Страж
Шрифт:
–
Логику?
– рассмеялась я, и хотя звук и ощущение этого не причиняли боли, для меня это прозвучалонепривычно.
– Ты никогда раньше ею не пользовался.
–
Я знаю, - на несколько минут он затих.
– Но я очень знаком с такого рода яростью, Алекс, и я понимаю, что тычувствовала. И ты толком не разобралась со всем этим до сегодняшнего дня. Айден полагает, что знает как ты себя чувствуешь, и может быть, у него и есть некое понятие об этом, но я знаю, что ты чувствовала и я знаю через что ты прошла.
Я чувствовала себя всё ещё пристыженно, что каждый был посвящен в эти ужасные, гнусные моменты, когда я молила о смерти и жаждала её больше, чем когда-либо хотела чего-то иного. Это было так слабо, и я была такая сломленная, освежёванная до глубины души.
Сет положил свою голову на мою и вздохнул.
–
Я не лгал. Я никогда не хотел, чтобы нечто подобное произошло. Из всего, что я сделал и чему стал причиной... это единственное за что я никогда не смогу попросить прощения.
И я не была уверена, что когда-либо полностью смогу простить ему это. Я знала, что не он это сделал со мной, но он сыграл значительную роль во всем этом. Но я так устала и просто... слишком натерпелась всего, чтобы всё ещё цепляться за гнев, потому что это было тем, чего Арес и хотел со своими сыновьями. Это ослабляло, убивало меня.
Я расслабилась и закрыла глаза, сосредоточившись на степенно поднимающейся и опускающейся груди Сета. Маленькая часть меня всё ещё, по ощущениям, была утеряна, и я сомневалась, что когда-либо смогу почувствовать себя цельной снова, или, если я действительно когда-либо смогу стать целой, но я понимала, что происходило прямо сейчас. Это была связь между нами, и то успокаивающее влияние, которое она оказывала на нас.
Сет уже делал такое ранее. Он использовал её, чтобы успокоить меня, когда у меня были ночные кошмары, и он использовал её, чтобы соединиться со мной и контролировать меня, но теперь, когда я была в своем самом уязвимом состоянии, он не применил связь, чтобы обмануть меня. Он использовал её, чтобы помочь мне.
*
Далеко не сразу, я пришла в ту форму, чтобы подняться и посмотреть в лицо реальности. Мои ноги и руки ощущались необычно вялым. Я оглянулась через плечо, посмотрев на Сета, и съежилась. Темно-малиновое пятно уже простиралось по всей его челюсти.
–
Сожалею о твоем... лице.
Наши взгляды встретились, и кривобокая ухмылка появилась на его лице.
–
Нет, тебе не жаль.
–
Ты прав.
Сет шагнул вперед, а я с иронией посмотрела на него.
–
Знаешь, ты можешь взять передышку, не так ли? Посвяти остаток дня на то, чтобы просто, ну не знаю, разобраться со всем этим. Отдохни.
Я была так истощена, как кто-то может ощущать подобное, только если пережил сильнейшее эмоциональное потрясение. Сама мысль пойти и положить свою маленькую голову на мягкую подушку была более привлекательней, чем поедание картофеля фри, обернутого в бекон.
–
Я уверена у Аполлона есть иная причина, чтобы показаться здесь, нежели выдергивать этих уродцев из меня.
–
Он может подождать, - забота промелькнула в глазах Сета, и было странно видеть это. Всё то время, что я зналаСета, редко можно было в самом деле увидеть, чтобы он заботился о ком-то другом, кроме самого себя. Опять же, я не приписывала ему больше, чем он заслуживал. Я изменилась. Изменился и он.
–
Нет. Я в порядке, - я повернулась к двери.
– У нас нет времени на мой отдых.
–
У нас есть время, - Сет последовал за мной.
– Можно подумать, что завтра будет чем-то отличаться отсегодняшнего дня.
Кто на самом деле знал, было ли это правдой? Борясь с порывом согласиться и пойти найти ближайшую кровать, я открыла дверь. Дверь немного свешивалась с петель, так что при открытии она задевала пол, и открылась лишь на половину. Я вздохнула, когда протиснулась в открывшуюся щель. Я не была удивлена, когда увидела прислонившихся к противоположной стене Айдена с Маркусом. Оба, казалось, слегка расслабились, когда они увидели меня, стоящую на ногах и, очевидно, не выглядевшую так, словно воткнула свою руку в электрическую розетку.
Тем не менее я резко остановилась, когда мой взгляд сосредоточился снова на Айдене. Создавалось впечатление, будто я впервые его увидела - широкие скулы, полные, выразительные губы, его темные, непокорные волосы, и эти сверкающие дымчато-серые глаза. Завеса была сорвана с моих глаз, и я не могла - не хотела отводить взгляд в сторону. Насколько многое было затронуто сыновьями Ареса? По-видимому, всё.
Взгляд Маркуса переместился поверх моего плеча, и его брови поползи вверх. Легкая ухмылка приподняла уголок губ Айдена. Несомненно он был счастлив увидеть, что я невредима, при том, что, с другой стороны, Сет выглядел так словно напоролся на стену.
Первым в себя пришел мой дядя, шагнув вперёд.
–
Ты в порядке, Александрия?
–
За исключением того факта, что я только что изрыгнула двух богов, подобно пьяной студенточке? Я чувствуюсебя потрясающе.
Облегчение курсировало по его лицу. Он похлопал мне по плечу.
–
Это моя племянница.
Я выдавила ухмылку в ответ на услышанное, в то время как следила за двумя парнями. Айден с Сетом осматривали друг друга так, словно собирались начать второй раунд мальчишечьих разборок.
Маркус стиснул моё плечо, и затем опустил руку. Для него это был целый ритуал по сближению, и я не была против этого. Я повернулась, обратив на себя внимание Сета. Мои глаза прищурились, а он в ответ свои закатил. Подняв руки вверх в качестве капитуляции, он развернулся и направился в кабинет ректора. Маркус последовал сразу же за ним. Прежде, чем войти в кабинет, Айден поймал мою руку и остановил меня. Мы остались одни в коридоре.
–
Алекс, - произнес он, его голос был тихим и грубым.