Стальной сапог
Шрифт:
– Да, ваша светлость. Законный сын, Марк.
Хуго чуть помотал в воздухе рукой:
– Давно. Очень давно не видел я вашего батюшку. И где же он обитает теперь?
Марк вздохнул:
– После того, как в Иерусалиме мой почтенный родитель едва не попал в плен к сарацинам, решил он, что жизнь в Святой земле не стоит того, чтобы отдать за неё жизнь. Собрав отряд охотников и смелых людей, двинулся он дальше на юг. Пересёк великие пески, доселе считавшиеся непроходимыми, и вышел в земли весьма обильные и населённые чернокожими маврами. Чёрными, словно уголья в очаге…
Гроссмейстер затаил дыхание от неожиданности. Негров, он, конечно, видел. Но рассказ молодого рыцаря звучал, словно баллада миннезингера…
– Там основал он поселение, в верховьях реки, Нил называемой, впоследствии ставший городом. И доселе жил в том граде, именуемом окрестными племенами Хараре, что означает, каменный. Правил своими подданными справедливо, как требует того Церковь наша.
Марк состроил постное лицо, а тамплиер осенил себя при этих словах крёстным знамением. Мауберг повторил жест за ним.
– Дальше, сын мой. Дальше.
Рыцарю не терпелось услышать о новых чудесах. Но барон его разочаровал:
– После того, как мы прожили в тех краях долго и счастливо, случилось большое горе – отец мой занемог от болотной лихорадки и скончался. Царствие ему небесное.
Теперь уже Марк осенил себя крестом, как бы не было ему противно внутри…
– Местные племена, прослышав о смерти моего батюшки, подняли бунт, взяли город штурмом, но мы отбились в цитадели. Только удачи нам это не принесло – жители были частью убиты, частью уведены в плен. Надо заметить, что местные племена почитают человечину за деликатес наподобие говядины…
При этих словах тамплиера передёрнуло. Он вскинул голову, опущенную после известий о смерти старшего барона.
– Как?!
– Увы, ваша светлость. Сие – истина. Могу поклясться на Святом Писании.
– Да что вы, барон! Я вам верю. Жаль вашего родителя. Искренне жаль. Одно время мы были с ним очень дружны, и не раз защищали в бою спины друг друга…
– Потому я и обращаюсь к вам за помощью, ваша светлость.
Гроссмейстер насторожился – ещё один проситель? Сколько их сейчас развелось в Европе! Нищеброды… И этот туда же. Эх, жаль Алекса. Да сын, видать, недалеко от отца голодранца ушёл… Между тем Марк прищурился:
– Позвольте продолжить рассказ, ваша светлость?
Тамплиер нехотя кивнул, ожидая услышать обычную просьбу о службе или деньгах, но Мауберг его удивил!
– После смерти батюшки, собрав ценности и золото, мы с уцелевшими решили вернуться в Европу. Нас было немного. Всего двадцать человек. Но спустившись по Нилу вниз, к морю, мы смогли добраться до места, именуемого когда-то Танжером. А оттуда до Иерусалима. Там, сдав имеющиеся при нас средства в банк Братьев, отправились мы в в родные земли, где мои соратники, получив от меня причитающиеся им доли, разъехались по местам, их родивших. Я же, поскольку прожил почти всю жизнь в Хараре, ничего не зная о Родине батюшки моего…
Марк вновь осенил себя крёстным знамением, на что тамплиер поморщился, вычленив из рассказа молодого человека главное – деньги у того есть. Значит, не станет просить взаймы.
…– решил обратиться к вам, как старому другу отца, с просьбой помочь мне приобрести какие-нибудь земли во владение. Известно мне, что в закладе у Ордена имеется множество поместий и угодий. Так вот просьба моя такова будет – нельзя ли мне выкупить одно из них, построить там замок и хозяйствовать по мере сил и разумения?
У гроссмейстера при этих словах непроизвольно открылся рот от изумления:
– Но, сын мой! На это требуются большие средства! Очень большие! Конечно, многое зависит от того, где пожелаешь ты приобрести себе поместье! Но скажу сразу, что это довольно сложно. Хотя – да. У нас в закладе немало усадьб и дворов, а так же деревень, отданных нерадивыми хозяевами.
– Средства, скажем так, у меня имеются. Заёмные письма и чеки от Иерусалимского отделения рыцарей-тамплиеров на сумму в сто пятьдесят тысяч золотых дукатов. Не считая самоцветных камней, сданных на хранение туда же.
– Сто пятьдесят тысяч золотых дукатов?!
Тамплиер едва смог прохрипеть цифру – он никак не думал, что когда-то нищий барон достигнет такого огромного, просто колоссального богатства! А Марк спокойно продолжал добивать де Лаваллера:
– Мой батюшка, царство ему небесное, сумел завести обширную торговлю с негоциантами из разных земель – Хинда, Сина, Корё. Торговал заморскими диковинными товарами, пряностями, благовониями. Не брезговал и "чёрной древесиной"…
Рыцарь едва заметно поморщился при упоминании работорговли…
– Так что связи мои весьма широки. И сами понимаете, что я могу…
Марк выделил слово "могу".
– …могу позволить себе приобрести себе поместье в любом месте Европы, которое вы мне предложите.
Тамплиер оживился – ничего себе! Фон Гейер открыл в себе удачливого купца? Новость! Но хорошая. Если пригреть фон Гейера-младшего под крылом Ордена, то благодаря его связям можно будет открыть для себя новые рынки и новые товары. Ведь барон упомянул волшебное слово – пряности! А это – чистейшее, беспримесное золото! Впервые за время беседы гроссмейстер шевельнулся в своём кресле:
– И где вы вы желали приобрести себе новое родовое поместье, барон?
Марк через силу улыбнулся:
– Последние годы я жил в местах, где слишком жарко. Поэтому бы желал отправиться в места, где попрохладнее, и где есть море. Поскольку дело, которым я желаю заняться, требует большой гавани…
…Точно! Он собирается торговать дальше! А значит, нужно окружить его преданными Ордену людьми, окутать заботой, чтобы он всю оставшуюся жизнь был нам благодарен, к вящей славе Господней!..