Стая
Шрифт:
– А кто сказал, что тебя казнят?
Она резко вскидывает головку, и в её глазах вновь загорается жизнь.
– Ты…
– Я тебя никому не отдам. Неужели я не смогу защитить свою жену?! За кого ты меня принимаешь?!
– Но позволит ли… Наша вражда на генном уровне. Мы не сможем…
– Сможешь. Ооли теперь – императрица Фиори. Она фиорийка! Ты – жена барона Серга дель Стела, фиорийца. Значит, тоже фиорийка. А фиорийцам между собой делить нечего! Так сказал император! А его слово – закон для каждого подданного! – Бросаю пафос и произношу уже нормальным тоном: – Думаю, я смогу решить все проблемы, Яяри. Мы с императором одной крови, и он не сможет мне отказать в такой малости, как жизнь одной аури…
– Одной крови? Вы – родственники?
– В некотором роде…
– Из одного рода? Клана? Племени?
– Скажем так – соплеменники. Так что могу тебе поклясться: проблем не возникнет.
Бледность начинает уходить с округлых щёчек. Интересно, внешне аури выглядит совсем соплячкой, совершенно детское, даже чуть наивное личико. С другой стороны – женская округлость фигуры, большая для её расы грудь…
– Сколько тебе лет, Яяри?
Она эхом откликается:
– Двадцать три года кланов.
По-нашему – двадцать пять. И не скажешь! На вид – не больше семнадцати.
– А тебе?
– Если перевести на исчисление саури – двадцать пять.
Она вскидывает глаза, меряет меня взглядом, будто заново видит, потом вновь пытается улыбнуться:
– Ты выглядишь очень хорошо для этих лет.
– Мы живём меньше, чем вы. К сожалению…
Она беззаботно машет рукой:
– Не проблема. Кстати… Ты так и не сказал, откуда знаешь речь кланов. Научился у Ооли? И потом, у тебя множество знаний и навыков, не соответствующих этому времени. Откуда ты, Серг? Тоже… пришелец?..
– День откровений, Яяри? Хочешь знать? Уверена в этом?
Она настораживается. Но я успокаиваю:
– У нас говорят: от многих знаний много горестей.
– Умные слова. Но ты уходишь от вопроса. Так кто ты на самом деле, Серг?
– Сергей Стрельцов. Старший лейтенант Военно-космических сил Империи Русь. Пилот истребителя, Яяри. Человек.
Её глаза округляются, а ротик приоткрывается от изумления. Девушка даже трясёт головой, пытаясь осознать:
– Подожди-подожди… Империя Русь?! Что-то такое я слышала… Дай вспомнить… – И вдруг белеет вновь, как в тот раз, когда услышала об Ооли: – Ты – русский?! Не может быть! Зачем ты лжёшь?!
Теперь моя очередь удивиться.
– С чего ты взяла, что я лгу?!
– К нам поступали сведения от пленных саури о другой расе, с которой они воюют! Это мерзкие толстые существа, которые не брезгуют поеданием других разумных и которые уничтожают всё живое на захваченных планетах! Кроме того, эти… русские… не признают никаких законов и правил войны, тупы и безмозглы! И берут лишь своей численностью! А ещё они крайне нечистоплотны и мерзко пахнут!
– Гхм… – Я даже кашляю от изумления. – Это, извиняюсь, обо мне? Так… Ну, пахнуть, допустим, я пахну. Ты, впрочем, тоже имеешь свой особый запах. И он мне, кстати, нравится, если на то пошло…
Саури начинает алеть.
– Далее: если животных, которых мы когда-то разводили на пищу, считать разумными, то да, мы их поедали. Правда, уже лет так пятьсот, если не больше, вся наша белковая пища выращивается на специальных заводах, и поверь, то, что там производится, не может ни мычать, ни реветь, ни дышать, а уж тем более думать. Насчёт не чистоплотности ты убедилась сама, и я не исключение. Ну а по поводу моей тупости… Решать тебе. Я не асийчи, не военный тактик. Просто пилот истребителя. Вот и всё. Если же ты о законах войны, то мы отплатили саури той же монетой, что и они! По крайней мере, мы не выжигали планеты целиком и не уничтожали пленных! И не убивали мирных жителей!
Вспышка гнева отнимает у меня остаток сил, и я кое-как откидываюсь на подушки. Надо полежать, а то совсем поплохело. А Яяри внимательно следит за моей реакцией. Понимаю, девушка ни при чём – контактов между нашими расами не было, и она может судить о нас лишь по пропаганде саури. А те умеют вывернуть всё наизнанку.
Молчание затягивается, её глаза упорно сверлят меня. Не выдержав, бурчу:
– Император, как я уже сказал, тоже из наших.
Тишина. Потом слышу практически бесшумные шаги. Матрас подо мной чуть прогибается, когда рядом со мной примащивается аккуратный, обтянутый платьем задик. Потом мягкая ладошка треплет мой ёжик волос.
– Бедненький мой… Вот живёшь себе, живёшь и не знаешь, что о тебе думают окружающие.
– Угу, – откликаюсь я.
И вдруг мягкие губы на мгновение касаются моей щеки.
– Это точно не про тебя!
– Надеюсь…
Всё-таки слова девушки меня чуть успокоили.
– Тебе стало плохо? Ты даже лёг.
– Да нет… Расстроился просто.
– Характер у тебя вспыльчивый, Серг. Ничего, если я буду тебя так называть и дальше?
– Конечно!
Она вдруг укладывается рядом, очень осторожно, чтобы не потревожить меня. Прямо поверх покрывала.
– Я знала, что саури доверять нельзя. Но что даже настолько… – Она показывает узенькую щёлочку между пальцами, улыбается, и вдруг вся моя обида проходит. Тянусь к ней, но Яяри шутливо шлёпает меня по руке. – Потерпи. Не стоит себя раньше времени заводить. Не в твоём состоянии сейчас… – Умолкает. Потом, краснея, добавляет: – Обещаю – это никуда от тебя не денется… Я же сказала, что буду твоей женой. А вся Галактика знает: слово асийчи твёрже камня! Так что сначала выздоровление, а потом все тридцать три удовольствия. Договорились?
Возражать и настаивать у меня нет ни малейшего желания, и я киваю, хотя сердце бешено колотится. Неужели…
Глава 20
– А что это такое? – Яяри держит в руках лист бумаги, на котором изображены чертежи парового двигателя.
– Мотор для моего корабля.
– Мотор? Тот, что будет приводить корабль в движение? А по какому принципу? – Она чуть морщит лобик, разбираясь в хитросплетениях карандашных линий. Потом переводит взгляд на меня. – Не могу сообразить, даже странно…