Шрифт:
Борис Садовской
Стихи
– ----------------------------------------------------------------------- Полет сокола В уездном городе Александру Блоку Земляника "Не любовь ли нас с тобою..." "Страшно жить без самовара..." Студенческий самовар Город
– -----------------------------------------------------------------------
ПОЛЕТ СОКОЛА
Всего прекрасней - сокола полет. Я полюбил следить за ним часами, Когда, дрожа и трепеща крылами, На краткий миг он в воздухе замрет.
Горд красотой и вечно одинок, Как молния, сверкающим изломом Он мчится в горы, где ревет поток, Где древний дуб поник, спаленный громом.
В изгибе крыл, в прямой стреле хвоста Идея красоты, - она проста: В гармонии аккорда нет согласней.
Я красоту люблю в стихе, в цветах, В наряде жен, в улыбках, в облаках, Но сокола полет - всего прекрасней. 1905
В УЕЗДНОМ ГОРОДЕ
Заборы, груды кирпича, Кривые улицы, домишки И за собором каланча С уснувшим сторожем на вышке.
Здесь сорок лет что год один. Не знают люди перемены, Как рамки выцветших картин, Смиренно кроющие стены.
А в поле, там где млеет ширь И рожь колышется волнами, Хранит кладбище монастырь, Приосененный тополями.
И здесь такой же мирный сон. Как сладко спится позабытым! Лишь луч порой, упав на клен, Играет зайчиком по плитам. 1905
АЛЕКСАНДРУ БЛОКУ
В груди поэта мертвый камень И в жилах синий лед застыл, Но вдохновение, как пламень, Над ним взвивает ярость крыл.
Еще ровесником Икара Ты полюбил священный зной, В тиши полуденного жара Почуяв крылья за спиной.
Они взвились над бездной синей И понесли тебя, храня. Ты мчался солнечной пустыней, И солнце не сожгло огня.
Так. От земли, где в мертвом прахе Томится косная краса, Их огнедышащие взмахи. Тебя уносят в небеса.
Но только к сумрачным пределам С высот вернешься ты, и вновь Сожмется сердце камнем белым, И льдом заголубеет кровь. 1910
ЗЕМЛЯНИКА
Мама, дай мне земляники. Над карнизом свист и крики. Как поет оно, Как ликует птичье царство! Мама, выплесни лекарство, Отвори окно! Мама, мама, помнишь лето? В поле волны белоцвета Будто дым кадил. Вечер томен; над долиной В жарком небе взмах орлиный, Прокружив, застыл. Помнишь, мама, ветра вздохи, Соловьев последних охи, В лунных брызгах сад, Лунных сов родные клики, Земляники, земляники Спелый аромат? Земляники дай мне, мама, Что в глаза не смотришь прямо, Что твой взгляд суров? Слезы капают в тарелки. Полно плакать о безделке: Я совсем здоров. 1911
***
Не любовь ли нас с тобою В санках уличных несла В час, когда под синей мглою Старая Москва спала?
Не крылатый ли возница Гнал крылатого коня В час, когда спала столица, Позабыв тревоги дня?
Помню иней над бульваром, В небе звездные рои. Из-под черной шляпы жаром Губы веяли твои.
У часовни, подле кружки, Слабый огонек мигнул, Занесенный снегом Пушкин Нам задумчиво кивнул.
На углу у переулка Опустелый ждал подъезд. Пронеслись трамваи гулко. Были нежны взоры звезд.
Под веселый свист метели Месяц серебрил Москву. Это было в самом деле. Это было наяву. 1911
***
Страшно жить без самовара: Жизнь пустая беспредельна, Мир колышется бесцельно, На земле тоска и мара.
Оставляю без сознанья Бред любви и книжный ворох, Слыша скатерти шуршанье, Самовара воркованье, Чаю всыпанного шорох.
Если б кончить с жизнью тяжкой У родного самовара, За фарфоровою чашкой, Тихой смертью от угара! 1913
СТУДЕНЧЕСКИЙ САМОВАР
Чужой и милый! Ты кипел недолго, Из бака налитый слугою номерным, Но я любил тебя как бы из чувства долга И ты мне сделался родным.
Вздыхали фонари на розовом Арбате, Дымился древний звон, и гулкая метель Напоминала мне о роковой утрате; Ждала холодная постель.
С тобой дружил узор на ледяном окошке, И как-то шли к тебе старинные часы, Варенье из дому и в радужной обложке Новорожденные "Весы".
Ты вызывал стихи, и странные рыданья, Неразрешенные, вскипали невзначай, Но остывала грудь в напрасном ожиданьи, Как остывал в стакане чай.
Те дни изношены, как синяя фуражка, Но все еще поет в окне моем метель, По-прежнему я жду; как прежде, сердцу тяжко, И холодна моя постель.
ГОРОД
В нечистом небе бесятся стрижи. Тускнеют лица под налетом пыли. Бесстыдно голосят автомобили. Душа, очнись и время сторожи!
Пусть прошлое уходит: не тужи. О нем лесные зори не забыли. Там ландыши сияние разлили И ястреб ждет над океаном ржи.
Туда перенеси свой вечный город И, сбросив пошлость, как крахмальный ворот, Ищи в полях единственных отрад.
Под шепот ветра нежно-терпеливый, Под вздох лесной, под замиранья нивы Взыскуемый тебе предстанет град. 1914