Чтение онлайн

Послевкусие встречи было неприятным. Так и тянуло хоть раз обернуться, чтобы удостовериться, что мне только показалось. Но только ровно шел вперед к своей цели.

– Мне снова нужен сарен, - остановился у входа в здание. Тут, как везде, где в подвале держат животных, отвратительно пахло.

– О, молодой человек. Нет, - поднялся со стула возле двери матхир, сразу же заходя за свой давно немытый стол.

Такое ощущение, что ему просто сложно пару раз его вытереть тряпкой. Ведь он на него ничего особенно грязного не ставит. Ута всегда в больших колбах, а разного рода принадлежности для ездовых животных вообще не попадают в эту комнату.

– И еще три утагасии, и желательно нормального качества, - подошел к тому же столу.

Сложно было сдержаться, чтобы не скривиться от запаха, но пришлось сильнее сжать челюсти, скрывая любого рода отрицательную эмоцию.

– Вы видели состояние сарена? – начал возмущаться тот, переводя свой голос со сдержанно спокойного на слегка повышенный.

Меня каждый раз интересовало, почему в таком отвратительном месте они так сильно наряжаются. Высокие сапоги, свободные светло-синие штаны и рубашка бежевого цвета. Он ведь работает с животными, которые обязательно должны вымазать. Но каждый раз, в любом из чершей или поллов встречаю подобного рода расцветку их одежды.

– Спасибо за понимание, - слегка поклонился. – Вот необходимая сумма. Буду ждать на улице, - и быстрым шагом вышел из деревянного здания.

Только там вздохнул полной грудью. Можно было бы и иначе построить разговор, но тогда пришлось бы дольше находиться внутри. Вроде не привередлив, но терпеть совершенно не люблю.

Мужчина вскоре выбежал за мной, начал распыляться по поводу маленькой суммы и совершенно пренебрежительного отношения, но в ответ встретил только слегка поднятые брови и руки, заложенные на груди.

Я выложил ему последние деньги, огромную сумму, чтобы поехать в родной полл. Пешком не доберусь до него и за две недели. А это в одну сторону. На сарене смогу за неделю, чуть меньше. Но тогда нужны утагасии и здоровый длиннохвостый, которого мне сейчас отказывались давать.

– Подождите, - приподнял руку вверх, прерывая его нескончаемый поток высказываний. – Не согласны с суммой?

– Вы хоть слушали что я говорил? Мало, слишком мало, - кивнул головой он.

– Точно пересчитали? – с долей сомнения спросил я.

– Конечно. Тут и половины нет, - мужчина позвенел моими же лимами.

Тогда почему не отдаешь? Протяни, ну же.

 - Хм. А я вроде умею считать. Давайте вместе? – дождался его настороженного взгляда и продолжил: - Сарен плюс три утагасии, минус два штрафа за бракованную уту и неподконтрольное животное.

– Что за…

– Не сбивайте. Выемки на голове сарена не работали, так что за это тоже полагается взымать деньги. Минус лимы за дело в суде, которое я выиграю.

– Какой еще суд? – его голос уже чуть ли не сквозил злобой вперемешку с испугом.

– Получается, что я слишком много дал, - развел руки в стороны, не обращая внимания на его вопрос. – Да, много. Тогда возвращайте, - и потянулся за кожаным мешочком.

– При чем тут суд? – отступил он на шаг назад, не желая расставаться с лимами.

Почувствовал их тяжесть и не отдашь?

– Вы подвергли меня опасности. Я вправе так поступить, - и вытянул руку, желая получить свои монеты.

Матхир прижал мешочек к груди и ушел, озлобленно пытаясь испепелить меня перед этим одним только взглядом. Скрепя зубы он дал все необходимое, но вместо трех предоставил две утагасии – по его словам больше не оказалось на складе. Ну и ладно, мне ведь и полторы с лихвой хватило бы. А лимов он и так получил предостаточно. Знаю я насколько завышены расценки, особенно в чершах.

А после началась длинная недельная дорога в родной полл. Вотиан как всегда встречал своей невзрачностью и высокими черными стенами. Внутри, как и снаружи, ничего не поменялось. Такие же грязные узкие улицы на нижнем уровне и светлые на верхнем, отличие между которыми в первые секунды даже глаза резали.

Долго стоял перед трехэтажным почти белым домом, занимающим огромную территорию. Мне с детства он перестал нравиться, как только побывал в других частях полла. Остальные люди ужимаются, не могут найти лишнего свободного места в стенах Вотиана, поэтому зачастую уезжают в соседние менее защищенные черши, подвергая себя и детей опасности. А тут столько пространства и все для одной небольшой семьи.

Подавил все негативные эмоции и пошел внутрь.

– Ари, мой мальчик, - радостно воскликнула мама, сразу же бросаясь обнимать меня.

Я люблю ее всей душей. Немного ниже меня, всегда такая красивая, статная, но очень душевная женщина средних лет, от которой ни разу не услышал плохого слова в свой адрес, хоть иногда заслуживал. Она самый прекрасный человек в калдиморе. И это правильно, ведь дети обязаны почитать собственных родителей. Хотя бы матерей. Мне каждый раз доставляло кучу удовольствия просто стоять в родных объятьях, чувствуя ее безграничное тепло.

– Привет, - отстранился от мамы и поцеловал в щеку.

– Ты как раз приехал к обеду, - сложила свои маленькие руки в кулачок, сразу же прислоняя его к губам.

Она любила так делать, особенно когда волновалось. И это чувство оправданно, ведь сейчас определенно начнется неминуемое.

– Мам, я к себе ненадолго и скоро спущусь, - улыбнулся ей, показывая пальцем вверх.

– Да, конечно. Через полчаса, не опаздывай. Пойду попрошу приготовить твое любимое блюдо, - и быстрым шагом направилась в сторону кухни.

Стены этого дома угнетали. Он был огромным, до ужаса наполненным всякими дорогими украшениями и совершенно ненужными картинами. Я до сих пор не понимаю надобности во всем этом.

Зачем семье из четырех человек трехэтажный дом? Хотя сейчас численность его жильцов уменьшилась благодаря мне. Понимаю, если бы тут проходило много приемов, часто приезжали гости, родственники или даже просто у меня или Орана бегали маленькие дети. Но ведь я не собираюсь продолжать свой род, а брат еще слишком молод для женитьбы. Не люблю этот пестрый, отделанный по последней моде дом. Нет, не для меня.