Страж
Шрифт:
– Вот эту лошадь знаю! - ткнул он пальцем в один из рисунков.
– Тот малый, что их разводит, слегка умом на этом деле двинулся. Как уж у него это получается - не знаю. Но только большинство этих лошадей внешне отличаются от прочих. К нему вам идти надобно. Он-то всех своих покупателей знает!
Ну, к лошаднику уже отправилась наша магичка - в её способности выудить у того нужную информацию никто и не сомневался.
Так оно и оказалось…
Список покупателей у нас теперь имелся, и пробежать мимо нужного двора особой проблемы не составило - опять Ларсу ноги топтать… А что делать? Из нас троих только он мог совершенно исчезнуть от взоров посторонних наблюдателей.
Так что отыскать карету - а уже за ней и дом, где прячут семью Риера Фидо для Даны не составило большого труда. Совершенно неприметное здание на окраине города примостилось на краю немноголюдной улицы, одной стороной примыкая к городской крепостной стене. Прямо за стеной, как и положено средневековому городу, находился довольно глубокий ров с водой, с трех других сторон дом окружали высокие глухие стены, надежно закрывающие двор и сам дом от любопытных соседей и прохожих.
Вокруг строения разбит небольшой парк, судя по верхушкам деревьев, видневшимся через стену забора. Надежные ворота, окованная железом дверь с маленьким глухим окошком – все указывало на то, что владельцы сей недвижимости не любят показывать свою жизнь и уважают уединение и покой.
Улица, как назло, была настолько немноголюдной, что лишний раз по ней даже не пройтись, не вызывая подозрений. Дана притащила меня к перекрестку, откуда мы аккуратно наблюдали за подозрительным домом, но совсем близко к нему подойти не удалось – сразу заметят. А в том, что за улицей следят, у нас не было никаких сомнений.
– Ну, что скажешь, госпожа маг? – с надеждой обращаюсь к Дане.
– Далеко отсюда очень, - недовольно бурчит магичка.
– Мне ближе надо подобраться. Придумай что-нибудь.
– Что надо-то?
– Да уж не вломиться во двор, как ты привык! Что-нибудь более безобидное… пройтись, или проехать надо мимо, да задержаться бы мне там … ненадолго… хоть на чуть-чуть. Ты же у нас мастер на всякие хитрости!
Вот задачка-то. В принципе, сложного ничего нет, проблема только во времени – нет у нас его. Сейчас постоянно во дворце присутствовать надо, а не по улицам шляться. Короче, отсюда надо поскорее сваливать, но сперва требуется подсобить нашей ведьмочке.
Ладно, придумаем что-нибудь…
Окидываю взглядом улицу, глухие заборы и мощные ворота. Да уж… сквозь такие щелочки и руки не пропихнуть - постарались ироды!
– Подзадержаться, говоришь? Есть у меня одна мыслишка. Но придется на рынок сгонять… переговорить кое с кем. Пошли!
18.
Копыта коняшки глухо стучали по утрамбованной сухой дороге, им в тон поскрипывали колеса телеги, доверху нагруженной кучей корзин, какими-то тюками, узлами и свертками. На телеге сидела толстая баба в добротном платье с ярким платком на голове, и бородатый возница в задрипанной одежке.
Живописная парочка, судя по всему, переезжала на новое место проживания. Баба ревнивым взором оглядывала свое богатство, изредка подгоняя своего супруга и браня его за нерасторопность. Видимо, чаша терпения мужика в какой-то момент переполнилась, и он огрел лошадку кнутом, понукая ее двигаться быстрее. Животное дернулось что есть сил, движение передалось телеге, и неустойчивые стопки корзин и горы тюков качнулись… и посыпались на дорогу.
– Караул! – заорала истошным голосом баба. – Разорил! Изверг! Чтоб тебе пусто было!
– А? Что?! – закрутил головой мужик.
– Паразит! Олух! Ты что наделал? Ты все добро по дороге раскидал!
Баба набросилась на мужика с кулаками, тот втянул голову в плечи, надвинул дырявую шапку на уши и соскочил с телеги.
– А ну, живо подымай! – завопила противным голосом баба.
Немногочисленные прохожие с любопытством наблюдали, как мужик засуетился вокруг телеги, подбирая раскатившиеся корзины и тюки, и безуспешно пытаясь уместить все это обратно. Получалось у него плохо, баба продолжала шуметь и ругаться. Затем, поняв, что у супружника без ее помощи ничего не выйдет, недовольно причитая, начала сползать с телеги, чтобы принять участие в спасении имущества. Неловко повернувшись, она при этом опрокинула кузовок, стоявший рядом с ее местом, и оттуда с диким воплем метнулась лохматая серая кошка. Ошалевшее от страха животное рвануло аккурат под ворота ближайшего к ним дома.
– Ах, ты боже мой! Кошка! Лимушка моя! Ты во всем виноват, паразит! – опять набросилась тетка на мужа.
– Ох, горе-то какое! Ой, что делать-то теперь! Иди, изверг, спасай нашу Лиму, а то я тебя! Так и знай! – погрозила бабища мужику кулаком.
– Дык… как же я ее спасу-то… она ж того… убежала… - забубнил мужик.
– Не знаю я ничего, и знать не хочу! – орала баба, как резаная. – Иди, стучи в ворота, изверг! Проси добрых людей помочь! Иначе я тебе все волосы из бороды вырву, со свету сживу! Бестолочь!!!
Мужик понуро побрел к воротам и стал стучать. На его стук почти мгновенно отворилось маленькое оконце в заборе, и невидимый с улицы привратник недовольным голосом осведомился:
– Что надо?
– Добрыя-я-я люди, - запричитал мужик. – Помогите бедным переселенцам…
– Кошка у нас сбежала, милостивый господин…корзинка опрокинулась с телеги… вот этот изверг виноват… всю жизнь мне испоганил, всю молодость мою сгубил, а теперь и на старости лет нет мне от него покоя, - запричитала быстро подбежавшая к забору баба.
– К вам, добрые люди, под ворота, и шмыгнула. Не откажите в неизмеримой доброте своей, верните кошку, милостивые господа… Вы меня только на чуток пустите внутрь - я-то её мигом изловлю! Не стоит вам свои руки благородные этим утруждать…Уж как не хочется обращаться к серой страже, чтобы они беспокоили таких славных горожан, как ваша милость, уж как не хочется…
Хитрая баба ловко начала шантажировать привратника. Не то, чтобы серая стража была каким-то городским пугалом, нормальные городские стражники. Но никто из горожан не горел желанием видеть их у себя в доме, причем все равно по какому поводу, и даже без оного. Пусть ты чист как младенец, и не числится за тобой никаких правонарушений… а вдруг?