Чтение онлайн

Стоило Йену закрыть дверь за отцом Брайанов, как Шилес звонко расхохоталась.

— Я уже повесила под кроватью амулет плодовитости, которым меня снабдила Тирлаг.

Йен привлек ее к себе.

— Амулет — это хорошо, но давай и сами как следует постараемся.

Девять месяцев спустя

Вообще-то чувство страха было незнакомо Йену.

Мать постоянно спускалась вниз, чтобы доложить, что жена чувствует себя прекрасно, что все, что нужно делать, делается. Но, несмотря на ее уверения, непривычное состояние, близкое к панике, овладевало им каждый раз, когда на лестнице раздавались ее шаги.

— Сядь, Йен, и отдохни, не то ты сотрешь свои новые полы, — посоветовал Алекс.

Зачем он сделал Шилес ребенка? И о чем он тогда только думал? Не о детях, это точно. Ведь ее мать умерла при родах, не дай Бог!

— Она — крепкая девочка, — успокоил его отец.

Он глядел на него с сочувствием. Отец хорошо понимал его в отличие от тех, кто пока не был женат.

Шилес снова закричала, и у Йена остановилось сердце.

— Вот если бы она не кричала, тогда следовало беспокоиться. Это означало бы, что она настолько слаба, что у нее нет сил на крик.

Отец, конечно, мог обманывать его, но сила, звучавшая в голосе Шилес, обнадеживала.

— Мне послышалось, что она ругается. — Дункан выглядел таким же обеспокоенным, как Йен. — Вроде бы, это добрый признак, как вы думаете?

— Сколько это будет длиться, отец? — Кругами ходя по комнате, Йен схватился за голову. — Зачем мы привезли ее сюда, в замок Нок. Вдруг тут порча?

— Сначала ты привез сюда отца Брайана, который залил святой водой все углы и закоулки, — фыркнул Алекс. — Потом ты три дня заставлял бедную старушку Тирлаг читать здесь заклятия от нечистой силы.

— Это все ради спокойствия Шилес, — сказал Йен.

Он не стал обращать внимания на их смешки.

— Если вам обоим здесь было плохо, — заговорил Коннор, — тогда вы очень умело это скрывали.

Нет, они здесь были счастливы! Йен боялся, что их счастье могло вызвать ревность у фей.

— Йен, — позвала его мать от двери. — Теперь можешь подняться.

Когда он в три прыжка преодолел лестницу, Бейтрис отошла с прохода, уступая ему дорогу. Йен влетел в спальню и увидел Шилес, сидевшую на кровати, опираясь на подушки. По бокам стояли Айлиза и Дайна.

Вид у жены был усталый, но она вся словно светилась. Слава Богу! Он ни за что больше не решится пережить такое еще раз.

Айлиза отошла в сторону, и Йен занял ее место у кровати.

— Мы оставим вас одних, — сказала она. — Если что потребуется, кликните меня.

— Я с вами попрощаюсь, потому что вот-вот придет Гордон забрать меня. — Дайна похлопала себя по округлившемуся животу и подмигнула им. — Он исключительно… внимательный муж.

Когда Йен попросил Гордона присмотреть за Дайной, он даже предположить не мог, что все так сложится. Судя по всему, это тоже была любовь. Серьезность, свойственная Гордону, положительно повлияла на Дайну, а свойственное ей легкомыслие добавило ему живости. Хотя скандалы между Дайной и матерью Гордона все равно стали притчей во языцех.

Дверь за ними закрылась, и тогда Йен погладил жену по щеке.

— С тобой все в порядке, моя любовь?

— Вполне, — ответила она.

— Видно, что ты намучилась.

— Конечно, намучилась.

Но Шилес улыбнулась, и сердце подпрыгнуло у него в груди. Вся наполненная внутренним светом, жена предстала ему настоящей красавицей.

— Ты ведь еще не видел, — сказала она.

Уголок одеяла прикрывал лицо спеленатого ребенка, которого она держала на руках.

— Кто это? — спросил он. — Мальчик или девочка?

Йен надеялся, что на свет родился мальчик, поскольку мысль о том, что у него появится дочь, пугала его до полусмерти. Что, если девчонка пойдет в мать и тоже будет попадать во все немыслимые переделки? К тому времени он-то уже станет стариком.

— Возьми дочь на руки, — сказала ему Шилес.

Приняв сверток из ее рук, Йен подумал, что малышка совсем ничего не весит.

— Ты подумай, какая крохотная! — Йен откинул одеяло с ее личика, и все. С этого момента он оказался у нее в плену. — Ах, какая хорошенькая! И у нее будут такие же оранжевые волосы, как у тебя.

— У меня волосы не оранжевые.

Конечно, оранжевые, но он не стал спорить.

— А на второго ребенка не хочешь посмотреть? — спросила Шилес.

— Как? Еще?

— Только один. Вернее, одна. Еще одна девочка.

Йен не заметил, что на другой руке жена держала еще один сверток из одеяла.

— У этой тоже будут твои волосы, — сказал Йен, рассмотрев свою вторую очаровательную дочурку. И усмехнулся жене. — Намучаемся мы с ними.

— Наверняка. — У нее был довольный вид. — Ты станешь чудесным отцом.

Шилес всегда верила в него.

— Как мы их назовем? — спросил он.

— Я хочу назвать одну Бейтрис, в честь твоей матери, — сказала Шилес. — Что, если вторую назовем Александрой, в честь Алекса?

— Отлично! — Йен улыбнулся малышке. — Дункан и Коннор — такие имена вряд ли подойдут девочке.

— Мальчишек родим потом, — заверила она его. — По меньшей мере четверых.

— Четверых сыновей? Зачем нам вообще сыновья?

Радуясь дочерям, он совсем не хотел вновь подвергать риску жизнь жены.

— Мы назовем их Коннором, Дунканом, Пейтоном и, конечно, Ниллом. — Она коснулась его руки. — Я была одна у матери, поэтому мне хочется целый дом детей.

Он кивнул, надеясь, что в следующий раз роды пройдут легче, и, понимая, что этого не будет.

— Если будем рожать двойнями, тогда быстро управимся.

Йен услышал хрустальный смех над собой, поднял голову и увидел женскую фигурку в светло-зелёном платье, плывущую по воздуху.