Чтение онлайн

Огерт, покосившись на друзей, поправил висящий на поясе тесак, словно невзначай взялся за рукоять.

– …Я хотел узнать, как выглядит Кхутул. Я понимал, что он изменился. Ведь его тело осталось здесь, на Кладбище. Но его душа, его разум не перешли в эту землю. А значит он либо стал призраком, либо нашел способ занять другое тело, быть может, тело мертвяка. Я должен был узнать, кто он сейчас. И узнал… – Страж пристально посмотрел Огерту в глаза. – Кхутул не стал призраком. Он занял тело живого человека. Некроманта…

Гиз привстал, начиная понимать, к чему клонит Страж, чувствуя, что сейчас что-то произойдет.

– Обновленный Кхутул не стар, – сказал Страж. – Он худ, бледен и вечно кутается в плащ. А еще у него есть тесак в деревянных ножнах…

Гиз отодвинул стул, покосился на напряженного Огерта, отметил, что тот одну руку держит под столом.

Уж не за тесак ли держится?..

– …и костыли. Но он почти не ходит. Он ездит. Ездит верхом на ишаке…

Огерт не двинулся с места, только усмехнулся холодно, спокойно. Зато Нелти вдруг прохрипела что-то злое, вскочила, опрокинув стул, отшвырнула кошку, метнулась к некроманту, обхватила его сзади, словно хотела задушить. А через миг резко выпрямилась.

В руке ее сверкнуло лезвие тесака.

Собирательница замерла, зависла над Огертом, занесла над ним его же оружие.

– Не надо, сестра! – Гиз хотел было схватить ее, удержать, но Нелти неожиданно ловко увернулась, резво отпрыгнула в сторону, взмахнула тесаком и, перегнувшись через стол, ударила Стража в грудь.

Лезвие с хрустом вошло меж ребер.

Ухмыляющаяся Нелти перехватила тесак двумя руками, повернула его в ране и выдернула.

Страж захрипел, вцепился в столешницу узловатыми крепкими пальцами, привстал, медленно выпрямился. Губы его побелели, зрачки сузились. Он попытался что-то сказать, но зашелся в кашле и покачнулся.

Ошеломленный Гиз подхватил его одной рукой, а второй выхватил меч.

Прямой светящийся клинок скрестился с чуть изогнутым, источенным лезвием тесака.

Гиз и Нелти смотрели друг другу в глаза.

И охотник мог поклясться, что слепая собирательница его видит…

Недолго теснили мертвяков люди.

Подоспели великаны-артхи, ворвались в гущу сражения, сметая все на пути, размахивая огромными дубинами, не обращая внимания на удары мечей, алебард и копий. Косолапя, прибежали облезлые медведи, поднялись на дыбы, свирепо обрушились на людей. Мертвые лучники, сменив позицию, выпустили тучу стрел.

Попятились люди, не выдержав натиска. Сперва лишь на шаг отступили. И уже не могли остановиться. Все быстрей и быстрей покатились назад, теряя бойцов, но еще держа строй, еще кое-как отбивая атаки нежити, сопротивляясь, надеясь на подмогу…

Но помощь не пришла.

Запертые в осажденных башнях гарнизоны и отряды бойцов, сражающиеся на крепостных стенах, могли лишь обреченно следить, как по темной аллее катится к зеленым могилами вязкая масса, похожая на поток черной загустевшей крови…

– Почему? – Гиз смотрел на Нелти. Он не мог поверить в ее предательство и потому лихорадочно искал хоть какую-то причину, оправдывающую поступок сестры. – Почему ты сделала это? Почему?!.

– Больно… – Страж поморщился, осматривая свою рану, осторожно касаясь ее кончиками пальцев. Откашлявшись, прохрипевшись, он поднял голову, спросил недоуменно, обращаясь к собирательнице: – Но зачем? Ты же знаешь, что меня нельзя убить.

– Что происходит? – Гиз только сейчас заметил, что ни на лезвии тесака, ни на пропоротой рубахе Стража нет крови.

– Просто я хотел, чтобы ты испытал боль, – сказал ухмыляющийся Огерт, встав рядом с Нелти. Некромант не опирался на костыли, он крепко держался на ногах. – Я думал, что это сделает тебя более человечным… – Голос Огерта переменился, но Гиз уже не раз слышал эти интонации.

И теперь он знал, кому принадлежит чужой голос.

– Кхутул – это Огерт?

– Не совсем так, – покачал головой Страж, прикрывая ладонью рану.

– Расскажи ему, старик, – велел Огерт-Кхутул, и Нелти кивнула. – Пусть охотник Гиз узнает всё, прежде, чем подчинится мне.

– Да-да… – Страж, поколебавшись, присел, положил руки на столешницу, сцепил пальцы. – Я расскажу. Я знаю, что вы меня сейчас слышите… Так вот… Я выяснил, как выглядит Кхутул, но узнал так же, что это не единственный его облик. Иногда он появлялся в виде слепой, но всё видящей женщины, которую сопровождала большая кошка.

– Нелти? – Гиз глянул на собирательницу и опустил меч, чувствуя страшное опустошающее разочарование.

– Да, охотник, – сказал Огерт, хмыкнув. – Я не только твой брат, но и сестра тоже.

– Да, – подтвердил Страж. – Умирающий Кхутул разделил свое сознание, разорвал свою душу и перенес их в несколько тел. Помнишь, как это случилось? Он посмотрел в глаза маленькой девочке, и она ослепла. Он коснулся ноги мальчика, и он охромел. Ты ведь должен знать три главных охотничьих правила: не смотреть, не касаться, и не говорить. Вы нарушили их. Если бы это был обычный мертвяк, то, наверное, ничего страшного не произошло бы. Но вы столкнулись с самим Кхутулом. И он схватил Огерта за ногу, передав ему часть себя. А потом заглянул в самую душу Нелти, оставив там свой отпечаток. И…

– И заговорил со мной, – прошептал Гиз. – А я ответил.

«…Кхутул. Запомните это имя…»

Словно жидкий пламень ожег все нутро. И что-то тяжелое надавило на грудь, сжало горло, не давая вздохнуть.

Гиз схватился за шею, царапнул кожу скрюченными пальцами, сорвал тонкий кожаный шнурок амулета.

Полегчало.

– Кхутул – во мне?

– Да, – горько сказал Страж. – У Кхутула есть и третье обличье. Очень редко он представал перед своими соратниками в виде воина со светящимся мечом. В теле охотника на мертвяков.