Чтение онлайн

Вслед за Лениным мы говорим:

«Мы хотели, чтобы нашу нитку, ежели она проведена правильно, стали уважать за ее правильность, а не за то, что она проведена официальным органом».

Коммунистический союз молодежи задумывался людьми, стоявшими у колыбели его рождения, как боевая молодежная организация.

Завет Ленина, теперь, увы, формально присутствующий в Уставе ВЛКСМ, был такой: «Союз коммунистической молодежи должен быть ударной группой, которая во всякой работе оказывает свою помощь, проявляет инициативу, свой почин».

Сейчас эта ударная группа превратилась практически в неуправляемую, рыхлую, аморфную массу, в которой ряд платных энтузиастов, как бурлаки, тянут за собой партийный пассив.

Союз по сути давно распался на «вожачков», маленький актив и большой пассив, подгоняемый левой фразой или попросту демагогическим лозунгом раз в месяц платить взнос. Взносы – это почти единственная «платформа», на которой осуществляется связь громадного пассива с не громадным активом. Но сколько миллионов в Союзе молодежи, утерявших и эту прозаичную связь!..

Прочитайте еще раз Устав.

«ВЛКСМ – объединяет в своих рядах широкие массы передовой советской молодежи».

«Комсомол – активный помощник и резерв партии…»

С одной стороны, благие надежды на «передовитость» и «активность», надежды, закрепленные в Уставе. С другой – обмолвка: «широкие массы…»

Но могут ли быть широкие массы передовыми? И что в таком случае передовой, передовое?

Эти вопросы мы хотим разобрать в Письме съезду.

Но давайте договоримся учитывать исторические условия, в которых жил и развивался Союз молодежи.

Подчиненный всецело Коммунистической партии, опекаемый ею, ВЛКСМ, как в зеркале повторял все ее исторически обусловленные ошибки. Потеряв своего лучшего и честнейшего генсека Сашу Косырева, комсомол окончательно утерял самостоятельность, и комсомольскими вождями могли помыкать, как мальчишками на побегушках. В последние годы, правда, частично осознав ошибочность такой линии – «на недоверие» молодежи, отдельные товарищи старательно и хлебосольно раздавали эпитеты: «Наша революционная молодежь», «Наша надежда» и так далее.

Но дело от этого не выигрывало.

Создавался замкнутый круг, по которому можно было бесконечно крутиться белкой и не находить выхода.

Разве случайна такая закономерность последних годов – комсомольские вожаки часто сменяются, не успев истратить своего душевного запала «что-то сделать»? «Трудно работать сейчас, трудно пробивать взносы», – вот основные жалобы.

Но легко ли было работать раньше? Нет, было трудно, но было и интересно!

Комсомол такой, каким он является сейчас, – продукт нашей сложной эпохи. Внешние и внутренние обстоятельства страны в целом сформировали не только организацию молодежи (но и каждого второго!) политическим межеумкой, политическим приспособленцем.

Описывать эти обстоятельства – долгий труд. Не вскрывая до конца их сути (да и сможем ли мы, не зная всего, сделать это), назовем два: половинчатое исполнение решений 20 съезда партии и разногласия в коммунистическом мире.

Правильно провозгласив курс на уничтожение последствий культа личности, мы оказались бессильными довести его до конца. И даже больше того, повсеместно, по всей стране, у власти остались старые кадры, и власть ЦК над средним аппаратом всегда была призрачной насквозь. Поэтому справедливо писал в своей предсмертной записке генсек ИКП Пальмиро Тольятти:

«Создается общее впечатление медлительности и противодействия в деле возвращения к ленинским нормам, которые обеспечивали, как внутри партии, так и вне ее, большую свободу высказываний и дискуссий по вопросам культуры, искусства, а также и политики» («Правда», 9 сентября 1964 г.).

Особая партийная платформа КПК явилась громом среди чистого неба. Особость китайской платформы, увы, остается для нас тайной.

Но уже многими замечено, что конфликт с Китаем в целом положительно сказался на революционном движении, он помог выявить четкие или зыбкие позиции партий или отдельных элементов внутри каждой партии.

Вот об этом хочется сказать подробнее, потому что здесь, нам кажется, гвоздь вопроса. Не секрет, что партийная борьба является признаком потенциальной силы партии. Это приложимо, кстати, и к комсомолу, ибо комсомол, в своем организованном и идеологическом начале, полностью повторяет партию. Эпиграфом к работе «Что делать?» В.И. Ленин взял слова из письма Лассаля Марксу:

«…Партийная борьба придает партии силу и жизненность, величайшим доказательством слабости партии является ее расплывчатость и претупление резко обозначенных границ, партия укрепляется тем, что очищает себя…»

Не будем закрывать глаза на то, что в партии сейчас (в комсомоле тем более) много ненужный людей, людей, вредных ей своей безыдейностью, равнодушием, карьеристов и «молчальников» сталинских времен: людей, политически неграмотных, а значит аполитичных. Как очистить партию – это вопрос времени. Но решение его значительно облегчается, если приток в партию, осуществляемый через комсомол, будет чистым и незамутненным, если в партию придут «элементы, действительно просвещенные, за которых можно ручаться, что они ни слова не возьмут на веру, ни слова не скажут против совести, которые не побоялись бы признаться ни в какой трудности и не побоятся никакой борьбы для достижения серьезно поставленной себе цели» (Ленин. Собр.соч. Т. 45. С. 391–392).

Об этом тоже писал Ленин, но отдельно цитируя его, «последователи» Ленина часто передергивают Ильича. Впрочем, идет сия болезнь от боязни самостоятельно мыслить, от боязни ошибиться.

Вот и получается порой противоположное тому, что хотел сказать Ленин.

Итак, комсомол переживает медленный кризис. Этот кризис заключается в том, что будучи, по теории, передовой организацией, комсомол сосредоточил в свих рядах безусловно передовой актив и… передовой пассив, ибо пассивные тоже в комсомоле!