В ополоумевшей ночитуман падет на фонари,и, задыхаясь, рог кричитв белесый, поздний свет зари.И все не так, как сон сулил,и бой нешуточный, всерьез,и дождь ноябрьский залилпоследний свет истлевших звезд.Попробуй тучи разогнать,попробуй спину разогнуть,тех, кто вперед шагнул, догнать,тому, что будет — присягнуть.Но недоверие, как боль,прижми набухший снег к губам,и встань, и стань сама собой,и вновь скажи себе — судьба!И белый свет сквозь призму снапреломит радужным лучом,и эту радугу до днавдруг опрокинет над плечом.В последнем цвете удержись,в последнем шаге перед тьмой,и обретет все краски жизнь,и все решать — тебе самой.Расправишь складки на плаще,коснешься алого кольца,и солнца свет ворвется в щель.Все навсегда, все до конца.Струною имя прозвенит,и эхом ветер запоет,а крылья — с шелестом — в зенит,а сердце заново в полет.
[19.11.92]
«Я узнаю эту сказку среди тьмы…»
Я узнаю эту сказку среди тьмы,я услышу этот звук средь тишины,я коснусь холодной стали в пустоте,я слова скажу неправильные, те.Я найду дорогу через перевал,я пройду пургу, лавину и обвал,я увижу звезды, чистые, как смех,я усну в слезах, проснусь счастливей всех.Отличите от приснившегося бред,распознайте в людях тех, кого здесь нет,распахните окна в замке поутру,перепутайте игрушку и игру.Расскажите правду лютому врагу,разложите свой костер на берегу,задержите чью-то руку на плече,подарите пламя тающей свече.И тогда поверю я в конце концов,и сомкнется мир в полынное кольцо,путь к началу, путь к истоку темноты,и с непознанным я сделаюсь на ты.Горячо прорвется знания росток,и неважно станет, запад ли, восток,ты — в стремлении подняться и идти,от меня меня попробуй, защити.
[22.11.92]
ВИДЕТЬ ЗВЕЗДЫ
Чем станет эхо летних дней,любви пронзительная память —восьмым лучом звезды твоей,и летом, что опять настанет.На все вопросы есть ответ,он произносится так просто —твоей звезды мятежный светдуше моей откроет звезды.И рядом встать — соблазн велик,и боль, как братство души свяжет,и на мече звездою — бликменя спасает от меня же.И звуки древних языковв одной строке звучат, как ноты,певучей прочностью оков —«земля», «защита» и «работа».И все опять наоборот,судьбу, как маятник качает,и за какой теперь народзащитник дерзкий отвечает?Полумагическим путемвсе полузнанье полусказкимне говорит, что мы придемоднажды к утренней развязке.С соленым привкусом бедыпроснусь, свою дорогу зная,восьмым лучом твоей звездыпрорвусь сквозь память я — иная.
[22.11.92]
«Сердце мое в ладонях…»
Сердце мое в ладонях,чистый полночный свет.Звезды опять напомнятсамый простой ответ.Крыльями плащ взовьется,я начинаю путь,сердце в ладонях бьется,звезды стучатся в грудь.Кровью кольцо алеет,меч серебром горит…Кто-то — кого — жалеетили благодарит?Полно, уплыли тени,выбора минул час,прошлого не изменитрог, разбудивший нас.Голову вскинешь снова,зная, что все с тобой,и запылает новый —или все тот же бой.После же, в мятых травах,знающий — промолчит,ведая, что по правусердце мое стучит.
[22.11.92]
«Наше Отражение бледней оригинала…»
Наше Отражение бледней оригинала,но зато здесь столько образов иных,нить любую тронешь, чтобы до началапроследить, проваливаясь в сны.Если Средиземье впрямь существовало,если где-то было это все всерьез,то такой же ночь — изнанку покрывала,вижу — и небесный купол в блестках звезд.И какую ноту ни возьми на лютне,и какую песню ни переведи,как и в нашем мире ненавистью лютойзаново и снова сны разбередит.И тогда, изведав память всех ушедших,как страницы, судьбы пролистав, дрожа,выйди за границу новых звезд взошедшихтонкою тропою — лезвием ножа.Выше Менельтармы, выше гор Пелорских,выше неба Арды, выше ее звездподнимись — оттуда будет Арда плоской,досиня залитой океаном слез.И поймешь на вздохе, словно откровенье —не бывает чистым зло или добро.Черное вдруг станет белым на мгновенье,гарью закоптится снега серебро.Пролитые капли крови или потасобери в ладони, свет во тьмой смешав,мир создай без боли с высоты полетаили песню — хрипло, плачем горло сжав.
