Чтение онлайн

над тобой

высоко. И нет на тебе

никаких одёж: Гол как сокол Страшный путь!

Ты на пятой своей версте Потерял

для меня конец, И ветер устал

над тобой свистеть, И устал

грохотать

свинец...
– Почему не проходит над Ладогой

мост?! Нам подошвы

невмочь

ото льда

оторвать. Сумасшедшие мысли

буравят

мозг: Почему на льду не растет трава?! Самый страшный путь

из моих путей! На двадцатой версте

как я мог идти! Шли навстречу из города

сотни

детей...

Сотни детей!..

Замерзали в пути...

Одинокие дети

на взорванном льду Эту теплую смерть

распознать не могли они сами И смотрели на падающую звезду Непонимающими глазами.

Мне в атаках не надобно слова "вперед", Под каким бы нам

ни бывать огнем У меня в зрачках

черный

ладожский

лед, Ленинградские дети

лежат

на нем. 1944 Строфы века. Антология русской поэзии. Сост. Е.Евтушенко. Минск-Москва, "Полифакт", 1995.

* * * Подкова счастья! Что же ты, подкова? Я разогнул тебя из удальства И вот теперь согнуть не в силах снова Вернуть на счастье трудные права.

Как возвратить лицо твое степное, Угрюмых глаз неистовый разлет, И губы, пересохшие от зноя, И все, что жизнь обратно не вернет?

Так я твержу девчонке непутевой, Которой всё на свете трын-трава,А сам стою с разогнутой подковой И слушаю, как падают слова. 1961 Русская советская поэзия. Под ред. Л.П.Кременцова. Ленинград: Просвещение, 1988.

* * * Тишайший снегопад Дверьми обидно хлопать. Посередине дня В столице как в селе. Тишайший снегопад, Закутавшийся в хлопья, В обувке пуховой Проходит по земле.

Он формами дворов На кубы перерезан, Он конусами встал На площадных кругах, Он тучами рожден, Он пригвожден железом, И все-таки он кот В пуховых сапогах.

Штандарты на древках, Как паруса при штиле. Тишайший снегопад Посередине дня. И я, противник од, Пишу в высоком штиле, И тает первый снег На сердце у меня. 1961 Русская советская поэзия. Под ред. Л.П.Кременцова. Ленинград: Просвещение, 1988.

* * * Касторкой пахнет!.. Миновав поселок, Два мотоцикла, Круто накренясь, На автостраду, Мимо ржавых елок, Кидаются, расшвыривая грязь.

Прощай, мое призвание былое Ничтожное, прекрасное и злое... Не знаю сам, к какому рубежу Я от твоей погони ухожу. Александр Межиров. Тысяча мелочей. Лирика. Москва: Современник, 1984.

* * * Две стены, окно и дверь, Стол и табуретка. В эту команту теперь Ты приходишь редко.

И огонь в огне погас, Плотно дверь закрыта. Этой комнате теперь Не хватает быта.

Видно, бытом ты была, Жизнью не была ты, Мы, имея два крыла, Не 37f были крылаты.

Я забыл, что ты жива, Мне бы вспомнить хоть слова: Имя или отчество. В этом доме нежилом Бьет единственным крылом Наше одиночество. Александр Межиров. Тысяча мелочей. Лирика. Москва: Современник, 1984.

* * * Все разошлись и вновь пришли, Опять уйдут, займутся делом. А я ото всего вдали, С тобою в доме опустелом.

Событья прожитого дня, И очереди у киоска, И вести траурной полоска Не существуют для меня.

А я не знаю ничего, И ничего не понимаю, И только губы прижимаю К подолу платья твоего. Александр Межиров. Тысяча мелочей. Лирика. Москва: Современник, 1984.