Стихотворения

Феогнид

Стихотворения

БИОГРАФИЯ

ФЕОГНИД (Theognis или Theugnis), из Мегары, VI в. до н.э., греческий поэт. Под именем Феогнида сохранился сборник элегий, насчитывающий примерно 1400 стихов. Довольно трудно установить, какие из них и вправду являются произведением Феогнида, а какие написаны другими поэтами (Мимнермом, Солоном, Тиртеем). Достаточно часто встречаются повторения, а иногда и противоречия. О жизни самого Феогнида нам известно не многое. Аристократ по происхождению и убеждениям, он жил в период крупных общественных перемен и долгой борьбы за власть, которая уже бесповоротно ускользала из рук старой родовой аристократии. Заклятый враг демократии, Феогнид вынужден был покинуть Мегару и удалиться в изгнание. Сборник , сохранившийся под именем Феогнида, открывают три обращения: к Аполлону, Артемиде, Музам и Харитам богиням красоты. До сих пор не удалось ни выявить композиционные принципы сборника, ни разделить его на отдельные элегии. Предположительно это конгломерат различных сентенций и произведений. Тематически в нем можно выделить три основные группы мотивов. Наиболее отчетливо прослеживается цикл элегий, адресованных молодому аристократу Кирну. Феогнид излагает ему унаследованный от предков моральный кодекс аристократа, верного идеалам своего класса. В основе кодекса лежит деление всех людей согласно их происхождению на "хороших, благородных", то есть аристократов, и "злых, подлых", к которым относятся все остальные. Здесь еще нет представления о надклассовой этике. В соответствии с этой терминологией, все пороки и недостатки Феогнид механически приписывает "злым", а всю полноту достоинств и добродетелей - "добрым". Первая заповедь аристократа - держаться вдали от "подлых" и общаться исключительно с аристократами. Нужно переждать злые времена демократического правления до того часа, когда придет избавитель и вернет старый порядок. В одной из элегий к Кирну Феогнид вписал собственное имя, то есть отметил ее "личной печатью" (sphragis), которая должна была сохранить для потомства имя автора элегий и предотвратить изменение их содержания. К этой группе мотивов тесно примыкает следующая, прозванная "жалобами аристократа". Она состоит из разбросанных по всему сборнику сетований на трудное материальное положение, просьб к Зевсу о помощи, жалоб на новых правителей государства, аллегорически представленного в образе ладьи, управляемой нерадивыми моряками, которую носит по морю. Спасти государство Феогнид призывает не только аристократов, но и "разумных подлых". И наконец, третью группу составляют застольные мотивы: дружба, правила употребления вина, любовь, молитвы перед пиром и во время него, а также застольные политические беседы, в том числе угроза набега мидян. Отдельные элегии сборника, сохранившегося под именем Феогнида, пели в Аттике во время пира на протяжении многих десятилетий VI и V вв. до н.э. как сколии. Многие античные писатели цитировали Феогнида как моралиста, среди них Платон, Ксенофонт, Аристотель. (текст приведен по изданию: "Античные писатели. Словарь." СПб, изд-во "Лань", 1999)

О Феогниде есть сведения, что он родился около 546 г. до н. э. Когда в Мегарах происходила ожесточенная борьба аристократии и демократии, ввиду победы демократической партии Феогнид удаляется надолго в изгнание, откуда после победы аристократии он возвращается, однако, не получая своего имущества обратно. Поэтому для Феогнида характерны страстная полемичность, необычайное раздражение и презрение к людям. До нас дошло около 1400 стихов, разделяемых на две неравные части: 1280 стихов - наставления любимцу Феогнида, Кирну, и около 150 стихов - любовная элегия.

Так как у Феогнида наставлений еще больше, чем у Солона, то ими впоследствии пользовались при составлении нравственно-поучительных сборников. Таким сборником является Феогнидовский, в котором попадаются стихи Тиртея, Мимнерма, Солона, Архилоха и других. В частности, едва ли принадлежат Феогниду стихи любовного содержания ввиду их слишком специфического характера. Считается, что эти стихи были внесены уже после IV в. н. э. Время появления сборника Феогнида, переделывавшегося, по-видимому, много раз, определить трудно, во всяком случае он составлен не позже V-IV вв. до н. э., так как об этом свидетельствуют цитаты Стобея (V-VI вв. н. э.) из Феогнида.

Очень трудно уловить в сборнике Феогнида последовательность мысли, поскольку здесь собраны самые разнообразные и часто не связанные между собой изречения и наставления.

