Чтение онлайн

Глаза старика широко распахнулись, лицо стало не то, что бледным — серым, и покрылось крупными каплями пота. Руки задрожали, рот беспомощно хватал воздух.

— Что с вами? — Ячи подскочила к дедушке и помогла ему снова сесть: старик потерял равновесие и едва не упал на спину.

— Расскажите про папу, — неожиданно попросила Йоруичи и так взглянула на старика, что тот, даже несмотря на всколыхнувшийся при имени Демона Войны страх, вздохнул и приготовился рассказывать. «Раз уж у него такие красивые дочери, то быть может, он остепенился?» — с надеждой подумал он.

— Все началось сто восемьдесят шесть лет назад, — начал свой рассказ старик.— В восьмидесятом районе Северного Рукона, самом жестоком, беззаконном и ужасном районе Руконгая. Район Зараки. Оттуда вышли двое, юноша и девушка на вид лет шестнадцати-семнадцати. Юноша был охотником за головами, жестоким и беспощадным воином, а его сестра — напротив, добрая и милая девушка, но и она была на многое способна. Иначе там не выжить. Два охотника за головами, Кеншин Карасу и Юки Карасу. Слава Кеншина как непобедимого охотника за головами быстро разлетелась по всему Руконгаю, он не упускал повода показать свою силу, и там, где он сражался, оставались в живых лишь двое: он и его сестра. Так продолжалось два или три года, пока они не столкнулись с сущим дьяволом, таким же охотником за головами, как и они. Эта весть в считанные дни облетела Руконгай, весть о том, что Кеншин Карасу и Кенпачи Зараки сошлись в битве. Не буду таить, я был одним из тех, кто молился о том, чтобы эти двое убили друг друга, но случилось самое худшее, как мне тогда казалось: эти двое стали закадычными друзьями. Вдвоем они перебили столько народу, что и не счесть, но стоит отдать им должное, они не трогали мирных жителей, разве что кто-то попадал под горячую руку или не успевал сбежать, когда одному из них приходила в голову идея подраться с другим. Больше тридцати лет они вдвоем бродили по Руконгаю, обошли практически все районы, пока в один прекрасный день не появились здесь. О да, я на всю жизнь запомнил тот ясный весенний день, когда эта парочка вместе с Юки и Ячиру — девочкой, спутницей Кенпачи Зараки — появились здесь. Синигами, призванные нас защищать, просто трусливо сбежали, и мы прятались по норам в надежде, что два дьявола пройдут мимо. Кенпачи Зараки сразу же вступил в ряды Готей-13, зарубив своего предшественника, Кенпачи Кингаджоу. Они даже не сразились толком: Зараки убил своего врага одним ударом меча, став капитаном одиннадцатого отряда. Ячиру Кусаджиси осталась с ним и стала его лейтенантом. А Кеншин и Юки Карасу поступили в Академию Синигами, с первого раза и без особенных усилий. Очень быстро они показали себя как сильнейшие студенты в Академии, а ваш отец за время учебы уничтожил большой аристократический клан Игараши. Я не знаю, что между ними произошло, слишком много противоречивых слухов. Но факт есть факт: клан уничтожен одним-единственным человеком. А затем началась гражданская война, самое страшное время на моей памяти. И именно тогда он получил прозвище Демон Войны. Там, где он проходил, в живых не оставалось никого, кроме немногочисленных пленных, он уничтожил добрую половину повстанцев, он сразил одного из главарей-капитанов в открытом бою, он впоследствии стал капитаном десятого отряда и превратил кучку синигами в мощный ударный отряд, он воспитал почти половину теперешних капитанов. А сто десять лет назад что-то произошло. Какие-то внутренние разборки вынудили его сбежать в Мир Живых вместе с несколькими капитанами и лейтенантами.

— А что стало с Юки?

— Юки Карасу заняла освободившийся пост капитана девятого отряда еще во времена войны, она и сейчас занимает эту высокую должность. Сейчас у вашей тетушки титул лучшего мастера кидо за всю историю Сообщества Душ, и если ее способности поражают воображение, то могущество вашего отца всегда было за гранью понимания. За более чем двести лет жизни его сумел победить лишь один человек. Кенпачи Зараки, и то в последние десятилетия на посту капитана поговаривали, что Кеншин Карасу станет заменой Ямамото Генрюсаю, но не сразу, а лет через триста.

— Спасибо, — искренне поблагодарила Йоруичи, отмечая, насколько скуп рассказ старика.— А вы не могли бы рассказать нам про капитанов — воспитанников папы?

