Стихи
Шрифт:
ВЕСЕЛИСЯ За моим окном опять светит солнце. В радугу оделись все былинки. По стенам развеваются блестящие знамена света. От радости трепещет бодрый воздух. Отчего ты неспокоен, дух мой? Устрашился тем - чего не знаешь. Для тебя закрылось солнце тьмою. И поникли танцы радостных былинок. Но вчера ты знал, мой дух, так мало. Так же точно велико твое незнанье. Но от вьюги было все так бедно, что себя ты посчитал богатым. Но ведь солнце вышло для тебя сегодня. Для тебя знамена света развернулись. Принесли тебе былинки радость. Ты богат, мой дух. К тебе приходит знанье. Знамя света над тобою блещет!
Веселися! 1918 Николай Рерих. Цветы Мории. Москва, "Современник", 1988.
УЛЫБКОЙ? Вестник, мой вестник! Ты стоишь и улыбаешься. И не знаешь, что ты принес мне. Ты принес мне дар исцеленья. Каждая слеза моя исцелит немощи мира. Но, Владыко, откуда мне взять столько слез и которой из немощей мира отдать мне первый поток? Вестник, мой вестник, ты стоишь и улыбаешься. Нет ли у тебя приказа лечить несчастье
улыбкой? 1921 Николай Рер 1000 их. Цветы Мории. Москва, "Современник", 1988.
ЖЕЗЛ Все, что услышал от деда, я тебе повторяю, мой мальчик. От деда и дед мой услышал. Каждый дед говорит. Каждый слушает внук. Внуку, милый мой мальчик, расскажешь все, что узнаешь! Говорят, что седьмой внук исполнит. Не огорчайся чрезмерно, если не сделаешь все, как сказал я. Помни, что мы еще люди. Но тебя укрепить я могу. Отломи от орешника ветку, перед собой неси. Под землю увидеть тебе поможет данный мной
жезл. 1915 Николай Рерих. Цветы Мории. Москва, "Современник", 1988.
ПОСЛАН Не подходи сюда, мальчик. Тут за углом играют большие, кричат и бросают разные вещи. Убить тебя могут легко. Людей и зверей за игрою не трогай. Свирепы игры больших, на игру твою не похожи. Это не то что пастух деревянный и кроткие овцы с наклеенной шерстью. Подожди - игроки утомятся,кончатся игры людей, и пройдешь туда, куда
послан. 1916 Николай Рерих. Цветы Мории. Москва, "Современник", 1988.
В ЗЕМЛЮ Мальчик, останься спокойным. Священнослужитель сказал над усопшим немую молитву, так обратился к нему: "Ты древний, непогубимый, ты постоянный, извечный, ты, устремившийся ввысь, радостный и обновленный". Близкие стали просить: "Вслух помолися, мы хотим слышать, молитва нам даст утешенье". "Не мешайте, я кончу, тогда я громко скажу, обращуся к телу, ушедшему
в землю". 1915 Николай Рерих. Цветы Мории. Москва, "Современник", 1988.
НЕ МОЖЕМ Ты полагаешь, что кончил? На три вопроса ответь: как могу я узнать, сколько лет ворон прожил? До самой дальней звезды велико ль от нас расстоянье? Что я желаю теперь? Приятель, опять мы не знаем? Опять нам все неизвестно. Опять должны мы начать. Кончить ничто мы
не можем. 1916 Николай Рерих. Цветы Мории. Москва, "Современник", 1988.
НЕ УБИТЬ? Мальчик жука умертвил. Узнать его он хотел. Мальчик птичку убил, чтобы ее рассмотреть. Мальчик зверя убил, только для знанья. Мальчик спросил: может ли он для добра и для знанья убить человека? Если ты умертвил жука, птицу и зверя, почему тебе и людей не убить? 1916 Николай Рерих. Цветы Мории. Москва, "Современник", 1988.
