Чтение онлайн

"Я умер?" - подумал Алистер.

Ответом ему был ужасный, потусторонний смех и ощущение чьего-то могущественного и подавляющего присутствия. Присутствия чего-то, существовавшего до начала времен, более древнего и великого, чем хрупкий человеческий разум в состоянии вообразить.

Эта сила поневоле заставляла склониться перед собой. Алистер вспомнил, что он осмелился взять у Него силу. Ну да, он Его благодарил... но человек, ограбленный в переулке, едва ли будет счастлив, если воры вежливо поблагодарят его за украденное имущество.

С другой стороны, разве может жалкое смертное существо ограбить Его? Разве комар грабит человека, пытаясь присосаться к его телу? Комаров не ищут и им не мстят. Их просто прихлопывают, когда совсем достанут.

– Д-дагон?
– решился подать голос молодой колдун.

– ДА!

Из потоков силы перед ним соткалась огромная фигура. Это не был сам Дагон: Алистер почувствовал это четко. Дагон слишком велик, могущественен, чудовищен и подавляющ, чтобы представать перед смертными во всей своей первозданной мощи. Тот, кто узрел бы Его величие, несомненно сошел бы с ума. Это была лишь аватара.

Невозможно было описать словами существо, явившееся ему. В человеческих языках просто не было слов, способных описать эти очертания, не подчинявшееся законам геометрии, - потому что он существовал до этих законов и стоял выше их. Невозможно было найти слова для обозначения того жуткого цвета, который имела Его плоть, бывшая одновременно и материей, и энергией, и чем-то еще, непостижимым для разума смертного. В какой-то момент Алистер начал различать в Нем человеческие черты, но это была не более чем попытка удержать то, что за гранью понимания, в рамках доступной для восприятия картины мира. Самообман, соломинка для сознания, дававшая призрачную надежду удержаться по эту сторону от грани безумия.

– Ты задолжал мне, помнишь?!

Этот голос не был зловещим: Он был попросту выше понятий добра и зла. Он существовал, когда эти понятия некому было придумать. Этот голос обжигал пламенем Бездны и космическим холодом.

– Да, - пролепетал Алистер, - Помню. Благодарю тебя за силу. Как я могу вернуть тебе долг?

Наверное, его речь звучала не совсем так, как ожидал Дагон, но Алистер не мог ничего с собой поделать. Он говорит с божеством! Это... это... так круто! Страх уступал место исследовательской жилке ученого. Познавательному интересу. Но всё равно было страшно.

– Мне нужна страховка, - ответил бог.

– Страховка от чего?
– не понял колдун.

Неожиданно щупальца Дагона схватили его за шкирку и подняли высоко в небеса. Хотя то, что он видел вокруг себя, походило на космос, Дагон именно поднял его, показывая Панау откуда-то из стратосферы.

Панау ли это было? Очертания островов легко узнавались. Но в то же время прямо из земли росли тысячи колоссальных щупалец, пытавшихся поймать хрупкую человеческую фигурку. Алистеру показалось, что эта фигурка ему знакома, но здесь и сейчас он не мог вспомнить ни одного имени, принадлежавшего миру людей.

Фигурка казалась маленькой и ничтожной перед величием древнего бога, но это был уже не комар. Это была злая оса, беспощадно жалившая огромное тело огнем и молниями. Даже хуже осы, ведь оса, один раз ужалив, умирает, а этот достает новые и новые жала, отобранные у других ос.

– Страховка от молний в человеческих руках, - последовал ответ, - От смерти. Поэтому мне нужна женщина. Самая сильная из тех, что ты сможешь найти за этот час.

Приплыли. Несомненно, колдун был знаком с ритуалами человеческих жертвоприношений. Некоторые из них можно было приспособить, чтобы направить жертву любому божеству на свой выбор. Но "был знаком" - не значит "одобрял". Он находил такую практику порочной и аморальной. Тем более что самой сильной женщиной, какую он знал, несомненно была Мария, которая слишком няшка, чтобы поступить с ней так...

– В жертву?
– уточнил юноша, - А может... я смогу помочь тебе по-другому? Кто хочет твоей смерти?

– Как ты можешь помочь по-другому, жалкий червяк, заимствующий силу прежде, чем услышишь цену?!

– Ну, например, защитить тебя от смерти, - осторожно ответил колдун, - Извини, что взял без спросу. Очень понадобилась.

Это были явно неудачные слова. От чудовищного воплощения Дагона отделилось острое щупальце. Быстрее, чем юноша успел среагировать, оно ударило его в живот. Второй раз за короткое время, но при всем уважении к профессору Финелле, Дагон бил гораздо больнее...

– Защитить меня от смерти?
– щупальце начало медленно, очень медленно, возвращаться на место, но Алистер ощущал, что это самое щупальце сжимает нечто, что сжимать не должно было.

Алистер захлебнулся криком. Вот теперь боль и ужас отодвигали на второй план даже любопытство исследователя. Он ясно видел, как щупальце, покрытое кровью и слизью, выходит из его живота, вытаскивая кишечник. Ему как будто что-то мешало, но что такое это "что-то" перед мощью Дагона?

– Ты себя-то защитить не можешь.

Говорить с вынутым кишечником было тяжело, но колдун понял, что если будет молчать, будет еще хуже.

– Что... что мне делать... с женщиной?
– вырвалось у него с трудом.

Ну и сволочь ты, Дагон. Тебя бы так подергали... Он снова задергался, потянулся руками к щупальцу, пытаясь избавиться от него.

– От тебя требуется найти кандидатуру, а остальное уже - моя забота.

– А как ты узнаешь, кого я выбрал? И что, если я не успею?
– с замиранием сердца спросил колдун. Сопротивляться Дагону было всё равно что мухе пытаться вырваться из лап паука, уже скрутившего ее в паутине.

– Ты приведёшь жертву в храм, - ответил бог, - А если не успеешь, умрёшь.

Итак, какой у него выбор? Соображай же, голова, соображай!

Если он откажется, то умрет немедленно. Если согласится, у него будет час времени... всего один час... Что он теряет? Да ничего. Но за час можно успеть сделать... Да хоть что-нибудь.

– Приведу - и всё? Ладно!

– Но если она убежит до окончания ритуала, я не буду считать сделку завершённой, - усмехнулся Дагон, показывая всем своим видом, что он не так прост.