Чтение онлайн

Благо запасов еды было очень много, в связи с уменьшением количества живых домашних и всё усиливающимся желанием Прохора иметь побольше съестного. Кое-что я трогать не стал, не сумев идентифицировать. Но старый добрый окорок со свежим хлебом всегда отличный выбор для легкого ночного перекуса.

Мне какое-то особое удовольствие доставляло вот так украдкой разорять холодильник и сидеть в полутьме кухни, когда дом спит, а за окном слабо светят фонари. Всегда казалось, что так еда ещё вкуснее.

Тут я полностью понимал Гордея, умыкающего пирожки и ребятню, ворующую яблоки в саду.

Чашка горячего чая, заваренного из сбора, переданного мастером-каменщиком, да вприкуску с восточными сладостями, которых посол привез вдоволь, чудесно завершили этот длинный день.

Ну и что может быть лучше собственной постели с волшебным матрасом и благоухающей чем-то нежным и ненавязчивым…

Ещё мой учитель говорил, что день, наполненный заботами, за год идет. Поэтому старик вообще не любил заниматься делами, зато отдыхал не за год, а за целых два.

Мне же хлопоты, связанные с предстоящими перспективами, приносили больше радости, чем желания от них отдохнуть.

Особенно первое дело, которым я занялся сразу же после завтрака.

Я так торопился, что даже получил шутливый выговор от Прохора, намекающий что я подаю дурной пример Гордею. Впрочем, пацан в этом был гораздо талантливее меня. Приютское прошлое сделало бы его победителем на любом соревновании по скоростному поеданию.

Мальчишка, вздохнув, отправился в библиотеку подтягивать знания к поступлению в гимназию, а я поехал любоваться своей новой игрушкой.

Витебский вокзал сам по себе был произведением искусства. С высоченными потолками вестибюля и парадной лестницей, отделанной мрамором и бронзой. Со световым залом, где почти всегда солнечные лучи игрались с посетителями и путались в хрустальных люстрах. С ажурными сводами перронов, изящно изогнутыми и украшенными коваными цветами.

Обилие окон, витражей и пространства делало вокзал удивительно притягательным местом.

Но тем не менее, он был наполнен жизнью и привычный суетой путешественников. Отсюда отбывали как пригородные составы всех сословий, так и роскошные поезда, увозящие в дальние страны.

Именно тут находился османский поезд, то есть теперь мой.

И не просто хранился, а служил украшением дальнего перрона. Его не отгоняли в депо, и когда я добрался до нужного пути, то понял почему.

Настоящий паровоз, выкрашенный в черный и прямо таки сверкающий округлыми боками. И несколько вагонов глубокого изумрудного цвета, щедро сдобренные позолотой, восточными узорами и прочим декором, от которого было сложно отвести взгляд, так он завораживал.

Даже грузовые вагоны внешне выглядели первым классом.

«Назар» был не просто зачарованным, но и великолепным. Даже жаль стало пускать такой для перевозки материала…

Я прошелся вдоль состава, изучая его магическую суть. Каждая деталь работала на защиту. Ни один узор не был просто так, для красоты. Прекрасная работа, сочетающая в себе как пользу, так и внешнее наслаждение.

Паровоз, конечно же, работал на стихиях. Но и обычный уголь, при необходимости, можно было использовать. Сложно было представить недоступность магии, но визирь предусмотрел и такой случай.

Вообще, издавна ходили слухи, что существуют некоторые аномалии, появляющиеся хаотично и передвигающиеся тоже безо всякой цели. И внутри них все одаренные становились «пустышками». Как и появление на свет «пустышек» связывали с такими аномалиями.

Но я не знал никого, кто лично видел что-то подобное.

Тем не менее при возможности все подстраховывались, особенно что касалось транспорта на дальние расстояния. Городские автомобили сюда не входили, полностью работая на эфире. Не считая дорогих и авторских моделей, но это уже было доступно далеко не каждому.

Служащие вокзала деликатно и издалека следили за мной, пока я осматривал поезд. Не выдержали только после того, как я по-хозяйски подергал поручень, проверяя его прочность.

— Господин желает экскурсию? — вежливо поинтересовался один из них, подойдя ко мне.

Накрахмаленная строгая форма поблескивала начищенными пуговицами, на руках надеты безукоризненно белые перчатки, усы работника были напомажены и завиты, а немного щербатое лицо идеально выбрито.

Он как нельзя лучше смотрелся рядом с шикарным составом.

— Господин желает забрать свой поезд, — широко улыбнулся я и похлопал по нагретому металлу вагона.

Служащий растерялся. На случай таких ситуаций явно не было инструкций. Мужчина быстро взглянул в сторону жандармов, стоящих у входа в здание, и я поспешил объясниться, пока не возник ненужный скандал:

— Я не шучу, уважаемый. Проводите меня к начальнику вокзала, у него должны быть соответствующие распоряжения и документы.

С управляющим всем этим великолепием мы разобрались быстро. Стоило мне представиться, как всё разрешилось. Он лишь выразил неприкрытое сожаление оттого, что жемчужина коллекции покинет его стены.

Но я пообещал, что «Назар» будет стоять там же, когда не используется. Если мы договоримся о разумной цене за стоянку и удобный доступ для разгрузки.

Начальник оказался человеком деловым и быстро смекнул выгоду и репутационные преимущества. Так что расстались мы оба довольные заключенным соглашением.

К тому же он предложил мне подумать над тем, чтобы использовать пассажирский вагон для экскурсионных поездок. Пассажирам неважно будет направление, зато за возможность прокатиться на этом красавце они готовы неплохо платить.