Чтение онлайн

– Что с тобой? – заинтересовался Уоз, спешно разматывая грязную тряпку на голени юноши. Увидев странную рану, присвистнул: – Это кто так тебя?

– А как ты считаешь? – превозмогая боль, скривился ученик. – Конечно, наш бесстрашный воин, язва нестерпимая и кровожадный зверь в одной прекрасной девушке! – Он истерично расхохотался. – Теперь понятно, зачем она вонзила кинжал в мою ногу! Видимо, захотелось немного перекусить…

– Не думаю, что она хотела тебя съесть, – серьезно возразил Уоз, высыпав на рану содержимое серого мешочка. От зеленоватой смеси в стороны пошел легкий, немного искрящийся туман. – Скорее всего, ты чем-то разозлил шакти.

– Разве что тем, что я – не мышь, – сердито буркнул тот, не в силах смириться, что девушка, о которой он думал два года – оборотень.

Учитель примолк и лишь чуть шевелил губами, исцеляя юношу. Тот старался не шевелиться, пытаясь не отвлекать Уоза. Отвлечь его было делом весьма легким, но тогда наследник рисковал навсегда остаться с незаконченным заклинанием в вечной ране. Нет ничего хуже, чем недоделанное целительство. Переделать его уже невозможно. Сам учитель рассказывал ему о таких случаях много и с удовольствием, часто отмечая, какие из них – его рук дело.

Когда Уоз закончил, Лай убедился, что нога – целехонька. Лишь тонкий шрамик на голени напоминал о противной тушке зверька, которого Кота случайно пригвоздила к нему в подвале. Юноша вскочил на ноги и весело рассмеялся. От гнетущего чувства растерянности не осталось и следа. Ну, подумаешь – волчица! Да он воспитал пять собак! И дикий зверь не испугает юного наследника. К тому же, Кота вела себя вполне адекватно, отличаясь от обычных девушек разве что большей непосредственностью. Учитель прав – глупо бояться того, кто стремится защитить твою жизнь. В конце концов, если бы она хотела смерти Лая, то напала бы на него еще два года назад, на берегу Ори, когда он был абсолютно беззащитен перед подготовленной мечницей.

– Так-то лучше, – удовлетворенно хмыкнул Уоз, не отрывая взгляда от ноги Лая. Но тот знал, что хитрый учитель имеет в виду не его исцеление.

Лай побежал следом за девушкой. Он хотел извиниться. Сейчас парень и сам не понимал, что на него нашло. Да, она скрывала, что волчица. Но, скорее всего, по тем же причинам, по которым он утаивал, что – прирожденный локки. За это не стоит судить… во всяком случае, не ему.

Лай вылетел на полянку и чуть не полетел кубарем, обнаружив Коту сидящей на небольшом мшистом пеньке. Девушка не смотрела в его сторону. Обхватила руками колени, уткнулась в них лбом. Плечики чуть подрагивали. Лай испытал смешанное чувство вины и облегчения. Он был рад увидеть вполне человеческие эмоции, но слезы были на его совести. Медленно подошел и осторожно тронул девушку за локоть.

– Кота, прости, – тихо сказал он. – Я осел и невежда!

Девушка вздрогнула и подняла заплаканное личико, но сказать ничего не успела. Следом за юношей из леса на поляну выскочил возбужденный Уоз. Дырявая рубаха его развевалась на ветру, оголяя то одну часть тела, то другую. Темные глаза на бледном лице блестели ярче утренней росы.

– Бегите, дети! – крикнул он. – Туда, где никого нет! Где можно спрятаться, раствориться в просторах тишины! Я постараюсь задержать… – И, не останавливаясь, понесся вперед, пересекая полянку и углубляясь в еще более темную громаду леса.

Лай схватил Коту за локоть и притянул к себе. Другой рукой сорвал второй красный мешочек и бросил под ноги.

На этот раз Кота затаила дыхание, но это не спасло. Грудь сдавило так, будто она уже долгое время находилась под водой, перед глазами плясали разноцветные пятна. Вскоре тиски пространства исчезли и, судорожно вдохнув, девушка помотала головой, стараясь поскорее вернуть привычную картину мира: когда земля под ногами, небо над головой, а она – между ними.

Длинное узкое ущелье, едва освещенное утренним солнышком, встретило путешественников ехидным оскалом острых каменных краев. На самом дне, где они стояли, почва была как будто вывернута наизнанку. Ни один цветок, ни одна травинка не рискнули бы пустить росток в этом гиблом месте. И лишь высокие, голые до гладкости, стволы, карабкающиеся вдоль скупых на краски скал, заканчивались где-то там, очень высоко, редкой красноватой листвой.

Кота сглотнула, ощущая, как медленно цепенеет затылок. Картины прошлого бешеными белками носились перед внутренним взором.

– Куда ты меня тащишь? – весело спросила девушка, едва поспевая за братом.

Далас не оборачивался, ничего не объяснял и только изредка на бегу бросал опасливый взгляд на хмурящееся небо. Неровные клоки темно-серых волос мужчины трепал душный ветер. Коте нравилось, что рыжие не носят длинных прядей, как в ее родной стае. Наверняка, так удобнее, да и хлопот меньше… но сама она пока не решилась на стрижку.

Покуда она размышляла, как будет выглядеть без длинных черных кос, Далас остановился, поспешно опустился на колени и осторожно заглянул за серый валун. Холодная капля упала Коте на темечко, сразу стараясь проложить себе путь к затылку. Поежившись от неприятного ощущения, девушка подошла к брату.

– Что разглядываешь? – с любопытством уточнила она, впрочем, стараясь держаться чуть поодаль от самого камня.

За время, проведенное с Даласом, она поняла, что нужно всегда быть начеку. Брат не станет предупреждать об опасности, не подаст руку, чтобы помочь подняться, не остановит на краю обрыва… Девиз рыжих – лучше сразу дать щенку обжечься, чем сто раз предупреждать его не совать нос в костер.

– Посмотри сама, – неопределенно хмыкнул мужчина, бросив на девушку пытливый взгляд темных глаз.

Кота коротко кивнула и деловито обогнула камень. Раз Далас сказал посмотреть, значит это – очередное задание. Глянув, она поспешно отшатнулась, едва не вскрикнув: под ногами разверзлась огромная пропасть, наполненная гигантскими змеями. Приглядевшись, Кота поняла, что длинное ущелье запружено гладкими стволами странных деревьев. Те пытались расти вверх, но их основания были закручены неведомой силой в кольца и даже спирали. Ближе к скалам стволы были мощнее и росли прямее, чем тонкие кудри посередине. У них даже на верхушках можно было разглядеть редкую листву.