Чтение онлайн

Илья Эренбург. Стихотворения.

Москва: Советская Россия, 1982.

Был нищий пригород, и день был сер,

Весна нас выгнала в убогий сквер,

Где небо призрачно, а воздух густ,

Где чудом кажется сирени куст,

Где не расскажет про тупую боль,

Вся в саже, бредовая лакфиоль,

Где малышей сажают на песок

И где тоска вгрызается в висок.

Перекликались слава и беда,

Росли и рассыпались города,

И умирал обманутый солдат

Средь лихорадки пафоса и дат.

Я знаю, век, не изменить тебе,

Твоей суровой и большой судьбе,

Но на одну минуту мне позволь

Увидеть не тебя, а лакфиоль,

Увидеть не в бреду, а наяву

Больную, золотушную траву. 1938 или 1939 Илья Эренбург. Стихотворения.

Москва: Советская Россия, 1982.

Не торопясь, внимательный биолог

Законы изучает естества.

То был снаряда крохотный осколок,

И кажется, не дрогнула листва.

Прочтут когда-нибудь, что век был грозен, Страницу трудную перевернут И не поймут, как умирала озимь, Как больно было каждому зерну.

Забыть чужого века созерцанье,

Искусства равнодушную игру,

Но только чье-то слабое дыханье

Собой прикрыть, как спичку на ветру. 1938 или 1939 Илья Эренбург. Стихотворения.

Москва: Советская Россия, 1982.

На ладони – карта, с малолетства

Каждая проставлена река,

Сколько звезд ты получил в наследство,

Где ты пас ночные облака.

Был вначале ветер смертоносен,

Жизнь казалась горше и милей.

Принимал ты тишину за осень

И пугался тени тополей.

Отзвенели светлые притоки,

Стала глубже и темней вода.

Камень ты дробил на солнцепеке,

Завоевывал пустые города.

Заросли тропинки, где ты бегал,

Ночь сиреневая подошла.

Видишь – овцы, будто хлопья снега,

А доска сосновая тепла. 1938 или 1939

Илья Эренбург. Стихотворения.

Москва: Советская Россия, 1982.

Сбегают с гор, грозят и плачут,

Стреляют, падают, ползут.

Рассохся парусник рыбачий,

И винодел срубил лозу.

Закутанные в одеяла,

Посты застыли начеку.

Война сердца освежевала

И выпустила в ночь тоску.

Рука пощады не попросит.

Слова врага не обелят.

Зовут на выручку колосья,

Родные жадные поля.

Суров и грозен боя воздух,

И пулемета голос лют.

А упадешь – земля и звезды,

И путь один – как кораблю. 1938 или 1939 Илья Эренбург. Стихотворения.

Москва: Советская Россия, 1982.

Не здесь, на обломках, в походе, в окопе, Не мертвых опрос и не доблести опись.

Как дерево, рубят товарища, друга.

Позволь, чтоб не сердце, чтоб камень, чтоб уголь!

Работать средь выстрелов, виселиц, пыток И ночи крестить именами убитых.

Победа погибших, и тысяч, и тысяч – Отлить из железа, из верности высечь,Обрублены руки, и, настежь отверсто, Не бьется, врагами расклевано, сердце.

Февраль 1939

Илья Эренбург. Стихотворения.

Москва: Советская Россия, 1982.

По тихим плитам крепостного плаца

Разводят незнакомых часовых.

Сказать о возрасте! Уж сны не снятся,

А книжка – с адресами неживых.

Стоят, не шелохнутся часовые.

Друзья редеют, и молчит беда.

Из слов остались самые простые:

Забота, воздух, дерево, вода.

На мир гляжу еще благоговейней -

Уж нет меня. Покоя тоже нет -

Чужое горе липнет, как репейник,

И я не в силах дать ему ответ.

Хожу, твержу, ищу такое слово,

Чтоб выразить всю тишину, всю боль

Чужого мне, родного часового

С младенчества затверженный пароль.

Илья Эренбург. Стихотворения.

Москва: Советская Россия, 1982.

Жилье в горах – как всякое жилье:

До ночи пересуды, суп и скука,

А на веревке сушится белье,

И чешется, повизгивая, сука.

Но подымись – и сразу мир другой,

От тысячи подробностей очищен,

Дорога кажется большой рекой

И кораблем – убогое жилище.

О, если б этот день перерасти

И с высоты, средь тишины и снега,

Взглянуть на розовую пыль пути,

На синий дым последнего ночлега! 1939, Савойя Илья Эренбург. Стихотворения.

Москва: Советская Россия, 1982.

Есть перед боем час – всё выжидает:

Винтовки, кочки, мокрая трава.

И человек невольно вспоминает

Разрозненные, темные слова.