Стена
Шрифт:
Настя. Да! Написано ремонт… я и не поехала туда!
Егоров. Ну вот… Репетирует с нами его ассистент, молодой режиссер, только что из института… Труппу в лицо плохо знает. Главный уехал на семинар. Тут наши две актрисы, вы их видели — его воспитанницы… Дежурная и Уборщица… Свято верят во все… Я и Кирилл, я вас с ним познакомлю… Мы репетируем пьесу…
Настя. О господи! Куда же я теперь?
Егоров. В «Центральной» все равно мест нет. Переночуйте у нас.
Настя. Да? (Пауза.) Ну вы идите. Уже поздно. Жена наверно, волнуется.
Егоров. Жена в пьесе. Сам я холостой.
Настя. Не верю. Вы все время репетируете. Вы врете…
Егоров. Сейчас я говорил с вами своими словами. Можете сравнить. «Ты ничего не знаешь о настоящей, трудной жизни. Я хочу построить такой завод, чтобы он, как сердце по венам, гнал по трубам цемент».
Настя. С ума сойти можно.
Егоров. Здесь она меня целует. Говорит о моей мужской силе! Что ей со мной спокойно… Варя современная девица! Приехала из Москвы — писать обо мне очерк.
Настя. Я — Настя, приехала из Запорожья! Занимаюсь железом… ломом… «Вторчермет». Приехала списывать паровозы… Весь день металась по депо… На ногах еле стою… Я и так устала!..
Егоров. Она меня любит… я вас тоже… я тебя люблю…
Настя(с трудом). Вы неплохой артист!
Егоров. Вас зовут Настя? Варя, знаете, ищет настоящего мужчину. Я как раз из них. А вы такая серьезная. И ни разу не улыбнулись. Нехорошо, такая хрупкая женщина возится с паровозами.
Вошел Фима. Рядом молодая девица.
Быстро, стараясь быть незамеченным, провел ее к своему номеру.
Настя. А они кто?
Егоров. Из проживающих, наверное, не знаю.
Настя. Спасибо. Ну, я пойду… Извините… уже поздно…
Егоров. Если вам… скучно будет… в общем, заходите, наши номера рядом, не бойтесь… у меня есть сосед… Кирилл, он интеллигентный человек…
На лестнице показался Кирилл.
Кирилл. Товарищ Егоров, в шестом корпусе авария, во время стабилизации гидролизного манипулятора сели предохранители. Что делать, не знаем… Карпенко на телефоне.
Егоров. Все ясно, старина. Иди спи.
Кирилл. Уходишь ты, а не я. Она полураздета… Ты забываешь обо всем… убегаешь.
Настя. У нее еще один?
Кирилл(Насте). Ты во мне все перевернула… Откуда в твоих глазах столько слез? Что ты смеешься? — Плачь! Я- сохну по тебе. Если ты скажешь — уйди, я уйду… Она говорит: «Останься».
Настя. Не надо! Уйдите оба! Отойдите от меня!
Кирилл. Я остаюсь, Егоров… она сейчас станет моей любовницей. По правде!
Егоров(схватил его). Ты что, сдурел?!
Кирилл(кричит). Такие, как он, любить не могут. Егоров, идите в шестой корпус! Серега, ты же женат, у тебя дети… Зовут меня в Тулу! Поеду туда… Серега, поехали со мной.
Настя быстро поднимается по лестнице.
Кирилл бросается за ней. Егоров его задержал.
Егоров(Кириллу). Старина… не мешай! Ты что, еще не понял ничего? Потом объясню! Варя!
Из комнаты выходит Фима с кружкой.
Фима. Скажите, где в этой гостинице титан? Я хотел поужинать.
Кирилл. Ты можешь понять, что в шестом корпусе авария? Можешь ты это понять или нет? На термообработке, в хозяйстве Головина ребята третью смену подряд… третью! Что б в один момент ты собрался и был там! Я проверю! Ты понял?
Фима(проходя). Хорошо.
Кирилл(с трудом поднимается по лестнице). Я проверю. Смотри…
Фима. Хорошо-хорошо. (Уходит, продолжая поиски титана.)
Из своего номера вырвалась Мостовая. Рядом Лузин.
Лузин. Никого нет.
Мостовая. Они ушли… не стали ждать. Ты своего добился. Я тебе этого не прощу! Ты хотел запереть меня, да?
Лузин. Надвигается вечер пыток? Что тебе еще надо? Ты ездишь… гастролируешь, видишь свет.
Мостовая. Я вижу тьму!
Лузин. Завтра ты потребуешь гастроли в Париже, я должен буду вставать на голову? У меня не осталось ни одного живого нерва… Пусть тебя снимают… вешают… укладывают штабелями…
Мостовая. Ревнивое животное! Как я устала! Как я устала, кто бы знал!..
Лузин. Влей мне в ухо серной кислоты! Влей!