Чтение онлайн

Друид почти вплотную приблизился к нему, и тут Кухулин узнал в нем ольстерца, одного из изгнанников.

— Понимаешь, я обещал, что попрошу, — сказал тот.

Кухулин кивнул.

— Понимаю. Мейв умеет оказывать на людей такое влияние.

Друид не понял.

— Вынуждает давать обещания?

— Вынуждает умирать раньше времени, — ответил Кухулин, и выбросил вперед руку.

Копье пронзило горло друида и убило троих человек, стоявших позади него.

Легейду лишь с трудом удалось вытащить скользкое от крови копье. Он нацелил его на Кухулина, словно пику. Кухулин продолжал стоять возле колесницы, пренебрежительно глядя на противника. Их глаза на секунду встретились, а в следующее мгновение Легейд бросился на Кухулина, направив острие копья прямо ему в грудь. Когда наконечник был уже на расстоянии руки от его тела, Кухулин попытался отбить его щитом — движение, которым он защищал себя тысячу раз.

На этот раз рука его не слушалась, да и щита в ней не было.

Копье вонзилось ему в бок и сломалось. Сила атаки была такова, что Легейд оказался вплотную к Кухулину, и рука героя метнулась к его горлу, словно змея, схватила за кадык, и резко вывернулась — так, что треск ломающихся хрящей услышала даже Мейв в своей колеснице.

Легейд свалился на землю, хватаясь за горло и тщетно пытаясь вдохнуть. Кухулин внезапно упал на колени. Он зацепился здоровой рукой за край колеса и рассеянно смотрел, как его внутренности сворачиваются кольцом между ног. Колесница Мейв покатилась вперед. Королева остановилась перед Кухулином, посмотрела на его рану и улыбнулась.

— Итак, ольстерец, пришла твоя смерть.

Кухулин поднял голову.

— Полагаю, не намного раньше, чем твоя, — хрипло выдавил он.

Эйлилл выпрыгнул из колесницы и приблизился к умирающему герою. Лицо его было угрюмым.

— Я не нахожу в этом радости, — промолвил он. — Могу ли я что-нибудь для тебя сделать?

Кухулин посмотрел на него благодарным взглядом и показал в сторону ручья.

— Я бы хотел пойти туда и попить. Если подождете меня, то я… скоро вернусь, — его голос почти превратился в шепот.

Мейв скривилась.

— А если не вернешься?

Кухулин улыбнулся.

— Тогда вы будете знать, где меня найти.

Он наклонился, распахнул плащ и, завернув в него все, что выпало из живота, прижал к груди, словно женщина ребенка. Он встал, почти полностью выпрямившись, и сказал, обращаясь к Эйлиллу:

— Запомни, если я не вернусь, то ты должен прийти и поискать меня. Я далеко не уйду.

Эйлилл кивнул, и Кухулин медленно заковылял к ручью, не обращая внимания на крики Мейв, обрушившейся с ругательствами на Эйлилла.

Кухулин подошел к ручью в том месте, откуда его нельзя было увидеть, и, придерживая плащ, опустился на колени, чтобы попить. Потом встал, огляделся по сторонам и наконец увидел то, что искал. Он медленно подошел к вкопанному в землю столбу — единственному напоминанию о мосте, который стоял здесь много лет назад. Кухулин сел, прислонившись к столбу, расстегнул пояс, накинул его на столб, снова застегнул, и медленно поднялся, скользя спиной по дереву. Его пронзил приступ жестокой боли, ноги подогнулись, но закрепленный на столбе пояс удержал его. Он взял омертвевшую руку, завел ее под плащ, в котором находились его внутренности, и закрепил пальцы на противоположном боку, чтобы рука не упала. Потом вытащил меч и стал ждать.

— Он слишком долго там возится!

Эйлилл посмотрел на Мейв так, словно не мог поверить, что она действительно это сказала.

— Слишком долго для чего?

— Слишком долго для меня!

Она хлестнула лошадь, и та резко снялась с места.

— А куда, по-твоему, он мог деться? — раздосадованно крикнул Эйлилл, но она не обратила на него внимания.

Эйлилл побежал вслед за ней, а рядом, хрипя раздавленным горлом, еле поспевал Легейд.

Кухулин висел, привязанный поясом к столбу, голова его упала на грудь. Он не шевелился. Казалось, что у его висков мерцает неясный свет. Его правая рука безжизненно свисала, хотя все еще сжимала меч. Увидев, что он не пытается убежать, Мейв остановила колесницу. Легейд пробежал мимо нее, выхватывая на ходу меч.

— Не надо, это ни к чему, он уже… — попытался остановить его Эйлилл.

Но Легейд его на слушал. Он хотел получить трофей, плату за то, что его лишили голоса. Даже не успев остановиться, он ударил по руке Кухулина. Клинок отсек кисть, но пальцы не выпустили меч. Удар Легейда был настолько сильным, что меч Кухулина описал круг, заставив на мгновение вспыхнуть быстрые воды ручья ослепительным светом. Лезвие меча задело кисть Легейда, и его меч и рука упали на землю рядом с мечом и рукой Кухулина. Разрез был настолько чистым, что Легейд не сразу понял, что произошло, и, воодушевленный победой, развернулся к остальным, поднимая над головой руку. Потом, озадаченно подняв голову, он увидел бьющую фонтаном кровь и только тогда ощутил боль.

— Ради Луга, перестань шуметь, — поморщившись, приказала Мейв, когда Легейд, визжа от боли, упал на колени. — Отруби ему голову.

Легейд в ужасе поднял глаза, но Мейв уже говорила не о нем. Она показала мечом на мертвое тело Кухулина. Свет, мерцавший вокруг его лба, исчез. Он выглядел совсем маленьким, и с гладкими, лишенными волос щеками казался мальчиком. Эйлилл тихо шагнул вперед, преградив ей дорогу. Острый конец ее меча уперся в мягкую кожу между его глазами.

— Никто его не тронет. Никто не тронет его голову.

Мейв молчала. Воины нервно переминались с ноги на ногу, не зная, что делать. Она резко запахнула плащ, спрыгнула с колесницы и решительным шагом направилась к Кухулину.

— Клянусь Лугом, я сделаю это сама!

Она занесла меч и уже собиралась опустить его на шею Кухулина, но в этот момент Эйлилл перехватил ее запястье. Несмотря на это, Мейв попыталась опустить меч, но потеряла равновесие и чуть не упала, поворачиваясь вокруг своей оси. Меч выпал из ее онемевших пальцев. Она приблизилась вплотную к Эйлиллу и прошипела:

— Что с тобой случилось?

Эйлилл смотрел ей в глаза совершенно бесстрастным взором, но в его голосе звучала решимость.

— Он всегда оставался человеком чести, даже после того, как мы каждый день стали нарушать нашу с ним договоренность. Он останется таким, как есть.

Мейв рассмеялась.

— Ты думаешь, он не стал бы привязывать твою голову к своей колеснице? Швырять в меня твои мозги из своей пращи? — Она оттолкнула его и забралась в колесницу. — Если только у тебя достаточно большие мозги, чтобы стоило ими швыряться!