Шрифт:
Благодарим Эрл Грея за первичную вычитку, adept-13 — за вторичную. Ну и, конечно, отдаем должное Р.Хайнлайну, произведением которого вдохновился первый автор (причем понял это ближе к середине произведения).
Солнце палило так, что кожа под пропыленным камуфляжем горела от жара. Хорошо еще, дыхательная маска спасала от всепроникающей пыли.
— Сюда…
Одетый в такой же камуфляж мужчина откинул полог палатки, осмотрелся. Трупы отсюда уже вынесли.
— Неплохо устроился наш общий друг, — сказал он, устраиваясь за складным столом. — Вы посмотрите, какая роскошь!
— Да, по местным меркам это действительно неслыханная роскошь, — согласился второй мужчина, осторожно сдвигая дыхательную маску. — Господин генерал, здесь можно курить?
— Сколько угодно! — кивнул тот, плотный смуглый брюнет. — Этот негодяй разорился даже на хорошую вентиляцию для штабной палатки, так что…
— Спасибо.
Курильщик, высокий светловолосый мужчина, пошарил по карманам, нашел портсигар, с видимым удовольствием затянулся, сев за стол напротив генерала. Тот что-то отмечал на планшете, не обращая внимания на соседа.
Снаружи раздались выстрелы. Здесь воевали по старинке: в колонии современное оружие не поставляли — это было основополагающим принципом. Ремонт даже устаревших моделей бластеров, добытых контрабандой, стоил очень дорого, а разряженные энергоообоймы негде было зарядить, поскольку первым делом противники уничтожили электростанции друг друга, а топливо для генераторов ценилось на вес золота и слишком быстро заканчивалось. А в целом… Старое пулевое оружие проще воспроизводить, оно не зависит от батарей и к тому же вполне эффективно. Пуля — она и на другом конце Галактики пуля. Опять же, металлургические производства здесь были — лучше не придумаешь, так зачем же изобретать что-то новое, если все уже давно придумано?
— Если не ошибаюсь, снаружи кого-то расстреливают, — великосветски заметил светловолосый мужчина, стряхнув пепел сигареты на пол.
— Конечно, — хмыкнул второй, оторвавшись от планшета. — Всю обслугу этих…
Тут он придержал ругательство, но мимика его была более чем выразительна.
— Отчего бы не допросить их? Это не мое дело, конечно, но они могли знать что-то полезное.
— А пусть их знание отправляется с ними к великим предкам, — серьезно сказал генерал. — Мы обойдемся без него!
Раздалась еще одна очередь, и в ткани палатки образовалась аккуратная дырочка.
— Господин генерал, — негромко сказал курильщик, изучая солнечный лучик, упавший на его руку. — Вы не могли бы приказать вашим солдатам расстреливать предателей не так… энергично? Мало ли что, а я ведь на вас работаю.
— Ну… — буркнул тот, покосившись на дырочку, и высунулся наружу, разразившись потоком брани на местном наречии, потом вернулся, тщательно задернув полог. — Я приношу извинения, мистер Мартас. Один из пленных вдруг бросился бежать, а боец начал стрелять ему вслед, болван…
— И правда, болван, — согласился Мартас, рассматривая серьезно попорченный маникюр. — Он что, в белый свет палил?
— А кто его знает, — буркнул генерал. — Однако…
— Однако давайте постараемся впредь обходиться без таких эксцессов, — лучезарно улыбнулся тот. — Я бы не хотел вот так нелепо погибнуть. Как-то, знаете ли, привык я к себе, господин генерал! И деньги вы мне платите, приличные деньги… Не хотите же вы, чтобы они канули в никуда?
— Ну уж нет, господин Мартас, — ответил генерал. — Эти дураки ведь наняли вас, чтобы договориться с нами… Ха!
— Они не учли, что вы не желаете договариваться с ними, — вкрадчиво сказал тот.
Глупость колониального правления его не занимала. Ну, пускай они не понимают, что полная независимость возможна только при полной же самодостаточности, которой здесь нет и быть не может, потому что население невелико, поставок из центра давно не случалось, а все ресурсы пущены на добычу редких и не слишком металлов… С сельским хозяйством тут и вовсе беда, слишком уж климат скверный, так что, как только иссякнут запасы продовольствия, может грянуть голод. Почти наверняка грянет: противники с большим удовольствием уничтожали вражеские угодья.
Впрочем, это его совершенно не касалось. Ему поставили четкую задачу, и он намерен был ее выполнить.
— Именно! Мы хотим договориться с Федерацией, а для этого нам нужны вы, мистер Мартас. Мы знаем, что вы специалист по таким делам…
— Допустим, — кивнул он.
— Вы всегда чуете выгоду, — сказал генерал, — и вы не просто так переметнулись к нам. Вы поняли, что с нами вы получите больше денег. А, вижу, улыбаетесь! — засмеялся он. — Значит, я угадал! Для людей вроде вас деньги — это всё! Ничего, мы заплатим вам столько, сколько будет нужно, только выторгуйте для нас такие условия, чтобы…
— Деньги — это скучно, — протянул Мартас. — Я могу раздобыть их где угодно.
— Женщины?
— Тем более, господин генерал, смотрите пункт первый! Ну и потом, не в обиду вашим дамам будет сказано, они не совсем в моем вкусе.
— Власть? — негромко произнес тот. — Гхм… У нас…
— Не беспокойтесь, я абсолютно не политкорректен и предпочитаю называть вещи своими именами. Я не вышел лицом, верно? — улыбнулся Мартас. — Я светлокожий, светлоглазый, светловолосый. Сомневаюсь, что ваше общество примет меня с большой охотой. Эта колония ведь формировалась по этническому признаку, я не ошибаюсь?
— Да, но мы не так уж… — начал генерал, но не сумел сформулировать мысль.
— Ничего, я к этому привык, — утешил тот. — У всех свои обычаи, а кто я таков, чтобы их осуждать? Нет, господин генерал, у меня в этом деле имеется своя выгода… помимо денег.
— И что это?
— Позвольте вам не отвечать, — сказал Мартас. Выражение лица генерала ему не нравилось. Кажется, тот что-то заподозрил. — Скажем так: это связано с моими далеко идущими планами и к вашей колонии отношения не имеет.