Чтение онлайн

Дакк напрягся. Откуда-то издалека донеслись обрывки едва различимых фраз. Через закрытую камеру они были едва слышны. Он, насколько смог, вслушался, помогая своим полем улавливать колебания стенок барокамеры. Говорили, определенно, о нем и один из говоривших, явно, был реаниматором, глухой голос которого постоянно раздавался в лаборатории станции. Но как Дакк ни старался, единственное, что он смог понять — его хотят портировать в галактику.

Это его встревожило. Надеяться было не на что и ему сейчас придется принимать однозначное решение — либо портироваться вместе с носителем Марка в новую неизвестность, либо дать ему умереть, так как из канала, Дакк был уверен, носитель Марка выйдет только лишь мертвым.

Голоса отдалились и как Дакк ни старался, он больше ничего не смог услышать.

Прошло всего немного времени и он почувствовал вокруг барокамеры вихри нескольких биополей. Поля были, явно, встревожены. Чем была вызвана тревога, определить было невозможно, так как носители биополей, практически, не разговаривали, лишь перебрасывались короткими репликами, среди которых наиболее частым словом было перемещение.

Вскоре Дакк почувствовал, что барокамера пришла в движение.

К портатору — догадался он и ослабив защиту, выбросил свое поле наружу и в тот же миг пронзительный писк, заставил его вздрогнуть и мгновенно убрать поле.

Вдоль барокамеры метнулись несколько биополей, донеслись непонятные возгласы. Противный писк стих и Дакк почувствовал, как барокамера заскользила быстрей.

Время уходило. Дакк понимал, что для принятия решения у него оставались мгновения, но определиться он никак не мог.

Он бы без колебаний ушел вместе со своим носителем в галактику, знай он достоверно лишь одно, что он уничтожил то биополе на фрегате. Это неведение тревожило, то непонятное пятно на полу переходного шлюза не давало покоя — уж очень оно было похоже на такое же пятно, которое было вокруг умирающего офицера, оставленного им в медлаборатории фрегата.

Он мог бы без труда заставить, снующих вокруг барокамеры реаниматоров, бросить ее и со страхом убежать, но пользы для него от этого совершенно никакой не было, так как носитель Марка он все равно не смог бы покинуть без угрозы для него. Получался все тот же заколдованный круг: он не желал смерти своему носителю и потому не решался его покидать, надеясь, что сможет хотя бы чем-то ему помочь; носитель держал его на привязи, сдерживая его активность.

Вдруг, Дакк почувствовал мощный ток энергии. Портатор, понял он и встрепенулся. Раздался нудный писк какого-то из датчиков. Не обращая на него внимания, Дакк выбросил свое поле сквозь барокамеру и тут же не почувствовал своего носителя — канал поглотил их и понес в галактику.

Писк сканера связи вывел Рассела из тягостных размышлений. Он бросил взгляд на цифры хронометра — была полночь. Чертыхнувшись, инициализация сканера снова была отключена, он протянул руку и нажал клавишу подтверждения. Перед ним вспыхнула голограмма с изображением Хаггарда. Рассел механически выпрямился, но тут же усмехнувшись, снова откинулся на спинку кресла.

— Господин Рассел. — Строгим, не терпящим возражения, голосом заговорил Хаггард. — Смерть экспертов Регата вызвала обоснованную тревогу положением дел на станции узла. Это уже становится некой закономерностью, что совершенно недопустимо. Я требую провести тщательное расследование. Виновные в происшествии должны быть строго наказаны. Вам необходимо, в течение трех последующих дней прибыть в технический сектор Регата с подробным докладом о положении дел на станции узла и принятых мерах по нормализации на ней обстановки. Желаю успеха.

Изображение Хаггарда исчезло, голограмма погасла.

— Н-да. — Рассел скорчил гримасу. — Отставка.

Дал три дня, чтобы собрать свои вещи. Добренький. Он еще не знает подлинной обстановки на станции, иначе бы я и трех часов не получил. Что ж, буду собираться.

Рассел поднялся и направился из своего кабинета. Но едва он сел в свой кар, как раздался писк. Он достал сканер связи и нажал клавишу подтверждения: из вспыхнувшей голограммы на него смотрел Паулидер.

— Здесь никого нет, господин Рассел. — Паулидер состроил мину. — Мы просканировали анализаторами полей все коридоры всех уровней пятого сектора, никаких данных, указывающих на присутствие каких-то сторонних полей или излучений не обнаружено.

— Что же тогда, они сами поумирали?

— Не думаю. — Паулидер покрутил головой.

— Ты их видел?

— Григорьев одного показал.

— И как?

— Вид отвратительный.

— И что дальше?

— Не знаю. — Паулидер вновь покрутил головой.

— Так думай. — Процедил Рассел. — Меня вызывают на Ризу. Думаю, сюда я больше не вернусь. Хотя это навряд ли будет зависеть от меня, но если поинтересуются, то в мое кресло буду рекомендовать тебя, хотя ты и не военный.

Глаза Паулидера округлились, лицо вытянулось.

— Не строй рожи. — Рассел кисло улыбнулся. — Что говорит Григорьев?

— Ничего. Он в полном недоумении. Такое впечатление, что их организм был ввергнут в ускоренное старение. В тысячи раз более быстрое, нежели обычный жизненный процесс.

— Бред! — Рассел махнул рукой. — Скорее всего гроты придумали какую-то заразу: вирус, излучение или еще что-либо подобное и портировали в пространство узла. Уверен — это пришло с фрегатом. Проворонили мы его.

— А как это проникло во фрегат?

— Не знаю. — Рассел мотнул головой. — Возможно со станции зонта. Там все и началось. Оттого она и молчит, что там уже все… — Рассел махнул рукой.

— Вы думаете фрегат был там?

— Уверен.

— И что теперь делать?

— Искать.

— Что?

— Не знаю! — По скулам Рассела прошли желваки.

— Пока мы будем искать неизвестно что, уж точно станем скелетами.

— Не исключено. — Рассел усмехнулся.

— Но я не хочу стать скелетом.

— Тогда думай! — Рассел повысил голос. — Ты ученый! Я запретил все портаторные перемещения со станции. Может это и перестраховка, но уж лучше пере, чем недо.

Паулидер молча дернул плечами.

— Тогда все. — Рассел прервал связь и взялся за рыпп.

Дакк открыл глаза: он лежал на спине, его взгляд упирался в идеальную белизну пространства.

Где я? Он повел глазами по сторонам — окружающая белизна резала глаза, кроме нее вокруг больше ничего не было.

Дакк рывком сел и покрутил головой — он сидел в просторной идеально белой комнате. Опустив взгляд, он увидел, что сидит совершенно нагой на, такой же, как и все вокруг, белой спальной платформе. Он перевел взгляд на левое плечо, оно выглядело идеально, словно там никогда не было никакой раны. Он повел плечами — никаких болевых ощущений не было. Вскинув в удивлении брови, он осмотрел раненую ногу, но она тоже выглядела идеально.