Чтение онлайн

Нет, она не вернется к таблеткам. Никогда. Ни при каких обстоятельствах.

Надо обрывать все прямо сейчас. Чем дальше, тем тяжелее ей будет. Если отношения с Джейсом едва не довели ее до таблеток, надо не мешкая прекращать эти отношения. Она не напрасно потратила столько сил, выбираясь из зависимости в жизнь, свободную от таблеток и прочей дряни.

Возможно, ее жизнь стоит совсем немного, однако сейчас Бетани четко сознавала ценность своей жизни.

Она не стала переодеваться. Нет, она должна как можно скорее увидеться с Джейсом, пока у нее еще остаются крохи мужества. Должна честно ему сказать, что уходит из этой квартиры. И не по телефону, а глядя ему в глаза.

Она не исчезнет, как исчезла тогда из отеля, и не заставит его терзаться мыслями о ее судьбе. Нет, она явится к нему домой и скажет, что уходит из его мира. А потом она вернется к прежней жизни. Возможно, это и не самая лучшая жизнь, но она сможет жить так, сохраняя гордость и здравый рассудок.

Вспомнив, что у нее в кармане ни цента, Бетани полезла в ящик кухонного стола, где лежали деньги. Она возьмет только на такси, а всю сдачу отдаст Джейсу. Ей не надо его денег. Вспомнив про рюкзак Джека, по-прежнему валявшийся на диване, Бетани подхватила его на плечо и покинула квартиру.

В вестибюле ее вновь пытался остановить встревоженный швейцар:

— Мисс Уиллис, куда вы опять собрались? Настоятельно советую подождать здесь.

Не реагируя на его слова, Бетани выскочила наружу и принялась ловить такси.

— Так где же она? — спросил Джейс, войдя в вестибюль дома, где жила Бетани.

— Сэр, я пытался позвонить вам вторично, — вздохнул швейцар. — В первый раз я вам звонил, когда она вернулась. Поднялась наверх, но в квартире пробыла минут пятнадцать, не больше. Вижу — снова выходит из лифта. Даже не сменила промокшую одежду. Вид у нее был очень расстроенный.

Джейс закрыл глаза и мысленно выругался. Ругательство было длинным и грязным.

— Ну куда же она могла поехать?

По тротуарам хлестал ледяной дождь. У Джейса все внутри сжалось, когда он представил Бетани, бредущую по улице. Озябшую. Подавленную. Одинокую.

Вероятнее всего, она отправилась искать Джека. Долбаного Джека, за которого она почему-то так упорно цепляется.

Задним числом Джейс подумал, что погорячился. Рассердился, и злость затуманила ему глаза. Он выплеснул на Бетани не только свою злость, но и весь свой страх. Конечно, она не выдержала и сбежала. Случилось то, чего он с самого начала боялся.

Швейцар посчитал риторический вопрос Джейса обращенным к нему.

— К сожалению, сэр, это мне неизвестно. Я пытался ее удержать, но она и слушать не стала. Так и ушла с одним рюкзачком на плече.

У Джейса кровь застыла в жилах. Если только с Бетани что-то случится, он убьет этого Джека. Скорее всего, она решила вернуться к Джеку. Теперь попробуй найди ее. В прошлый раз он ухлопал на поиски две долгие недели. А сейчас? Ей явно не захочется, чтобы он ее нашел. Тогда она не подозревала, что он ее разыскивает. В этот раз она постарается замести следы. А может, она решила, что он вообще не станет ее искать? Он ведь не дал ей никакого повода думать, что она по-прежнему так много для него значит. Эта мысль била по нему больнее всего.

Бетани не просто ушла. Она унесла этот поганый рюкзак и в нем — целое состояние. Да, сильнодействующие таблетки и наркотики, добытые Джеком, стоили громадных денег. Наркота способна убить за щепотку своего зелья. А тут — такие «сокровища».

Джейс сурово поглядел на швейцара:

— Если она вернется, задержите ее любым способом. Можете даже связать. Только ни в коем случае не выпускайте ее из дома. Поняли?

— Да, сэр, — кивнул швейцар. — Сделаю все, что в моих силах.

Джейс понуро двинулся к выходу. Он совершенно не представлял, где ему теперь искать Бетани. Он уже толкнул дверь, как вдруг зазвонил его мобильник. Номер был незнакомым.

— Джейс Крестуэлл слушает, — торопливо бросил он.

— Мистер Крестуэлл, сэр, она… в вашем доме.

Джейс узнал голос швейцара Роджера. В висках у него застучало. Он выбежал наружу, махая своему водителю, ждущему неподалеку.

— Я сейчас приеду, — сказал Джейс. — А пока задержите ее и не выпускайте из дома.

— Сэр, вам придется поторопиться, — уже тише сказал Роджер. — Я предлагал ей подождать у вас в квартире, но она отказалась. Даже в вестибюль не стала заходить. Она стоит у двери, на дожде. Вся промокла и дрожит.

— Что-о?! — почти заорал Джейс, чувствуя, что не властен над охватившей его яростью.

— Сэр, я пытался зазвать ее внутрь. Она… как будто не в себе. Чем-то очень расстроена. Дело плохо. Вы поторапливайтесь. Пока вы едете, я буду во все глаза следить за ней.

Джейс выругался, убрал мобильник и приказал шоферу на максимальной скорости гнать обратно к дому. Всю дорогу он сидел, охваченный ужасом. Он пытался продумать свой разговор с Бетани, повторяя слова, которые собирался ей сказать. Но все они казались ему какими-то куцыми и лживыми. Да и что он скажет женщине, которую любил и которой сам же плюнул в душу?

Он сидел, похожий на сжатую пружину. Каждая остановка у светофора повергала его в отчаяние. Вдруг он запоздает и она растворится в уличной темноте? Неужели он обречен целую вечность гоняться за ней, заставая лишь следы ее краткого пребывания? Усилием воли Джейс прогнал эту мысль. Бетани принадлежала ему. Он не позволит ей просто так взять и уйти от него. Он будет сражаться за нее. Ведь до сих пор никто и никогда не сражался за нее. Пусть теперь узнает, что это такое.

Наконец машина подъехала к дому. Джейс выскочил под дождь и торопливо пошел к входной двери, выискивая глазами Бетани. Ее нигде не было. У Джейса бешено застучало сердце. Наверное, Роджер все-таки уговорил ее войти внутрь. А если нет?

Возле самой двери он наконец увидел Бетани. Она сидела у стены дома. У Джейса зашлось сердце. Бетани сидела на мокром асфальте, обхватив прижатые к груди колени. Вода капала с ее волос и одежды и ручейками растекалась по асфальту.

— Бетани.

Это был почти шепот. Все, что Джейсу удалось выдавить из своего задубевшего горла. Наверное, она его не услышала.

Тогда он присел на корточки рядом с ней, взял за руку. Бетани вздрогнула, повернулась к нему. В ее широко раскрытых глазах был страх, но еще больше там было горя. Казалось, раскрылись самые потаенные уголки ее души, полные тьмы и страданий.