Чтение онлайн

– Все в порядке, Людвиг, – сказала страж, на щеках которой не было и намека на румянец.

– Я вижу, что это не так. Серьезно ранена?

– Уже нет, – произнесла Белладонна. – Я поставлю ее на ноги через несколько минут, но было бы здорово, молодой человек, если бы вы не стояли столбом, а занялись важным делом. Вам следует убираться отсюда и как можно скорее. Найдите лошадей.

– У него не получится, Белладонна. Они не станут его слушать.

– Я найду кучера, – предложил я.

– Нет. Тот сразу же донесет своему господину.

Пугало спрыгнуло с козел, показало мне, что все сделает, и уже через минуту вело лошадей. Проповедник нервно постанывал, поглядывал на стены и освещенные башни, опасаясь, что вот-вот начнется переполох.

– Как это случилось? – спросил я у Геры.

– Ошиблась. Они усилили защиту, наверное, из-за бала, и я пропустила одно хитрое проклятие. Еле вывернулась.

– Тебе это не слишком помогло, – веско заметила госпожа Белладонна. – Если бы я не почувствовала кровь, ты бы уже протянула ноги.

Я подался вперед, кажется, начиная понимать, кто она такая. Глаза ведьмы на мгновение мигнули ярко-красным, а сквозь личину миловидной тетушки проглянул истинный облик – седовласая голова с розовой кожей, большие уши, острый клюв-хоботок.

– Старга? [40] Старга на службе у Церкви?!

– Показать патент? Каждый хочет выжить, дружочек. Не желаю закончить как мои подруги – с колом в сердце и выпотрошенным животом, начиненным сельдереем. Спокойное существование требуется любому разумному существу.

– Вы же не можете выжить без ежемесячной охоты.

– Я и охочусь, – спокойно сказала она, продолжая заниматься раной Геры. – Каждый месяц. Если бы ты знал, сколько Церковь находит еретиков, которых затем приговаривают к смерти. Поверь, для них я гораздо более гуманный вариант, чем костер.

Пугало тем временем впрягло лошадей и, усевшись на козлы, взялось за поводья. Проповедник, после недолгого колебания, безостановочно стеная, присоединился к нему.

– Ты сможешь ими управлять? – спросил я у Пугала.

Оно коротко кивнуло.

– Очень надеюсь, что оно не врет, и это не злая шутка, – сказал Проповедник. – Пожалуй, я зажмурюсь.

– Ну вот, – довольно сказала старга. – Теперь ты как новенькая, милочка. Тебе и твоему другу лучше исчезнуть, пока они не поняли, что произошло. У вас удручающе мало времени.

– За мной долг, Белладонна. – На щеки Гертруды вернулся румянец.

– Твой дядя его уже выплатил, оставив мне жизнь, – сказала кровопийца.

Я сел в карету следом за Герой и захлопнул дверцу, жалея о том, что не умею управлять волшебным экипажем.

Пугало правило лошадьми из рук вон плохо. На взлете мы едва не задели колесами зубчатую стену, затем рухнули вниз, к вершинам деревьев и только после этого худо-бедно стали набирать высоту. Но все равно нас крепко болтало, словно на корабле во время шторма.

Гертруда нервничала, то и дело поглядывая в окно на Кобнэк, который с каждой минутой уменьшался в размерах.

– Все в порядке. Мы вырвались, – сказал я ей.

– Не думаю. Я сильно наследила из-за раны, надо было остановить кровь, так что я не могла думать о расставлении наговоров. Наверное, они уже знают и ищут вора среди гостей. Наша удача продлится до тех пор, пока охранники не заметят пропажу кареты.

– Тебе удалось украсть душу?

Она улыбнулась и вытащила из-под ворота платья кулон в виде ограненного со всех сторон хрустального шарика. Он светился ярко-голубым.

– Ее не надо было красть. Она сама согласилась сбежать. Мне оставалось только прочитать заклинание, чтобы сделать ее незаметной.

– Это девушка? В голубом платье, с раной на спине?

– Нет. Что за девушка?

– Видел ее на балу. Я вообще много кого успел увидеть. Ты знаешь Софию?

– Что она тебе сказала?! – резко, словно удар бича, произнесла Гертруда, разом отвлекшись от окна.

– Ничего особенного, – невинно ответил я. – Мы просто потанцевали…

– Просто потанцевали, Синеглазый?! Кого ты хочешь обмануть? Пророчица не общается ни с кем ради танцев! Она вообще не выходит из Темнолесья, если ей нечего сказать! Так что будь любезен, объяви вслух, что тебе предрекли, и перестань меня пугать.

Я вздохнул и произнес врезавшиеся в память слова:

– Опасайся висельника на перекрестке, он принесет тебе беду. Бойся снежных стен, они не дадут тебе шансов. Избегай света, ведущего из мрака, это твоя смерть.

– Плохо, – нахмурилась колдунья.

– Почему плохо? – озадачился я.

– Потому что ничего непонятно, Людвиг! И я не знаю, как тебе помочь.

– Она сказала, что с пророчествами ничего не ясно. Они могут и не случиться.

– Только не пророчества Софии. Эти происходят с завидным постоянством.

– Тебе она тоже что-то говорила?

– Очень давно. В том числе и о тебе. Как видишь – сбылось.

Я не стал уточнять, что сбылось – наша встреча, наша разлука, или новая встреча, или еще что-то. В некоторых вопросах я становлюсь совершенно нелюбопытным.

– А, проклятое Пугало! – выругалась Гера, когда карета заложила резкий вираж и формирующееся вокруг ее рук сияние погасло, потому что колдунью резко швырнуло в сторону. – Держи ровно, сукин сын! Нам главное – преодолеть Кайзервальд. Потом можно будет сесть и постараться спрятаться. Когда светает?

– Не раньше, чем через четыре часа. – Я посмотрел на близкие звезды.

– Я пытаюсь скрыть карету от преследования, но при такой болтанке проще создать голема, чем сделать самое простое волшебство. Заткнулся бы твой Проповедник.