— С одним из них вы только что сражались. Капитан третьего отряда Гин Ичимару, жестокий и беспощадный воин, исполнительный и педантичный синигами, а еще — саркастичный, циничный, наглый, самовлюбленный и самоуверенный хам. Я ощутил на себе вашу реацу, и все равно скажу: он вас отпустил потому, что узнал вас. Бьякуя Кучики, самый известный капитан Готей-13. Очень спокойный и флегматичный синигами, глава благородного клана Кучики, старший брат приговоренной к смертной казни Рукии Кучики, но не родной. Он принял Рукию в свою семью…

Ичиго Куросаки хотел спросить, к чему весь этот разговор, но очень вовремя промолчал и развесил уши, ловя каждое слово. А старик все говорил и говорил, рассказывая Йоруичи все, что знает о сильнейших бойцах Готей-13. Нельзя сказать, что Йоруичи не верила папе. Кеншин рассказал ей исключительно о боевых способностях самых сильных врагов, но никак не о том, как к ним относятся синигами и кого они из себя представляют в жизни, а не на поле боя.

— Спасибо, — Йоруичи бросила в рот печеньку и запила чаем. Старик огляделся и с удивлением отметил, что вся честная компания уже вовсю работает челюстями, употребляя еду, принесенную одной из девочек.

— Угощайтесь, — мило улыбнулась Ячи. Старик механически взял бутерброд и принялся жевать, не чувствуя вкуса и с некоторой настороженностью поглядывая на близняшек. «Они заставили меня рассказать все, что им нужно, и даже не принудили, — думал дед.— Впрочем, чего еще ожидать от детей Демона Войны и главы карательного отряда?»

— Кстати, у нас тут есть дело к госпоже Куукаку Шибе, — Ячи подняла на него взгляд. В этих глазах было столько кавая, что старик умиленно выдохнул, мгновенно забывая о всех своих подозрениях.

— Вы найдете Куукаку Шибу за деревней, вот карта, — старик извлек лист бумаги и принялся чертить набросок карты местности, указывая, как им пройти.— Вот здесь пройдете через рощу, затем спуститесь вниз по ручью и выйдете на луг. Там вы увидите ее дом.

— Спасибо, дедушка! — милая улыбка.— Ну ладно…

Ячи осеклась и резко обернулась — дверь вылетела на середину помещения. В облаке пыли эффектно появился высокий мускулистый парень в широких штанах, жилетке и пятнистой бандане. Мозолистая рука стащила защитные очки, а насмешливый взгляд обвел гостей, останавливаясь на Куросаки.

— Синигами? Что здесь делает этот синигами? — с явным вызовом осведомился задиристый парень, уставившись на Куросаки, который, в отличие от Ячи и Ичи, носил привычную форму синигами.

— А тебе-то какое дело? — неожиданно дружелюбно осведомился Ичиго.

— Такое! Я — Гандзю по прозвищу «Алое Ядро Западного Рукона», и я — номер один из тех, кто хочет быть боссом всего Руконгая! Я больше всех ненавижу синигами. Так что отвечай…

Рука Гандзю сначала потрепала Ичиго по щеке, а затем стиснула щеки. Глаз временного синигами дернулся, кулак с хрустом сжался. Выдержка, воспитанная директором Карасу, стремительно таяла, как кусочек масла на раскаленной сковородке.

— Гандзю, остановись! — попробовал прервать назревающую драку старик, но у него не вышло.

— Кто ты, господин дерьмовый сини… кхар!

Гандзю с грохотом покатился в сторону выбитой двери, сбитый с ног мощным ударом в челюсть, нанесенным без замаха. Ичиго поднялся — все это время парень сидел на подогнутых ногах — и многозначительно хрустнул костяшками пальцев. Чад бросил на Ичиго тревожный взгляд — его друг потерял слишком много крови, — но Куросаки едва заметно кивнул, показывая, что все в порядке.

— Драки захотел? — Гандзю взлетел на ноги, трогая распухающую челюсть. Темные глаза бешено сверкнули, рука потянула из-за пояса короткий меч, напоминающий тесак для рубки мяса.

— Ты первый полез ко мне, — Куросаки легко уклонился от выпада тесаком. Невесть зачем сделав колющий удар тупым острием, Гандзю завалился вперед, и тут колено временного синигами с хрустом врезалось ему в грудь. Парень скорчился, выпучил глаза и рухнул на пол. Ичиго не стал торопиться его добивать. Кеншин учил его, что если ты не хочешь убивать — посмотри, как поведет себя противник. Если он потянется к оружию — добивай. Если же нет…