Страсти
Шрифт:
И остался ночью на могиле
Рыжий клоун. Неразменный друг.
Он ещё не стёр свои румяна.
Мял в руках потёртый шапокляк.
Старый донкихот из балагана.
Пёстрый, размалёванный добряк.
Скоро жизнь пройдёт, а вспомнить нечем.
Ни жены. Ни славы. Ни утех.
Но ведь это счастье — каждый вечер
Выпускать на волю чей-то смех.
Не зверей из клеток. Белых. Бурых.
А счастливый смех. До слёз. До дна.
Чтобы никаких дорожек хмурых
Не вела морщинка ни одна.
Чтобы смех — лихой солдат успеха —
Отводил бы души от забот.
Говорят, одна минута смеха
Удлиняет жизнь на целый год.
Если все собрать минуты эти
В длинный-длинный клоунский мешок,
Жил бы клоун дольше всех на свете,
Жизнь не разменяв ни на вершок.
Громко бьётся клоунское сердце,
Будто он ступает по горе.
...Акробаты падают с трапеций.
Клоун
умирает
на ковре.
Гитара
Терпеливица гитара.
Полушёпот... Полувздох...
То ли бредит бочкотара.
То ли дрозд в саду издох.
Бормотанье. Наговоры.
Шепоток бежит рысцой.
Звуки-крохи. Звуки-воры.
Звуки — с хитрой хрипотцой.
Пёстрых слов тасуя карты,
Цедят песенку одну
Доморощенные барды,
Исщипавшие струну.
Голоском, подобным зуду,
Тянут так, что бог спаси...
Сколько их теперь повсюду
Расплодилось на Руси!
С тощей песенкой на пару,
С немудрёною строкой,
На миру казнят гитару
Бесталанною рукой.
Шепоток бежит сторонкой,
Мелким бесом стёжки вьёт...
Где ты, удаль песни звонкой,
Той, что за душу берёт?!
Где ты, рек великих вече,
А не слепенький поток?
Где ты, голос человечий,
А не микрофонный ток?!
Не узорные разводы.
Не кривлянье естества.
Где ты, голос — дар природы?
Где ты, искра волшебства?
Я кричу, как от удара,
Оттого, что на стене
Убиенная гитара
Молча
жалуется
мне...
Паразит
Две руки у тебя. А зачем?
Для чего тебе руки, скажи?
— Как зачем? Я ведь всё-таки ем.
Надо вилки держать. И ножи!
Две ноги у тебя. Две ноги.
А зачем? Ты ответить готов?
— Как зачем? Надо делать долги,
А потом убегать от долгов!
А глаза? Голубые глаза?
Для чего? Что ты видишь, ответь?
— Для чего? Чтоб тянулась слеза,
Чтобы люди могли пожалеть.
А спина? Что носил на спине?
Поднял в жизни когда-нибудь кладь?
— На спине? А зачем это мне?
Ведь спина для того, чтоб... лежать...
Ну, а совесть? Как быть тебе с ней?
Жить всю жизнь у чужого огня?
— Ну и что ж? Разве столько людей
Одного не прокормят меня?!
Прорицатели
Прорицателей ужасных
Столько стало — счёта нет.
Говорят, земля погаснет
Через тридцать тысяч лет.
Говорят, исчезнут люди.
Страны вымерзнут подряд.
И еще чего-то будет,
Говорят.
Я не знаю, в чём примета,
Только знаю я одно:
Про тебя, земля, вот это
Говорят уже давно.
Та седая небылица
Совершает свой набег,
А земля себе вертится
Вот уже который век.
Что ей только не пророчат!
Зло сулят, грозят бедой,
А она вовсю хохочет
Переливчатой водой.
А она вовсю смеётся
Спелым золотом жнивья.
Кто сказал, что сгинет солнце,
Что застудится земля?!
Ей кружиться по орбите
И нести тепло и свет.
А не верите — зайдите
Через тридцать тысяч лет.
***
Зачем архипелаги открывать?
Не лучше ли улечься на кровать?
Зачем лететь к Венере и к Луне?
Не лучше ли, когда они в окне?
Зачем у океана щупать дно?
В любом тазу заметнее оно.
Зачем сбивать затворы с теорем?
Зачем? Зачем? Зачем? Зачем? Зачем?
Да всё затем, что иначе Земля