Если отметить сначала то, что является более или менее обычным, но для Феогнида неспецифическим, то в его стихах находим призыв к скромности и благоразумию (благоразумие - дар богов, так что счастлив тот, кто обладает этим даром), призыв к почитанию богов, советы избегать общества дурных людей, разумно выбирать друзей, не доверять людям, даже родственникам, хранить дружбу, помогать в беде и сохранять старые порядки.

Особенностью Феогнида является его необычайно страстный и в то же время мрачный аристократический образ мыслей. Это - проповедник насилия и жестокости, даже ненависти ко всем этим "грузчикам" и "корабельной черни". Он хочет "крепкой пятой придавить неразумную чернь, пригнуть ее под ярмо". Однако и к "благородным" он относится не лучше. "Благородные" погрязли в жадности и денежном фетишизме. Феогнид осуждает браки аристократов с "низшими" людьми ради денег, считает, что рабство существует от природы. Он с жаром воспевает наслаждение мщением:

При великом несчастье слабеет душа человека.

Если ж отмстить удалось, снова он крепнет душой.

(361-362, Вересаев.)

Сладко баюкай врага! А когда попадет тебе в руки,

Мсти ему и не ищи поводов к мести тогда.

(364-365, Пиотровский.)

Черной бы недругов крови испить! О приди, благой демон,

Дай по воле моей все, чего жажду, свершить.

(349 и след., Церетели.)

Для себя он оставляет честь, золотую середину, почитание богов и Правды. Это не мешает ему бросать гордый вызов Зевсу, допускающему большое зло на свете. Его пессимизм доходит до отчаяния как пассивного ("Вовсе на свет не родиться - для смертного лучшая доля"), так и активного ("Нет, не отдамся врагам! В их ярмо головы не продену! Пусть даже Тмола хребет рухнет на шею мою! "), Феогнид доходит даже до какого-то сладострастного отчаяния:

Флейту сюда и вино! Пусть враг рыдает!

Смеяться будем мы, пить и есть,

Грабя именье врага.

(Пиотровский.)

Таким образом, в Феогниде бурлят ярость и злоба, отчаяние, месть и наслаждение от мести, презрение к рабу за бесчестие и предательство, презрение к аристократам за их неблагородную страсть к деньгам, мрачное упоение злобой. Это образ души, пришедший к катастрофе при зрелище гибнущей аристократии:

Кончено! Предано все и погублено все и пропало.

Только не будем винить, Кирн, никого из богов.

Нет же! Людская корысть, и измена, и спесь, и насилье

В горе и зле погребли нашу старинную мощь.

(Пиотровский.)

Таким образом, в лирике Феогнида общественная идеология соединяется с глубоким личным волнением.

Четкая антидемократическая идеология Феогнида, его неумолимая последовательность в политических выводах, продуманность и прочувствованность всех последствий гибели аристократии - все это заставляет относить Феогнидовский сборник уже не к VII и не к VI вв., но по крайней мере к V в. до н.э.

– --------------------------------------------------------------------------

x x x

Кирн! Пусть будет печать на этих моих сочиненьях. Их не сумеет никто тайно присвоить себе Или жалкой подделкой хорошее слово испортить. Скажет любой человек: "Вот Феогнида стихи. Родом он из Мегары". Меж всеми смертными славный, Жителям города всем нравиться я не могу. Этому ты не дивись, о сын Полипая. Ведь даже Зевс угождает не всем засухой или дождем!

(Перевод С.Апта)

x x x

С умыслом добрым тебя обучу я тому, что и сам я, Кирн, от хороших людей малым ребенком узнал. Будь благомыслен, достоинств, почета себе и богатства Не добивайся кривым или позорным путем. Вот что заметь хорошенько себе: не завязывай дружбы С злыми людьми, но всегда ближе к хорошим держись, С этими пищу дели и питье, и сиди только с ними, И одобренья ищи тех, кто душою велик. От благородных и сам благородные вещи узнаешь, С злыми погубишь и тот разум, что есть у тебя. Помни же это и с добрыми знайся, - когда-нибудь сам ты Скажешь: "Советы друзьям были не плохи его!"

(Перевод В.Вересаева)

x x x

К низким людям, о Кирн, никогда не иди за советом, Раз собираешься ты важное дело начать, Лишь к благородным иди, если даже для этого нужно Много трудов перенесть и издалека прийти. Также не всякого друга в свои посвящай начинанья: Много друзей, но из них мало кто верен душой.

(Перевод В.Вересаева)

x x x

Что мне в любви на словах, если в сердце и в мыслях иное! Любишь ли, друг мой, меня? Верно ли сердце твое? Или люби меня с чистой душою, иль, честно отрекшись, Стань мне врагом и вражду выкажи прямо свою. Кто ж при одном языке два сердца имеет - товарищ Страшный, о Кирн мой! Таких лучше врагами иметь.