Чтение онлайн

Одной рукой он придерживал перекинутое через плечо тело человека. Его тяжесть совсем не сдерживала его бег, не замедляла. Он нёс свою ношу, словно она ничего ни весила. Голова человека безвольно болталась, глаза были закрыты, но иногда по его телу пробегали судороги, и с губ срывался едва слышный глухой стон. В такие моменты оборотень вздрагивал и словно приходил в себя, но не останавливался.

Перед рассветом среди бегущей нежити стали появляться волки, с каждым мгновением их количество возрастало. Огромные звери уверенно оттеснили безжизненных тварей и окружили своего короля.

Когда первые солнечные лучи с трудом пробились сквозь спутанные ветви, деревья неожиданно расступились, и взгляду открылась широкая поляна. Ярси сделал ещё несколько шагов, выходя на открытое пространство и остановился. За его спиной недовольно заворчали волки, они выходить из под крон деревьев не спешили. Король оборотней поднял голову к небу, посмотрел на солнце, его лучи мгновенно его ослепили, но он лишь усмехнулся. Он постоял некоторое время с закрытыми глазами, приходя в себя, а когда обычное зрение вернулось, обвёл взглядом поляну.

Поляна, на которой не растёт трава, на которой нет кустов, а из голой земли выпирают источённые временем каменные скелеты стен. Руины зданий едва возвышались, кирпичи лежали грудами обломков, кое-где проглядывали очертания фундаментов. Но по большей части из земли торчали неровные зубья кладок.

Ярси отыскал более-менее чистое место и осторожно опустил человека на камни. На светлые волосы вистольца мгновенно налип чёрный пепел, превратив их в серые. Мертвенно — бледное лицо исказилось гримасой боли. Парень резко вздрогнул и глухо застонал. Оборотень окинул его быстрым взглядом, и повёл над телом рукой. Почти физически он ощутил, как под его ладонью пульсирует и прогибается кокон чужих чар. Он осторожно потянул за тонкие, похожие на паутину нити, и вдруг осознал, что они насквозь пронизывают тело Вика. Парень выгнулся, его рот раскрылся в беззвучном крике боли. Ярси невольно остановился, оценивая наложенное заклятия, и его охватила глухая тоска. Нити магии извивались, пытались выскользнуть, каждое их движение жгучими иглами впивалось в вистольца, раз за разом выжигая его тело изнутри.

Самое странное, что это заклинание было ему знакомо. Почти забытое видение яркой вспышкой пронеслось в голове. Наверное, если бы Гитон знал, что он видел, как учитель исполняет роль плача, то ему не позволили бы это помнить. Но тот раз был единственным, когда ученик ослушался запрета и тайно последовал вслед за отцом и колдуном в темницу замка. А потом очень долго заставлял себя забыть, что такое возможно. Казнь. Заклятие Истоков, заклятие чуждой жизни, взращённой на крови жертвы. Сейчас жертвой был Вик. Заклятие медленно, но верно поглощало его жизнь. Его нельзя снять, нельзя остановить, не оборвав смешавшиеся с жизненными силами человека нити магии….

Оборотень полу прикрыл глаза, со всех сторон слышался шёпот Рееты, готовой принять новую жертву….

Из леса проклятых не возвращаются, ты знаешь….

Он с яростью сжал зубы, всем своим существом ощущая, как сущность Рееты упругими волнами дотрагивается до его кожи, неторопливой всепоглощающей мощью захлёстывает всё пространство вокруг. Древняя магия мёртвых, магия хранящая могущество переродившихся королей — колдунов. Магия, что принадлежала теперь только одному….

Он отодвинулся от неё, закрылся. Опустился рядом с Виком на колени, дотронулся рукой до земли, и зачерпнул силу из неё, другую силу. Ту силу, что оседала под корни деревьев, когда обитатели Рееты обрывали чужие жизни. Так много жизней. Он пропустил её через собственное тело, стараясь максимально изменить, приблизить к её изначальному состоянию. Сила устремилась через его пальцы к человеку, он направил её по окутывавшим его нитям магии. Те мгновенно завибрировали, сквозь кожу стал виден ярко горящий рисунок линий, пронзающих все внутренние органы. Ярси влил в них столько холода, сколько было возможно, чтобы не убить Вика. Нити зловеще блеснули, ледяная паутина перекинулась на тело вистольца, начала вымораживать его кровь.

Это был выбор — выбор между мгновенной смертью или смертью медленной, приближающейся сквозь время. Он бы выбрал первое, но….

Оборотень с яростью взвыл, зубами рванул собственные пальцы, прокусив до крови, и впился ногтями в грудь человека.

С губ Вика сорвался дикий крик. Кровь оборотня с шипением проникла в его тело. Ярси чувствовал, как с надрывом бьётся его сердце, принимая новую силу. Ледяной поток растворял в себе убивающую его магию, на время отсрочивая неизбежное. Лишь на время….

Ярси отдёрнул руки, прерывая установившийся контакт и отстранённо наблюдая, как дыхание Рееты проходит сквозь тело Вика.

Парень вздрогнул и резко открыл глаза. Взгляд карих, почти чёрных глаз невидящим и пустым взором устремился к небу. В расширенных зрачках едва-едва угадывались искорки жизни. Ярси встряхнул его за плечо.

— Вик.

Вистолец не ответил, но начал моргать и судорожно хватать ртом воздух, словно ему не хватало дыхания. Он перекатился на бок и вцепился руками в камни.

— Ярси? — вырвался из его горла полу стон полу всхлип.

— Я здесь, — ответил оборотень. — Рядом.

— Почему вокруг всё чёрное? — хрипло прошептал Вик. — Где мы?

Он с трудом повернулся в сторону оборотня, взглянул в его лицо и вздрогнул.

— Добро пожаловать в моё королевство, — горько усмехнулся Ярси. — Извини, но я не могу предложить тебе ни угощений, ни места для отдыха. Здесь этого нет.

— Мы в Реете? — в голосе вистольца зазвучала паника. — Я, я, как мы здесь оказались? Просто не верится….

Вик с трудом сел, по его телу пробежала дрожь, он обхватил себя руками.

— Почему здесь так холодно?

— Холодно? Я не чувствую…, — Ярси снял с себя плащ и накинул его на плечи Вика.

Тот улыбнулся синими губами.

— Спасибо. Довольно странно, что оборотень проявляет такую заботу.

Король Рееты медленно опустился на землю напротив человека, сел, скрестив ноги и посмотрел на Вика.

— Знаешь, я думал, что когда стану монстром, то перестану воспринимать эту жизнь как человек…, — он обнажил в усмешке клыки. — Но ничего не изменилось…. Да, это странно, но я не знаю, как должен вести себя оборотень.