'Стать богом
Шрифт:
– Приказ.
– И только? Мог отказаться.
– Нет. Зачем. Это честь — выполнить тяжелое задание, послужить своему народу.
Ушпак промолчала, часть речи пропустив мимо ушей. Другое подумала — не судьба ли его послала?
– Что за предложение несешь?
– Расскажу всем.
А голос словно сладость!
– Тебя убьют потом, - не сдержала вздоха. Ангел же беспечно отмахнулся:
– То не печаль. Зато выслушаете.
Ушпак больше ни слова не сказала, замкнулась. Впервые ей претила мысль об убийстве ангела. Подумать — вздор! А — факт.
Завела в залу совета и кивнула в сторону у стены:
– Жди. Сейчас все соберутся.
А сама специально, чтобы его не видеть, повернулась лицом к очагу, сжала спинку стула Дэва, раздумывая, как ей поступить. Нельзя допустить убийства Езеля. Пусть он ангел, но… Что «но» не знала, не могла подобрать слова и определения. Просто внутри росла уверенность, что иначе быть не может и не должно.
– Потом не уходи без меня. Провожу, - заметила очень тихо, сама пугаясь своих чувств и мыслей.
Езель лишь глянул, словно опалил, но не жгучим — теплым, нежным.
Ушпак села в кресло и принялась опять теребить косу, сама себя не понимая. И все старалась не смотреть на мужчину, но нет, нет — косилась. И встречалась с его взглядом, в котором словно обещание чего-то прекрасного, неведомого, как новый мир, как жаркое сраженье.
Езель и сам был в недоумении над собой. Все пялился на женщину и никак не мог заставить себя взгляд отвести. И чувствовал, что нравится ему в ней все, от пят и до макушки. С чего бы вдруг, ведь демон перед ним, враг, а на тебе — не превозмочь себя. Тьфу!
Кто б знал, что столько преодолев, чтоб выполнить поручение, он в самом логове демонов напорется не на меч, не вступит в смертельную схватку с толпой врагов, а попадет в засаду стана дьяволицы, в сети ее глаз и поворота головы, запутается в паутине голоса, и поразит не сталь его и не стрела — комплекция.
Архан! Не удивительно. Наверняка смела и сильна — вон как ладно носит ножны с оружием, и срязу ясно, что не для красоты их нацепила. А как гордо смотрит — без страха, робости. Не женщина — беда.
– Перестань пялиться на меня, - бросила, чувствуя как щеки заливает краска. Еще не хватало, чтоб Езель увидел, как смущает.
Сказать сказала, но лучше б промолчала. Хотела приказать, а вышло мягко, почти просительно. Фу, ты пропасть!
– поджала губы.
Езель уставился на них и понял что пропал. Ее достоинства будут как заноза в уме, третировать и о себе напоминать.
Но тут, же заставил взять себя в руки и отвлечься — в зале появился второй архан.
– Ну-с?
– оглядел ангела и повернулся к Ушпак.
– Какой милашка, - подмигнул ей и плюхнулся в кресло Дэвана. Закинул ногу на ногу и принялся рубашку поправлять.
– Совсем обнаглели, да? Покоя даже здесь от них нет. Меня вот из-за этого явления, - махнул рукой в сторону гостя.
– Подняли с постели, представляешь? Мы так активно общались с …
– Заткнись, Марон, - процедила Ушпак. На фоне этого болвана ангел вовсе выигрывал и тем больше злил свой собрат демон.
Марон выгнул бровь и сморщил носик:
– Ну, что за манеры?
– За-ткни-сь, - качнулась к нему архан и, тот выставил руки.
– Все понял, не рычи. А то у меня мигрень от твоего бурчания разовьется. Кстати, ты не узнавала, с чем к нам посетитель?
– С предложением!!
– рявкнула уже не сдерживаясь.
Езель опустил голову, пряча улыбку над поведением Ушпак и презрение в глазах к демону.
Марон же вжался в спинку кресла и вытаращил глаза. Потом поправил ворот рубахи и выдохнул:
– Надо же, какие мы нервные! Злюка!
– показал ей язык и хохотнул, опять чувствуя себя отлично. Уставился на ангела и принялся изучать с нескрываемым сарказмом. Ехидная улыбочка блуждала на губах, а взгляд так и ел.
– Потом попрошу отдать его мне, - протянул. Ушпак покосилась на Марона, как на размечтавшегося идиота и презрительно скривилась.
– Он мой трофей, обломишься.
– Ой, ну зачем он тебе, лапочка? Ты посмотри на его постную физиономию, на этот убогий наряд, на его хлипкое тельце. Слезы!
– Заткнись, - процедила, чувствуя, что еще слово, и она задушит Марона.
– Ну, что ты заладила? Не выспалась? Ленивый любовник попался?
Это стало последней каплей — Ушпак понесло. Схватила архана за рубашку и выкинула из кресла и из зала. Марон просвистел мимо Езеля, как стрела, и тот в ступоре уставился на женщину.
– Извини, - тут же смутилась та и села обратно, постаралась придать своей осанке величия и гордости.
Езель открыл рот и закрыл — слов не было, все потерялись от потрясения. Нет, он понимал, что Ушпак обладает не дюжей силой, но такой? И понял что окончательно пропал.
– Ты… одна такая, - выдохнул косное, не совсем то, что хотел сказать, но на другое просто не хватило лексикона.
Женщина вспыхнула и прикрыла глаза ладонью, сделав вид, что плевать ей на комплимент мужчины, подумаешь! Она о своем думает и даже не слышит… А у самой сердце в районе горла биться начало.
В это время появился Дэван. Не спеша переступил Марона, уделив ему не больше внимания, чем гонцу Амина — взгляд вскользь и хватит. Прошел и сел в кресло, сложил руки на трости и замер. Все, статуя.
Марон поднял голову, уставился на товарища. Понял что тот как обычно в себе и вздохнул, поднялся тяжело. Оглядел себя и скривился, заметив прореху у ворота рубахи:
– Смотри, что натворила, дура!
– прошипел Ушпак.
Езель только диву давался, наблюдая за демонами. Шокировали одним видом, о поведении и говорить нечего. И перевел взгляд на Ушпак — тебе ли среди них находиться?
Женщина отвернулась, но не забыла под столом, чтобы не видел ангел, дернуть Марона. Того влепило в скамью. Заглох сразу и слова не молвил до появления Изеля.