Стекловата

Примечание:

Автор осуждает любые виды приёма наркотиков и резко отрицательно относится к наркоторговле. Как бы банально это ни звучало, после мегатонн пропаганды борьбы с наркотиками, наркотики — это верный способ разрушить жизнь свою и своих близких, которым ты дорог. Последствия употребления наркотиков будут не только физиологическими, но и социально-экономическими — это мало того, что непоправимо вредно для здоровья, но ещё и ебать мой хуй как дорого. И чем сильнее человек превращается в капризную и бесстыжую наркозависимую свинью, тем большую цену придётся заплатить. И я сейчас не только про деньги.

*23 октября 2020 года, г. Санкт-Петербург, лесополоса в Приморском районе*

Павел опустился на колени и начал слепо шарить по осенней траве. Искал он не часы, не ключи, не телефон и даже не уроненный кошелёк.

— Пашка, ты долго? — спросила Полина. — Тут холодно.

Вокруг лесополоса, вокруг деревья с жёлтой листвой, неба не видно — уже глубокая ночь, а под их ногами мокрая земля, прилипающая к ботинкам и туфлям. И вправду, было холодновато.

— Так пиздуй в машину, шкура солевая… — тихо ответил ей Павел.

— Чего? — не расслышала его Полина.

— В машину иди, — чуть громче ответил ей Павел.

Не найдя закладку, он достал телефон и сверился с адресом. (1)

Оказалось, что заклад находится на несколько метров левее. Павел погрузил руки в листву и, испытав неподдельную радость, густо замешанную с предвкушением, нашёл искомый «кусочек счастья», обёрнутый в синюю изоленту.

— Всё, нашёл! — сообщил он Полине.

— Й-е-е! — подпрыгнула та. — Пойдём!

В приподнятом состоянии духа, они вышли на просёлочную дорогу, где оставили свою машину.

— Там точно комбо? — уточнила Полина.

— Да точно, бля, — отмахнулся Павел. — Мяу-мяу (2) и альфа. (3)

— Й-е-е! — снова выразила восторг его пассия.

Они прошли ещё метров сорок, а затем, совершенно внезапно для них, вспыхнули синие проблесковые маячки.

Павел резко закинул закладку за щёку.

— Что тут делаете? — участливо поинтересовался полицейский в чёрной форме.

Одеты в полностью чёрную форму: чёрные берцы, чёрные брезентовые штаны, чёрные кители, а поверх кителей на них были чёрные бронежилеты. Павлу бросилось в глаза наличие у полицейских особых перчаток, с «костяшками» из твёрдого пластика.

«Какие-то непростые менты», — подумал Павел.

Полицейские смотрели на него пристально, ожидая ответа.

— Поссать зашёл, — ответил Павел.

Полина молчала и «светила» их истинные цели эмоциями на своём лице. А Павел был в подобной ситуации уже далеко не в первый раз, поэтому не боялся обыска.

— Поссать? — переспросил полицейский. — М-м-м…

— При себе что-либо запрещённое имеется? — вступил в разговор второй полицейский. — Колюще-режущее?

— Нет, конечно, — покладисто ответил Павел.

— Покажи телефон, — протянул руку первый полицейский.

— Зачем? — спросил Павел.

— Посмотрю, что ты тут делал на самом деле, — напрямую ответил ему полицейский.

— Держите, — Павел передал ему телефон.

— Разблокируй, — потребовал полицейский.

— Нет, — ответил на это Павел.

Полицейский передал его телефон напарнику и сказал:

— Вызывай контору — будем разбираться.

Павлу такой поворот событий не понравился, поэтому он начал напрягаться.

— Ты расслабься, — посоветовал ему полицейский. — Точно при себе ничего запрещённого?

Непонятно, зачем он это спросил, так как следующим его действием был обыск Павла.

Полина стояла как дерево, боясь пошевелиться, но её попытка не отсвечивать пропала втуне, ведь её начал обыскивать второй полицейский.

Полицейский залез Павлу в карманы, вытащил ключи от машины и бумажник. Без комплексов раскрыв бумажник, он начал ознакамливаться с визитками и различными чеками.

— Хорошо живёт, — произнёс полицейский, показав напарнику чек из «Birch». — Чек на двадцать штук.

Ничего запрещённого, конечно же, там не было. Всё запрещённое находилось сейчас за щекой Павла.

— Дальше, — произнёс полицейский и продолжил обыск.

Когда дело дошло до осмотра ротовой полости, Павел продемонстрировал выдающуюся технику контроля горла — он заглотил закладку и задержал её в горле.

Полине же просто простукали карманы куртки и осмотрели содержимое сумки. Но там не было ничего, кроме зеркальца и косметики. А будь там что-то, её бы здесь точно не было.

Пока происходила вся эта непонятная Павлу деятельность, подъехал полицейский минивэн, навстречу которому пошёл напарник первого полицейского и передал в высунутую из окошка руку телефон Павла.

— Пройдёмте, — приказным тоном сказал первый полицейский.

Павла и Полину усадили на заднее сиденье полицейского седана.

Несколько минут они сидели в тишине, прерываемой лишь звуком лопающихся кристалликов в телефоне второго полицейского.

— Мне нужно сделать звонок, — попросил Павел.

Но полицейские проигнорировали его слова.

Павел поочерёдно посмотрел в затылки полицейских.

— Мне нужно сделать звонок, — повторил он просьбу.

— Сейчас во всём разберёмся, приедем в отделение и тогда дадим возможность позвонить, — бросил через плечо первый полицейский.

Тут его «Айфон» тренькнул о пришедшем сообщении.