Чтение онлайн

Быть может, пылью сей покрыт Гампден надменный, Защитник сограждан, тиранства смелый враг; Иль кровию граждан Кромвель необагренный, Или Мильтон немой, без славы скрытый в прах.

Отечество хранить державною рукою, Сражаться с бурей бед, фортуну презирать, Дары обилия на смертных лить рекою, В слезах признательных дела свои читать

Того им не дал рок; но вместе преступленьям Он с доблестями их круг тесный положил; Бежать стезей убийств ко славе, наслажденьям И быть жестокими к страдальцам запретил;

Таить в душе своей глас совести и чести, Румянец робкия стыдливости терять И, раболепствуя, на жертвенниках лести Дары небесных муз гордыне посвящать.

Скрываясь от мирских погибельных смятений, Без 1000 страха и надежд, в долине жизни сей, Не зная горести, не зная наслаждений, Они беспечно шли тропинкою своей.

И здесь спокойно спят под сенью гробовою И скромный памятник, в приюте сосн густых, С непышной надписью и резьбою простою, Прохожего зовет вздохнуть над прахом их.

Любовь на камне сем их память сохранила, Их лета, имена потщившись начертать; Окрест библейскую мораль изобразила, По коей мы должны учиться умирать.

И кто с сей жизнию без горя расставался? Кто прах свой по себе забвенью предавал? Кто в час последний свой сим миром не пленялся И взора томного назад не обращал?

Ах! нежная душа, природу покидая, Надеется друзьям оставить пламень свой; И взоры тусклые, навеки угасая, Еще стремятся к ним с последнею слезой;

Их сердце милый глас в могиле нашей слышит; Наш камень гробовой для них одушевлен; Для них наш мертвый прах в холодной урне дышит, Еще огнем любви для них воспламенен.

А ты, почивших друг, певец уединенный, И твой ударит час, последний, роковой; И к гробу твоему, мечтой сопровожденный, Чувствительный придет услышать жребий твой.

Быть может, селянин с почтенной сединою Так будет о тебе пришельцу говорить: "Он часто по утрам встречался здесь со мною, Когда спешил на холм зарю предупредить.

Там в полдень он сидел под дремлющею ивой, Поднявшей из земли косматый корень свой; Там часто, в горести беспечной, молчаливой, Лежал, задумавшись, над светлою рекой;

Нередко ввечеру, скитаясь меж кустами,Когда мы с поля шли и в роще соловей Свистал вечерню песнь,- он томными очами Уныло следовал за тихою зарей.

Прискорбный, сумрачный, с главою наклоненной, Он часто уходил в дубраву слезы лить, Как странник, родины, друзей, всего лишенный, Которому ничем души не усладить.

Взошла заря - но он с зарею не являлся, Ни к иве, ни на холм, ни в лес не приходил; Опять заря взошла - нигде он не встречался; Мой взор его искал - искал - не находил.

Наутро пение мы слышим гробовое... Несчастного несут в могилу положить. Приблизься, прочитай надгробие простое, Что память доброго слезой благословить".

Здесь пепел юноши безвременно сокрыли, Что слава, счастие, не знал он в мире сем. Но музы от него лица не отвратили, И меланхолии печать была на нем.

Он кроток сердцем был, чувствителен душою Чувствительным творец награду положил. Дарил несчастных он - чем только мог - слезою; В награду от творца он друга получил.

Прохожий, помолись над этою могилой; Он в ней нашел приют от всех земных тревог; Здесь все оставил он, что в нем греховно было, С надеждою, что жив его спаситель-бог. 1802 В.А.Жуковский. Баллады и стихотворения. Москва: Художественная литература, 1990.

НА СМЕРТЬ А[НДРЕЯ ТУРГЕНЕВА]

О, друг мой! неужли твой гроб передо мною! Того ль, несчастный, я от рока ожидал! Забывшись, я тебя бессмертным почитал... Святая благодать да будет над тобою!

Покойся, милый прах; твой сон завиден мне! В сем мире без тебя, оставленный, забвенный, Я буду странствовать, как в чуждой стороне, И в горе слезы лить на пепел твой священный!

Прости! не вечно жить! Увидимся опять; Во гробе нам судьбой назначено свиданье! Надежда сладкая! приятно ожиданье!

С каким веселием я буду умирать! 1803 В.А.Жуковский. Баллады и стихотворения. Москва: Художественная литература, 1990.

ДРУЖБА

Скатившись с горной высоты, Лежал на прахе дуб, перунами разбитый; А с ним и гибкий плющ, кругом его обвитый. О Дружба, это ты! 1805 В.А.Жуковский. Баллады и стихотворения. Москва: Художественная литература, 1990.

ПОСЛАНИЕ ЭЛОИЗЫ К АБЕЛЯРУ

В сих мрачных келиях обители святой, Где вечно царствует задумчивый покой, Где, умиленная, над хладными гробами, Душа беседует, забывшись, с небесами, Где вера в тишине святые слезы льет И меланхолия печальная живет,Что с 1000 ердце мирныя весталки возмутило? Что в нем потухший огнь опять воспламенило? Какой волшебный глас, какой прелестный вид Увядшую в тоске опять животворит? Увы! еще люблю!.. Исчезни, заблужденье! Сей трепет внутренний, сие души волненье При виде милых строк знакомыя руки, Сие смешение восторга и тоски Не суть ли признаки любви непобежденной? Супруг мой, Абеляр! О имя незабвенно! Дерзну ль священный храм тобою огласить? Дерзну ли с Творческим тебя совокупить, Простертая в пыли, молясь пред алтарями? О страшные черты! да смою их слезами! Преступница! к кому, что смеешь ты писать? Кого в обителях святыни призывать? Небесный твой супруг во гневе пред тобою! Творец, творец! смягчись! вотще борюсь с собою! Где власть против любви? Чем сердце укротить? Каким могуществом сей пламень потушить?

О стены мрачные! о скорбных заточенье! Пустыней страшный вид! лесов уединенье! О дикие скалы, изрытые мольбой! О храм, где близ мощей, с лампадой гробовой, И юность и краса угаснуть осужденны! О лики хладные, слезами орошенны! Могу ль, подобно вам, в душе окаменеть? Могу ль, огнем любви сгорая, охладеть? Ах, нет! не божество душой моей владеет! Она тобой, тобой, супруг мой, пламенеет! К тебе, мой Абеляр, с молитвами летит! Тебя в жару, в тоске зовет, боготворит!.. Ах, тщетно рвать себя, вотще томить слезами!

Когда руки твоей столь милыми чертами Мой взор был поражен - вся сладость прежних дней, Все незабвенные часы любви твоей Воскресли предо мной! О чувств очарованье! О невозвратного блаженства вспоминанье! О дни волшебные, которых больше нет! Вотще, мой Абеляр, твой глас меня зовет Простись - навек, навек!- с погибшей Элоизой!

Во мгле монастыря, под иноческой ризой, В кипенье пылких лет, с толь пламенной душой, Томиться, увядать, угаснуть - жребий мой! Здесь вера грозная все чувства умерщвляет! Здесь славы и любви светильник не пылает!