Шрифт:
ПРЕДИСЛОВИЕ
После смерти короля Генриха Первого в 1135 году наступили времена, именуемые анархией. Генрих являл собой пример безжалостного, жестокого, но способного и деятельного монарха. Он имел больше двадцати внебрачных детей, но единственной законной наследницей была дочь Матильда, в юном возрасте вышедшая замуж за германского императора. На родине мужа Матильду любили и почитали. В возрасте двадцати лет она овдовела и вернулась в Англию, где ее стали называть императрицей.
Затем Генрих выдал дочь замуж за Жоффрея, четырнадцатилетнего наследника герцогства Анжу. Этот союз вызвал бурю негодования среди политических группировок и всего нормандского дворянства. Нормандия и Анжу считались заклятыми врагами. Но король не изменил своего решения – у него было достаточно власти, могущества и денег, чтобы открыто бросить вызов своим баронам и заставить их присягнуть на верность Матильде, наследнице трона.
Но как только Генрих скончался, о своих правах на престол заявил его племянник, герцог Стивен из Блуа, первым, в свое время, присягнувший на верность своей кузине Матильде и даже бывший какое-то время ее возлюбленным. Дружелюбный, приветливый, прекрасный воин, он привлек на свою сторону церковь и знатных землевладельцев. Однако амбиции Стивена опережали его возможности, и через несколько лет церковь отвернулась от него, как и большинство других сторонников.
Роберт Глостер, старший внебрачный сын короля Генриха, был одним из наиболее крупных английских землевладельцев, сыскавшим всеобщую любовь и уважение за честность и справедливость. Весной 1138 года он выступил в поддержку своей сестры по отцу и, фактически, против притязаний Стивена на трон. Роберта поддержали запад и юг Англии, и в стране началась гражданская война.
Сражения велись в основном между западными сторонниками Матильды и восточными приверженцами Стивена. Многие землевладельцы приветствовали анархию, без зазрения совести принимая от обеих партий подарки, титулы и поместья. Имели место массовые убийства, леденившие кровь очевидцев даже в тот жестокий век. Роберт Глостер, однако, сделал очень много для поддержания порядка в своих землях.
Матильда была близка к победе, но получить желанную корону ей все же не удалось. Высокомерие, властность и предательство – черты, типичные для королей-мужчин, – не позволили Матильде достичь желаемого. Мужчины не терпели подобных качеств в женщине. С тех пор ситуация почти не изменилась.
После смерти Роберта Глостера в 1148 году Матильда вернулась в Нормандию. Она больше не посещала Англию, однако за дело взялся ее сын Генрих, правивший герцогством Анжу, доставшимся ему в наследство от отца.
Настоящий последователь Вильгельма-завоевателя, он в возрасте четырнадцати лет завоевал Англию. Не прибегая к силе, юноша даже уговорил короля Стивена выплатить жалованье его наемникам.
В романе «Странные клятвы» описываются события, происходившие в 1148 году. К этому времени страна разделилась на два противоборствующих лагеря, причем оба не могли добиться победы. Запад по-прежнему поддерживал Матильду, восток – Стивена, а на границах их владений вспыхивали кровавые стычки.
ПРОЛОГ
Аббатство Фонтевиль,
Шропшир,
25 декабря 1137 года.
Бледное рождественское солнце садилось, знаменуя окончание ужасного дня, когда два рыцаря, оседлав коней, отправились в далекий путь. На темном небе все еще виднелось зарево – кровавое, мрачное, торжественное. Рыцари мчались во весь опор, оставляя за собой мили родной английской земли, ехали молча, не произнося ни слова.
В полночь добрались до последнего на их пути холма. Не сговариваясь, юный рыцарь и его старший товарищ натянули поводья, останавливая взмыленных коней и вглядываясь в пустынную долину внизу, где лежало аббатство Фонтевиль, освещенное холодным серебряным светом луны.
– Хотел бы я, чтобы ты оказался законнорожденным, – с горечью проговорил старший. Уолтер Эвешем, капитан стражи де Лэнси, был почти членом их семьи, и теперь, когда разразилась катастрофа, желал умереть вместе с ними.
Уголки рта юного рыцаря опустились в горькой гримасе – он с ранних лет страдал от своего двусмысленного положения.
– Ты не можешь желать этого больше, чем я, но одного желания мало, оно не может изменить тот факт, что моя мать была не женой, а лишь служанкой отца.
Капитан перевел взгляд на спутника. Несмотря на худощавую фигуру, Ричард Фитц-Хью считался закаленным, опытным и храбрым бойцом. На прошлой неделе его посвятили в рыцари, и все были уверены, что юноша заслужил это право, а ведь ему исполнилось всего лишь восемнадцать лет.
– Ричард, ты лучший из сыновей лорда Хью, – мрачно проговорил Уолтер. – Для Уорфилда было бы гораздо лучше, если бы наследником являлся ты.
Юный рыцарь не обратил внимания на эти слова и махнул рукой в направлении аббатства.
– Ты недооцениваешь моего брата Адриана, а зря.
– Он болезненный, хрупкий, набожный мальчишка, – проворчал старый капитан. – Было бы лучше, если бы он остался в Фонтевиле и принял обет. Что он может сделать, чтобы держать в руках власть над землями, словно сошедшими с ума?
– Очень многое. Я знаю Адриана, он дьявольски умен и хорошо владеет мечом, – Ричард плотнее закутался в плащ, наброшенный поверх доспехов. На декабрьском ветру металл был холоден, как лед, но из-за катастрофы, разразившейся в поместье, они не решились ехать не вооруженными. – Думаю, несмотря на молодость, брат сумеет удержать власть над Уорфилдом и будет управлять не хуже отца.
– Я и забыл, что вас вдвоем направили на воспитание в Кортеней, – сэр Уолтер пришпорил коня и, нахмурившись, раздумывал над оптимизмом Ричарда.