НЕ СЧИТАЙ Мальчик, значения ссоре не придавай. Помни, большие - странные люди. Сказав друг о друге самое злое, завтра готовы врагов друзьями назвать. А спасителю другу послать обидное слово. Уговори себя думать, что злоба людей неглубока. Думай добрее о них, но врагов и друзей
не считай! 1916 Николай Рерих. Цветы Мории. Москва, "Современник", 1988.
ПОД ЗЕМЛЕЮ Черепа мы снова нашли. Но не было знаков на них. Один топором был рассечен. Другой пронзен был стрелою. Но не для нас эти знаки. Тесно лежали, без имени все, схожие между собою. Под ними лежали монеты. И лики их были стерты. Милый друг, ты повел меня ложно. Знаки священные мы не найдем
под землею. 1915 Николай Рерих. Цветы Мории. Москва, "Современник", 1988.
ТОГДА Ошибаешься, мальчик! Зла - нет. Зло сотворить Великий не мог. Есть лишь несовершенство. Но оно так же опасно, как то, что ты злом называешь. Князя тьмы и демонов нет. Но каждым поступком лжи, гнева и глупости создаем бесчисленных тварей, bb4
безобразных и страшных по виду, кровожадных и гнусных. Они стремятся за нами, наши творенья! Размеры и вид их созданы нами. Берегися рой их умножить. Твои порожденья тобою питаться начнут. Осторожно к толпе прикасайся. Жить трудно, мой мальчик, помни приказ: жить, не бояться и верить. Остаться свободным и сильным. А после удастся и полюбить. Темные твари все это очень не любят. Сохнут и гибнут
тогда. 1916 Николай Рерих. Цветы Мории. Москва, "Современник", 1988.
ПОМОЖЕТ Мальчик, опять ты ошибся. Ты сказал, что лишь чувствам своим ты поверишь. Для начала похвально, но как быть нам с чувствами теми, что тебе незнакомы сегодня, но которые ведомы мне? И в чувствах первейших, которыми ты овладел, как ты полагаешь,- поверь, ты еще несовершенен. Слух разве подвластен тебе? Твое зренье бедно. Грубо твое осязанье. О неведомых чувствах если мне не поверишь, я укажу тебе каплю воды без стекла рассмотреть. О населяющих воздух мне рассказать? Ты улыбнулся. Ты замолчал. Ты не ответил. Мальчик, водительство духа чаще ты призывай, оно тебе в жизни
поможет. 1916 Николай Рерих. Цветы Мории. Москва, "Современник", 1988.
БОГ ДАСТ Подойди ко мне, мальчик, не бойся. Большие тебя научили бояться. Только пугать люди могут. Ты рос без страха. Вихрь и мрак, вода и пространство, ничто не страшило тебя. Меч, извлеченный, тебя восхищал. К огню ты протягивал руки. Теперь ты напуган, все стало враждебно, но меня ты не бойся. У меня есть друг тайный; страхи твои отвратит он. Когда ты уснешь, я тихонько его позову к изголовью,того, кто силой владеет.
Он тебе слово шепнет.
Смелым встанешь,
Бог даст. 1916 Николай Рерих. Цветы Мории. Москва, "Современник", 1988.
ПРИ ВСЕХ Плакать хотел ты и не знал, можно ли? Ты плакать боялся, ибо много людей на тебя смотрело. Можно ли плакать на людях? Но источник слез твоих был прекрасен. Тебе хотелось плакать над безвинно погибшими. Тебе хотелось лить слезы над молодыми борцами за благо. Над всеми, кто отдал все свои радости за чужую победу, за чужое горе. Тебе хочется плакать о них. Как быть, чтобы люди не увидали слезы твои? Подойди ко мне близко. Я укрою тебя моею одеждой. И ты можешь плакать, а я буду улыбаться, и все поймут, что ты шутил и смеялся. Может быть, ты шептал мне слова веселья. Смеяться ведь можно