать, на какую дорогу собирался Лефлер.

Неожиданно навстречу выехала телега с дровами, Галлен выругался и подал лошадь к стене. Из окна напротив выплеснули помои, и благородный Карандер недовольно затряс гривой.

Рискуя заблудиться, кавалер погнал жеребца дальше. Между тем солнце поднималось все выше, Галлен уже чувствовал на плечах его тепло.

Отыскав проезжий проулок, кавалер перешел с рыси на шаг и, нагнувшись в низкой арке, проехал по узкому дворику, чтобы оказаться на улице, ведущей к Южным воротам.

Несмотря на ранний час, движение здесь было как в полдень, но основная часть нагруженных телег сбивалась в кучу на участке от городских ворот до поворота к рыночной площади.

Возчики зло переругивались, им вторили хозяева товара, ведь любое промедление для них было потерей денег.

Однако возы все же двигались, один за другим сворачивая к площади, и только длинные ломовые телеги перегораживали весь угол, вынуждая застывать на месте проезжающих с обеих сторон.

Ехать рысью здесь было нельзя из опасения сшибить пешего и привлечь внимание стоявших у ворот стражников. Судя по тому, что они что-то оживленно обсуждали, указывая на дорогу за воротами крепости, Лефлер проскочил именно здесь.

Вот и ворота. Галлену пришлось придержать жеребца, поскольку всю ширину дороги заняла въезжавшая в город телега. Трое стражников с алебардами прижимались к стене, глядя, как везут муниципальный заказ – дощатые щиты с гербом города.

Карандер привлек внимание одного из стражников, который с завистью смотрел на владельца жеребца. Галлен опасался, что к нему прицепятся с вопросами, но стражник заговорить с ним так и не решился.

Телега проехала, проезд освободился, и кавалер дал жеребцу шпоры. Оказавшись на дороге, он привстал в седле и огляделся – пара телег в зоне видимости, несколько пеших, собака. Но взбитая проскакавшим отрядом пыль все еще висела в воздухе, медленно оседая на грязные обочины.

Галлен пустил жеребца рысью, а ярдов через сто перевел в галоп. Он знал, что скоро догонит Лефлера, оставалось лишь, правильно спланировать бой, чтобы лишить полковника его свиты.

Покачиваясь в телеге, Клаус постепенно привык к громкому гоготанью сидевших в ящиках гусей, а также к бесконечным рассказам возницы, которыми тот потчевал попутчиков. Это была плата за проезд, поэтому Клаус делал вид, что слушает, и иногда невпопад поддакивал.

В какой-то момент он задремал, и голос возницы отдалился, а вместо него пришли незнакомые странные образы. Большие дома, пустынные улицы и высокие деревья, макушки которых раскачивал ветер. Во сне Клаус запрокидывал голову, чтобы оценить рост этих гигантов, но ему мешало яркое солнце.

«А когда женился, так сразу перешел работать к хозяину – за реку».

Это был голос возчика, который продолжал одну из своих бесконечных историй.

«Га-га, га-га!» – вторили ему гуси, рассказывая собственную историю.

И снова потянулись обочины, расходящиеся и сходящиеся проселки, старые непросыхающие лужи, в которых шныряли водомерки и пучили глаза зеленоватые лягушки.

«Ох, спать охота…» – подумал Клаус и зевнул. Затем прикрыл глаза и снова погрузился в мир видений, начинавшихся на грани сна и бодрствования. Вот скачут всадники, привставая в седлах и выглядывая кого-то впереди. Кто они, куда скачут и кто им нужен?

На новой ухабе Клаус открыл глаза, снова зевнул и покосился на продолжавшего говорить старика.

«Неужели до самого города так будет?»

Поменяв положение, он стал рассматривать ехавшую навстречу телегу с соломой. Ее возчик сидел на самом верху и ел хлеб с сыром.

Телегу сопровождали несколько маленьких птичек. Они выхватывали из него соломинки и уносились с ними прочь, а потом возвращались за новыми.

Это выглядело забавно, Клаус улыбнулся.

Неожиданно ему показалось, что в их телеге кто-то чужой. Он сидит свесив ноги и смотрит Клаусу в спину, а встречный ветерок развевает его седую бороду. Снова наваждение?!

Клаус резко обернулся, но никакого чужака не увидел. Только ящики с гусями и Ригард на прежнем месте.

– Ты чего? – спросил он, заметив беспокойство на лице Клауса.

– А? – откликнулся возница, прерывая очередной рассказ.

– Ничего, – ответил Клаус и снова сел ровно.

Дорога пошла под гору, ехать оставалось около часа. Солнце начало припекать, Клаус подумал, что день будет жарким. Он посмотрел вперед, затем поднялся на ноги, вновь заставляя возницу прервать свой рассказ.

Впереди скакали всадники, они поднимались в гору и, привставая в седлах, выглядывали кого-то на дороге. По их напряженным угрожающим силуэтам Клаус вдруг понял, кто они.

– Бежим, Ригард! – закричал он и, спрыгнув на обочину, помчался к небольшому лесочку, до которого было ярдов двести.

Ригард не сразу понял, в чем дело, однако сначала догнал приятеля, а уже потом стал кричать на ходу:

– Чего случилось-то?! Чего, Клаус?!

– Вон! – махнул Клаус рукой в сторону всадников, которые уже заметили свою добычу и, свернув с дороги, поскакали наперерез.