Стихи
Шрифт:
ПОЗДНЯЯ ЗРЕЛОСТЬ Не для того ли мне поздняя зрелость, Чтобы, за сердце схватившись, оплакать Каждого слова сентябрьскую спелость, Яблока тяжесть, шиповника мякоть,
Над лесосекой тянувшийся порох, Сухость брусничной поляны, и ради Правды - вернуться к стихам, от которых Только помарки остались в тетради.
Все, что собрали, сложили в корзины,И на мосту прогремела телега. Дай мне еще наклониться с вершины, Дай удержаться до первого снега. Арсений Тарковский. Стихи разных лет. Москва, "Современник" 1983.
* * * Пускай меня простит Винсент Ван-Гог За то, что я помочь ему не мог,
За то, что я травы ему под ноги Не постелил на выжженной дороге,
За то, что я не развязал шнурков Его крестьянских пыльных башмаков,
За то, что в зной не дал ему напиться, Не помешал в больнице застрелиться.
Стою себе, а надо мной навис Закрученный, как пламя, кипарис,
Лимонный крон и темно-голубое,Без них не стал бы я самим собою;
Унизил бы я собственную речь, Когда б чужую ношу сбросил с плеч.
А эта грубость ангела, с какою Он свой мазок роднит с моей строкою,
Ведет и вас через его зрачок Туда, где дышит звездами Ван-Гог. Арсений Тарковский. Стихи разных лет. Москва, "Современник" 1983.
ВЕРБЛЮД На длинных нерусских ногах Стоит, улыбаясь некстати, А шерсть у него на боках Как вата в столетнем халате.
Должно быть, молясь на восток, Кочевники перемудрили, В подшерсток втирали песок И ржавой колючкой кормили.
Горбатую царскую плоть, Престол нищеты и терпенья, Нещедрый пустынник-господь Слепил из 271 отходов творенья.
И в ноздри вложили замок, А в душу - печаль и величье, И верно, с тех пор погремок На шее болтается птичьей.
По Черным и Красным пескам, По дикому зною бродяжил, К чужим пристрастился тюкам, Копейки под старость не нажил.
Привыкла верблюжья душа К пустыне, тюкам и побоям. А все-таки жизнь хороша, И мы в ней чего-нибудь стоим. Арсений Тарковский. Стихи разных лет. Москва, "Современник" 1983.
* * *
В мастерской живописца - стоит манекен Деревянный , суставчатый - весь на шарнирах Откровенный как правда..В зияющих дырах На местах сочленений локтей и колен
Пахнет пылью и тленом...Пахнет скипидаром Живописец - уже натянул полотно Кем ты станешь..натурщик? Не все ли равно Если ты неживой...и позируешь даром?
Ах...не все ли равно...Подмалевок лилов Черный контур клубится под кистью шершавой Кисть - в союзе с кредитками...Краска - со славой Нет для смежных исскуств у поэзии слов
Кто я сам..если ходят и плачут окрест На шарнирах и в дырах - пространство и время Многозвёздный венец возлагают на темя И на слабые плечи - пророческий крест
Кто хозяин твой?..Гений?..Бездарность?...Халтурщик? Я - молве клеветнице - его не предам Потому что из глины был создан Адам Ты - подобье Адама - бесплатный натурщик
* * *
Вечерний, сизокрылый, Благословенный свет! Я словно из могилы Смотрю тебе вослед.
Благодарю за каждый Глоток воды живой, В часы последней жажды Подаренный тобой,
За каждое движенье Твоих прохладных рук, За то, что утешенья Не нахожу вокруг,
За то, что ты надежды Уводишь, уходя, И ткань твоей одежды Из ветры и дождя.
* * *
Вот и лето прошло, Словно и не бывало. На пригреве тепло. Только этого мало.
Все, что сбыться могло, Мне, как лист пятипалый, Прямо в руки легло. Только этого мало.
Понапрасну ни зло, Ни добро не пропало, Все горело светло, Только этого мало.
Жизнь брала под крыло, Берегла и спасала, Мне и вправду везло. Только этого мало.
Листьев не обожгло, Веток не обломало... День промыт, как стекло. Только этого мало.
* * *
Мне послышался чей-то Затихающий зов, Бесприютная флейта Из-за гор и лесов.
Наклоняется ива Над студеным ручьем, И ручей торопливо Говорит ни о чем,
Осторожный и звонкий, Будто веретено То всплывает в воронке, То уходит на дно.