Стихотворения, Ходасевич Владислав Фелицианович

Стихотворения

1989 г.

5.00 + -

рейтинг книги

Шрифт:

Сборник «Молодость» (1908)

Посвящается Марине

В моей стране

Посвящается Муни

Мои поля сыпучий пепел кроет. В моей стране печален страдный день. Сухую пыль соха со скрипом роет, И ноги жжет затянутый ремень. В моей стране — ни зим, ни лет, ни весен, Ни дней, ни зорь, ни голубых ночей. Там круглый год владычествует осень, Там — серый свет бессолнечных лучей. Там сеятель бессмысленно, упорно, Скуля как пес, влачась как вьючный скот, В родную землю втаптывает зерна — Отцовских нив безжизненный приплод. А в шалаше — что делать? Выть да охать, Точить клинок нехитрого ножа Да тешить женщин яростную похоть, Царапаясь, кусаясь и визжа. А женщины, в игре постыдно-блудной, Открытой всем, все силы истощив, Беременеют тягостно и нудно И каждый год родят, не доносив. В моей стране уродливые дети Рождаются, на смерть обречены. От их отцов несу вам песни эти. Я к вам пришел из мертвенной страны. 9 июня 1907 Лидино

* * *

Нет, молодость, ты мне была верна, Ты не лгала, притворствуя, не льстила, Ты тайной ночью в склеп меня водила И ставила у темного окна. Нас возносила грузная волна, Качались мы у темного провала, И я молчал, а ты была бледна, Ты на полу простертая стонала. Мой ранний страх вздымался у окна, Грозил всю жизнь безумием измерить… Я видел лица, слышал имена — И убегал, не смея знать и верить. 19 июня 1907 Лидино

* * *

Вокруг меня кольцо сжимается, Неслышно подползает сон… О, как печально улыбается, Скрываясь в занавесях, он! Как заунывно заливается В трубе промерзлой — ветра вой! Вокруг меня кольцо сжимается, Вокруг чела Тоска сплетается Моей короной роковой. 18 ноября 1906 Москва

* * *

Один, среди речных излучин, При кликах поздних журавлей, Сегодня снова я научен Безмолвной мудрости полей. И стали мысли тайней, строже, И робче шелест тростника. Опавший лист в песчаном ложе Хоронит хмурая река. 16 ноября 1906 Лидино

Как силуэт

Как силуэт на лунной синеве, Чернеет ветка кружевом спаленным. Ты призраком возникла на траве — Как силуэт на лунной синеве, — Ты вознесла к невнемлющей листве Недвижность рук изгибом исступленным… Как силуэт на лунной синеве, Чернеет ветка кружевом спаленным.

Из-за стволов забвенная река Колеблет пятна лунной пуантели. О, как чиста, спокойна и легка Из-за стволов — забвенная река! Ты темная пришла издалека Забыть, застыть у темной колыбели. Из-за стволов забвенная река Колеблет пятна лунной пуантели… 19–20 июля 1907 Москва

Осень

Свет золотой в алтаре, В окнах — цветистые стекла. Я прихожу в этот храм на заре, Осенью сердце поблекло… Вещее сердце — поблёкло… Грустно. Осень пирует, Осень развесила красные ткани, Ликует… Ветер — как стон запоздалых рыданий. Листья шуршат и, взлетая, танцуют. Светлое утро. Я в церкви. Так рано. Зыблется золото в медленных звуках органа, Сердце вздыхает покорней, размерной, Изъязвленное иглами терний, Иглами терний осенних… Терний — осенних. 1 сентября 1905 Москва

Sanctus Amor

Нине Петровской

И я пришел к тебе, любовь, Вслед за людьми приволочился. Сегодня старый посох мой Пучком веселых лент покрылся. И, как юродивый счастлив, Смотрю на пляски алых змеек, Тебя целую в чаще слив Среди изрезанных скамеек. Тернистый парк, и липы цвет, И все — как в старых песнях пелось, И ты, шепча «люблю» в ответ, Как дева давних лет, зарделась… Но миг один — и соловей Не в силах довершить обмана! Горька, крива среди ветвей Улыбка мраморного Пана… И снова ровен стук сердец; Кивнув, исчез недолгий пламень, И понял я, что я — мертвец, А ты лишь мой надгробный камень. 8 октября 1906 — 8 января 1907

Утро

Молчи, склони свое лицо. Ночному страху нет ответа. Глубинней серого рассвета Твое жемчужное лицо. Томлений темных письмена Ты иссекла на камне черном. В моем гробу, как ночь упорном, И ты была заключена. Теперь молчи. Склони лицо, Не плачь у гроба и не сетуй, Навстречу мертвому рассвету Яви застывшее лицо! 3 июля 1907 Лидино

* * *

Протянулись дни мои, Без любви, без сил, без жалобы… Если б плакать — слез не стало бы… Протянулись дни мои. Оглушенный тишиной, Слышу лет мышей летучих, Слышу шелест лап паучьих За моей спиной. О, какая злая боль Замолчать меня заставила. Долго мука сердце плавила, И какая злая боль! На распутьях, в кабаках Утолял я голод волчий, И застыла горечь жёлчи На моих губах. Я тобой смирён, молчу. Дни мои текут без жалобы. Если б плакать — сил не стало бы… Я тобой смирён. Молчу. 14 мая 1907 Лидино

Ряженые

Мы по улицам темным Разбежимся в молчании. Мы к заборам укромным Припадем в ожидании. …«Эй, прохожий! прохожий! Видел черта рогатого, С размалеванной рожей, Матерого, мохнатого?» Ветер крепок и гулок. Снег скрипит, разметается… Забегу в переулок — Там другие шатаются. В лунном отсвете синем Страшно встретиться с ряженым! Мы друг друга окинем Взором чуждым, неслаженным. Самого себя жутко. Я — не я? Вдруг да станется? Вдруг полночная шутка Да навеки протянется? 1 января 1906 Лидино

Гадание

Гадает ветреная младость…

Пушкин

Ужели я, людьми покинутый, Не посмотрю в лицо твое? Я ль не проверю жребий вынутый — Судьбы слепое острие? И плавлю мертвенное олово. И с тайным страхом в воду лью… Что шлет судьба? Шута ль веселого, Собаку, гроб или змею? Свеча колеблет пламя красное. Мой Рок! Лицо приблизь ко мне! И тень бессмысленно-неясная, Кривляясь, пляшет на стене. 1 мая 1907 Лидино

1 2 3 4 5 6 7-37