Чтение онлайн

— Случилось то, что сами того не ведая, мы принесли на борт какое-то неизвестное существо. Сейчас оно активизировалось и пытается выбраться из своего заточения.

— Существо? Но как? Как такое возможно?

— Что и как, мы будем выяснять потом. А пока жизненно важных вопросов для нас всего два — Махновский был неумолим и никому не позволял вплотную приближаться к барокамере, где раздавались равномерные стуки, и откуда неизвестный организм яростно пытался выбраться наружу. — У нас нет времени выяснять, насколько может быть опасна эта штука. Главное сейчас, это понять, сколько минут или часов понадобится этому существу, чтобы выбраться из бокса наружу. Лично я предлагаю не искушать судьбу и срочно от него избавиться, чтобы обезопасить экипаж!

— Всё верно, Илья, — Оуэн задумчиво потирал подбородок. Взгляд астронавта уже не блуждал, сон с его лица как рукой сняло, и в дело вступила разумное толкование происходящего — Нельзя подвергать 'Станцию-2' опасности биологического заражения. Сделаем это немедленно, но кому-то надо срочно связаться с Землей.

— Согласен — вставил своё слово Мохандес. — Лично я готов одеться в скафандр и в одиночку вышвырнуть эту штуковину за борт.

Примерно так же были настроены все остальные члены большой команды, но Ивон Полин попробовала высказаться более рационально:

— Послушайте, да вы только осознайте тот факт — она кивнула в сторону барокамеры, — мы так давно искали возможность встретить следы жизни за пределами Земли, и вот такая удача выпала именно нам. Мы вплотную подошли к открытию, равного которому не было за всю историю человечества! Неужели мы вот так просто вытолкнем это существо обратно в космос, позволив ему погибнуть?

— Нет-нет! Раз эта штука прилетела снаружи, — хором раздались голоса членов экипажа, — то уж точно не пропадёт в вакууме, — неизвестно, сколько времени она проторчала там — может годы, а может столетия, — и вот, пожалуйста — теперь она жива живёхонька!

— Я согласен с большинством, но охотно поддержал бы вас, мадемуазель Полин, опасливо вставил своё слово Фанг Шан, но Махновский и Оуэн правы. Мы пока не знаем намерений этой… 'кляксы'. Неизвестно, как она поведёт себя, если вылезет оттуда… Ого! Кажется, эта штука всерьёз взялась за дело!

Раздалось ещё несколько стуков подряд. Неизвестная субстанция явно не желала сидеть взаперти. После серии ударов Юн Хэй вздрогнул и покосился на стекло бокса. Сейчас он находился ближе всех к барокамере. Космонавт оттолкнулся от стены и медленно подплыл ближе. То, что он вдруг увидел, заставило его привлечь всеобщее внимание:

— Эта камера долго не продержится! Смотрите, изнутри уже полно царапин, скоро стекло треснет!

Однако долго пялится на 'кляксу', которая рвалась наружу из-под стеклянного колпака экипажу не пришлось. По интеркому раздался возглас Ерохина:

— Есть связь с Землёй! Перевожу интерком на общее вещание.

— Что там у вас стряслось, ответьте? 'Станция-2', приём! — в один голос наперебой слышались разные голоса из Центра Управления полётами. В конце концов, первым заговорил Рыльский, который взял на себя инициативу вести диалог, и тогда Илья от лица всего экипажа вкратце обрисовал ситуацию.

Когда он закончил, на том конце началось что-то вроде короткого совещания. Затем пришёл первый вопрос:

— Есть ли какие-то предположения, что повлияло на пробуждение 'пришельца'?

— Мы пока не знаем — Высказал предположение Паскаль Оберон. — Возможно, оно оттаяло после холодного вакуума, либо всему причиной явилась воздушная среда.

— Верно, других вариантов пока просто нет — подтвердил Фанг Шан.

— Тогда надо попробовать проделать и то и другое в обратном порядке, чтобы снова обездвижить это существо. Что если сначала откачать воздух из барокамеры и посмотреть, не заснёт ли организм снова. А если это не поможет, тогда заморозить его, опустив температуру до наружного уровня.

— Неужели вы всё ещё хотите забрать этот организм на Землю? — глаза Саманты Каннингем сделались круглыми. Она сжала, а потом разжала свои маленькие кулачки и с возмущением добавила — Но ведь никто пока не знает, насколько может быть опасной эта штука!

— Боюсь, у нас мало времени на все эти эксперименты — задумчиво проговорил Сергей Ерохин — смотрите, стекло изнутри уже стало матовым от порезов и царапин, 'пришелец' с завидным усердием пробует его на прочность. Остаётся лишь возможность как можно быстрее вытолкать эту штуку за борт корабля.

— И как ты собираешься это делать? Вместе с барокамерой? Она ведь не пролезет в наружное отверстие шлюза!

— Смотрите! Что это? — Крик Юн Хэя заставил головы членов экипажа быстро повернуться — Она трескается!

– 'Сапсан-2'!

— Да, командар — Сергей Ерохин на секунду оторопел, потому что Илья назвал его позывным, чего давно не случалось.

— Слушай внимательно! В дальнем отсеке С-1 в боксе с инструментами есть баллон с жидким азотом. Пулей туда и давай его сюда как можно быстрее! Попробуем заморозить эту гадость!

— Внимание всем на Станции-2! — голос из ЦУПа прозвучал громко и тревожно — Нужно срочно изолировать барокамеру хотя бы отчасти. Пока есть время, тащите эту штуку в шлюз и заприте там хорошенько. Так вы обезопасите себя от возможной биологической угрозы. Что с пришельцем делать дальше, будем думать потом. А сейчас поторопитесь!

— Всем членам экипажа рекомендуется укрыться, закупорить доступы к своим отсекам и там дожидаться конца операции — Оуэн стал буквально выталкивать всех подряд в боковые коридоры. Он попробовал запросить Стэндфорда, но тот словно пропал. — Будем держать друг друга в курсе дел, поддерживая связь по интеркому!

— Юн, Паскаль, нужна ваша помощь! — Махновский первым стал отщёлкивать зажимы, которыми барокамера крепилась к стене отсека.

Втроем они полностью отцепили капсулу и в ускоренном темпе потянули её привычной дорогой назад. Илья был впереди и направлял движение бокса. Он хорошо помнил все углы и повороты, поэтому доставка груза в этот раз обещала занять гораздо меньше времени, чем вчера. Втроём у них уйдёт всего каких-то пять минут, чтобы успеть добраться до спасительного шлюза.

По ходу Илья бросал короткие ругательства всякий раз, когда барокамера стукалась об очередную переборку, что и без того добавляло нервного напряжения всем, кто тащил эту неповоротливую ношу.