Чтение онлайн

Воздух чердака раскалился и наполнился дымом, хотя всего в дюйме, по другую сторону крыши, стояла морозная ночь. Одна за другой загорелись доски, к которым были прибиты свинцовые листы кровли. И наконец, вспыхнув маленьким язычком, занялась и массивная несущая балка.

Собор горел.

Теперь уже отступать было некуда.

Джек испугался. Ему захотелось как можно быстрее убраться отсюда и вернуться в дом для приезжих, а там, завернувшись в плащ, зарыться в сено и крепко зажмурить глаза, слушая ровное дыхание спящих.

Он начал отходить по деревянным мосткам.

Дойдя до выхода с чердака, он оглянулся. Возможно, благодаря тому, что балки были пропитаны смолой, огонь распространялся с удивительной быстротой. Все доски были объяты пламенем, несущие балки начали разгораться, и огонь уже бежал по мосткам. Джек отвернулся.

Он нырнул в башню и спустился по ступенькам вниз, затем галереей пробежал над боковым приделом и по винтовой лестнице кубарем скатился в неф. Он подбежал к двери, через которую вошел.

Она оказалась запертой.

Какой же он глупый! Ведь когда монахи входили в церковь, они открыли дверь, а выходя, естественно, снова закрыли ее.

К горлу, словно желчь, подступил страх. Он поджег церковь, а сам оказался ее пленником.

Подавив в себе панику, он постарался спокойно подумать. Когда он обходил вокруг церкви, он дергался в каждую дверь и обнаружил, что все они закрыты, но, возможно, некоторые из них были заперты на задвижку, а не на замок, и их можно открыть изнутри.

Он помчался в другой конец собора, в северный трансепт, и осмотрел дверь северной паперти. У нее был замок.

Через темный неф он бросился к главному входу и начал дергать каждую из трех массивных дверей. Все три оказались закрытыми на ключ. Наконец он попробовал открыть дверь южного придела. Тоже бесполезно.

Джеку хотелось зареветь, но он знал, что это не поможет. Он посмотрел на деревянный потолок. То ли это ему казалось, то ли он действительно видел, как в слабом свете луны возле угла южного трансепта сквозь потолок начали пробиваться струйки дыма.

«Что же делать?» — лихорадочно думал он.

Может быть, монахи в конце концов проснутся и прибегут тушить пожар и в этой суете он сможет незаметно проскочить в дверь? А может, они сразу же увидят его и схватят, крича проклятия? А может, они так и будут спать, как ни в чем не бывало, пока не рухнет все здание и не раздавит Джека гигантскими каменными обломками.

Слезы подступили к его глазам. Лучше бы уж он не поджигал эту кучу мусора.

Он дико озирался. А если подойти к окну и закричать, услышит кто-нибудь?

Сверху послышался треск. Джек поднял голову и увидел, что в деревянном потолке образовалась дыра, которую пробила рухнувшая балка. Эта дыра была похожа на красную заплату на черной ткани. А через минуту раздался новый треск и громадное бревно, пробив потолок и перевернувшись в воздухе, с такой силой грохнулось на землю, что даже содрогнулись могучие колонны церковного нефа. Вслед за ним сверху посыпался дождь искр и горящих углей. Джек прислушался, ожидая услышать крики, призывы на помощь или удары в колокол, но так ничего и не услышал. Если монахи не проснулись даже от этого грохота, то своим криком он и подавно никого не разбудит.

«Я погиб! — в истерике думал он. — Если я не найду выхода, я либо сгорю, либо меня раздавит!»

Он вспомнил про развалившуюся башню. Когда он осматривал ее снаружи, то никакого лаза не заметил, но тогда он боялся упасть или вызвать обвал. Может быть, если он посмотрит снова, на этот раз изнутри, он что-нибудь обнаружит, и отчаяние поможет ему протиснуться там, где прежде ему казалось невозможно сделать это.

Он побежал в западную часть собора. Отблеск бушующего пламени, проникавший в неф через проломленный потолок, и свет, исходивший от рухнувшего сверху бревна, окрасили сводчатую галерею в золотистый цвет. Джек внимательно осмотрел каменную кладку, что когда-то была северо-западной башней, Стена оказалась крепкой, без единого пролома. Он как-то нелепо раскрыл рот и тоненько заголосил: «Ма-ма-а!» — хотя ему было абсолютно ясно, что никто его не услышит.

Но через минуту он снова заставил себя собраться. Он чувствовал, что где-то в глубине сознания у него зреет план, связанный с этой башней. В другую, целую башню ему удалось попасть через галерею, проходящую над южным приделом. Если теперь ему удастся пройти через галерею северного придела, он, возможно, найдет пролом в стене башни, которого не было видно снизу.

Оставаясь под прикрытием потолка бокового придела — на случай, если начнут рушиться горящие балки, — Джек побежал к тому месту, где северный трансепт примыкал к нефу. С этой стороны тоже должна быть дверка, ведущая на винтовую лестницу. Он дошел до угла. Двери не было. Он заглянул за угол — там тоже ничего. Просто невероятно: должен же где-то быть проход на галерею!

Стараясь не потерять самообладания, он напряженно думал. Ход в рухнувшую башню был — просто его надо найти. «Я могу вернуться на чердак через юго-западную башню, — рассуждал он, — и по чердаку перебраться на другую сторону. А там обязательно должен быть проход в эту башню. Тогда, возможно, мне удастся выбраться отсюда».

Джек с опаской поглядел на потолок. Там уже, словно в аду, бушевало пламя. Но другого выхода он не мог придумать.

Прежде всею нужно было пересечь неф. Он снова посмотрел вверх. Насколько ему было видно, пока ничто не должно было рухнуть. Он сделал глубокий вдох и ринулся на другую сторону.

Благополучно добравшись до южного придела, Джек рванул ведущую на винтовую лестницу дверцу и помчался наверх. Оказавшись на галерее, он почувствовал горячее дыхание бушевавшего совсем рядом пожара. Со всех ног он бросился к юго-западной башне, вбежал в нее и стремительно понесся по лестнице.

Нырнув в чердачное отверстие, он наконец оказался под крышей. Все было в дыму, воздух раскалился. Доски, к которым крепилась кровля, пылали, а в дальнем конце чердака уже вовсю горели массивные балки. Удушливый запах горящей смолы вызвал у Джека приступ кашля. Лишь мгновение помедлив, он встал на перекинутый через неф брус и начал осторожно продвигаться по нему. От жары он покрылся испариной, его глаза начали слезиться, и он почти не видел, куда идет. Джек снова закашлялся, его правая нога соскользнула с бруса, он оступился и упал, проломив ею прогнивший потолок. Он в ужасе подумал о высоте нефа и о том, как будет лететь вниз, если не выдержат трухлявые доски. Он вспомнил, как падало рухнувшее бревно, и представил, как сам так же полетит, переворачиваясь в воздухе. Но дерево выдержало.