[27.11.92]
ПАМЯТЬ
Чем платила — нерастраченное вновь,что теряла — обретенное вовек,позабытое кипеть заставит кровь,полустертое как сон коснется век.Песня в горле стынет ледяным комком,слезы солью выжгут бледную строку.И когда пойму — и боль, и крик — о ком,что тогда решать — на этом берегу?Сын отца, как от ладони в глине след,и Учителя — всего лишь ученик,отражается из черной глади свет,как слепящий незатменный, вечный блик.И творца перерастающий в пути,как поэта — рифмы сдвоенный росток,он на плечи принял и сумел нестимир беспомощный, что так порой жесток.И опять искать невысказанно слов,и опять ловить туманный парус сна…Где душа твоя, забывшая любовь,где судьба твоя, полынная до дна?И не выразить, не выплакать, не спеть,не исправить зла, содеянного злом,только знать — и ждать, что призрачная смертьуведет к тебе, за черный окоем.
[27.11.92]
«Балладу написать, и песню спеть от боли…»
Балладу написать, и песню спеть от боли,а может просто лечь и плакать ни о чем,и видеть светлый мир с жестокою судьбою,и силу, что дрожит натянутым лучом.Дотронуться до всех теней, скользящих серо,испробовать на вкус забытые слова,и остается вновь одна лишь только вера,и теплится она отчаянно, едва.И видеть бледный лик, проклятый и забытый,и чувствовать стекло преграды меж миров,и путь искать туда — мечом насквозь пробитый,и слышать приговор, который так суров.И боли не унять в его горящем взгляде,и сердце ледяным затянуто узлом.Когда на башне ночь ветрами небо гладит,он видит Пустоту — меж звездами излом.Погасшею звездой, невидимою и жгучейего судьба — и все, что миру ссудит рок.Не слушайте врагов — безжалостный, могучий,не верьте, что силен, не верьте, что жесток.Едва ли описать — словами, на бумаге,какая ночь взошла в душе его, когдагорели в небесах победы Света флаги,и уходил за грань Учитель навсегда.На плечи одного, пусть сильного, мальчишкивзвалите этот мир — и бросьте одного.Когда все одному, то все на свете слишком —всего лишь ученик, не знающий всего.И вот за эту ночь, взрослея по минутам,он все сумел понять, и сам свой путь постиг,и серым липким злом, как Пустотой, опутан,он выстоял и встал — всего лишь ученик.И утешенье сна в забытом предсказании,и встреча впереди, и мир в душе его…Но где мне суждено смертельное касанье,и как зажечь звезду из сердца моего…
[28.11.92]
«Последнее уважение…»
Последнее уважениек державшему жизнь моюв стремительном дней скольжении,как памяти дань, таю.Последнее сожалениео власти полночных сил…Теряющий управлениекорабль тебя уносил.Последнее наваждение:чернеющий силуэт,как тающее видениеуже пропускает свет.Последнее предсказание,жестокое, как стрела…Оконченное сказание,развеянная зола…Последняя вспышка ясности,и тьма опустилась вновь,оставив нас в сопричастности,сжигающей нашу кровь.Последнее… Все исчерпано.Я рву, обрезаясь, нить.Но, видно, судьбой начертано —не вырваться, не забыть.
[28.11.92]
НИЕННАХ
От усталых домов, от горящей землиты уходишь в зенит теплой горечью ночи,что тебе эта грязь — дети в серой пыли,что тебе ржавый дождь — он плаща не намочит.И один только взгляд, и одна только власть,чистота без конца и аккорд без начала,все давно позади — эта липкая грязь,это эхо в ночи, что тебе отвечало.Там, за гранью судьбы, за реальностью снов,нету места для тех, кто в пыли придорожной.Там иные пути, там иная любовь,а с такою — земной — не взлететь, невозможно!Но поверь, уходя, улетая во мрак,что своя чистота у земли под ногами,что любовью одной — все, что названо так,пробивает асфальт за твоими шагами.Пробивает весной, пробивает травой,жизнь, простая, как сон, жизнь, как слезы святая,и становится всем, и взлетает с тобой,рассыпается в пыль и меж пальцами тает…
[3.02.93]
«Крови вкус на губах…»
Крови вкус на губах,ветра стон в головах,вот он какой,этот покой…Укрой — крыльев взмах!Ниеннах…Золото, серебро —выбери — зло, добро?Не разделитьтонкую нить,стелить — душу в прах!Ниеннах…Стены твои тверды,умершие — горды…Тени всех лиц,взгляд из бойниц…Луна в волосах!Ниеннах…Спящих цветов коснись,нехотя — обернись,только на миг,мельком — на крик,замри — луч в руках!Ниеннах…Ты — круги на воде,ты везде и нигде…И не посметь,и не успеть,упав в двух шагах…Ниеннах…