Чтение онлайн

– Я провожу, – летчик подхватил Марину под руку и повел к лифту. Портье что-то крикнул им вслед, Марина повернула голову и как могла широко и беззаботно улыбнулась важному, похожему на британского кота служащему в униформе. Он так и остался стоять с открытым ртом и следил за парочкой, пока Алексей не закрыл дверь в кабину лифта и подъемник не уехал вверх.

На третьем этаж было пусто и тихо, Марине сначала показалось, что они идут по коридорам музея. Звуки шагов гасили ковровые дорожки на паркетном полу, со стен сонно пялились пухлые купидоны, державшие над головой светильники. Алексей остановился перед белой с золотом дверью, повернул в замке ключ и распахнул ее.

– Прошу, принцесса, – он приложил руку к груди и поклонился, – ваши апартаменты.

– Благодарю вас, – Марина вошла в номер и сразу заметила, что комнат здесь две. За приоткрытыми шторами одного окна виднелись силуэты кремлевских башен и изящная кованая решетка балкона. В другой комнате было темно, как в подземелье.

– Это что – люкс? – шепотом спросила Марина. – Зачем? Это же очень дорого. Сколько это стоит? – Быстро сосчитать остаток наличных в сумочке она не смогла – не успела.

– Какая разница – сколько?! Тебе не нравится? Тогда пошли отсюда! – Алексей потянулся к ручке неплотно прикрытой двери, через щель между створкой и косяком в номер падала полоска света из коридора.

– Нравится, очень нравится, – Марина схватила его за рукав гимнастерки, – закрой дверь.

Негромкий хлопок, скрип паркетной доски и тишина – Алексей остановился рядом с Мариной, оперся руками о стену возле ее головы и молчал.

– Что ты им сказал? – тихо спросила она и принялась развязывать шнурок на пелерине. Алексей с ответом не торопился, он наклонился и поцеловал ее.

– Что ты иностранка, что ты не понимаешь и не говоришь по-русски, и что ты опоздала на самолет, – он снова замолчал, на это раз надолго. Накидка свалилась на пол, Марина скинула туфли и стала еще ниже ростом.

– Ты наврал им, – с восторгом выдохнула она, – а еще капитан…

– Да, наврал. И сказал, что тебе негде переночевать, а утром ты улетишь, – он сжал ее плечи и поцеловал в шею.

«А вот это чистая правда», – Марина почувствовала, как из глаз вот-вот потекут слезы.

– Подожди, – она оттолкнула Алексея, подобрала накидку и вошла в темную комнату. Глаза привыкли к темноте, она разглядела в углу силуэт кресла и швырнула туда сумку, следом полетела накидка.

– Ты что – боишься? – раздался из-за спины насмешливый голос, но в нем читалась еще и смешанная со страстью обида. Марина подошла к окну, приоткрыла шторы и посмотрела вниз. Под окнами оказалась никогда не спящая Тверская: по улице проносились машины, проезжую часть перебегали пешеходы. Марина задернула плотную тяжелую ткань и повернулась к двери.

– А ты что такой страшный, чтобы я тебя боялась? – в тон летчику ответила она и сделала шаг вперед. – Иди сюда…

Лицо в зеркале выглядело вполне прилично. Марина пристально разглядывала свое отражение, едва не касаясь носом холодной гладкой поверхности. Нет, ничего ужасного не обнаруживалось. Теплая вода из крана и ароматное мыло помогли закрепить результат и даже несколько его улучшить. Марина направилась в комнату, остановилась на пороге.

В утренних сумерках ничего толком не разобрать, видно только разбросанную одежду и скомканное покрывало в кресле. Марина подобрала все с пола, сложила на небольшой диван у стены, улеглась под одеяло рядом со спящим летчиком. Алексей в полусне вытянул руку, обнял ее и снова заснул. Марина осторожно провела кончиком пальца по его плечу, с ненавистью посмотрела на светлые серые шторы на окне и закрыла глаза. «Это все, уже все, – крутилось в голове, – это сейчас закончится…»

Мысль имеет свойство воплощаться в жизнь – в этом Марина убедилась уже очень скоро. Она лежала под одеялом и смотрела, как Алексей поднимается с кровати, идет в ванну, потом одевается и садится рядом.

– А ты чего лежишь? – он легонько щелкнул ее по носу, и Марина зажмурилась.

– Я сейчас, – она взяла Алексея за руку, – подожди, пожалуйста.

– Хорошо, – согласился он, – мне все равно по шее получать, а за сутки или за двое – уже без разницы. Так что я в твоем распоряжении. У тебя во сколько поезд?

Он снова улегся на кровать и прижал Марину к себе.

«Поезд? А, ну, да – поезд. Я же уезжаю», – вспомнила она и ответила:

– В полдень.

– Тогда времени полно. – Алексей посмотрел на свои наручные часы. – У тебя еще шесть часов, вернее, у нас. Я тебя на вокзал отвезу и сдаваться поеду, – добавил он, поднялся и отошел к окну.

«Всего? – едва не выкрикнула Марина, но осеклась и уставилась в потолок, на тяжелую чугунно-хрустальную люстру. – Этого мало, так мало за все, что было и за все, что ждет впереди… Это несправедливо!» Она уткнулась лицом в подушку.

Алексей уселся на диван, достал портсигар, покрутил его в руках и убрал обратно. Потом снова поднялся и принялся шагать по комнате.

– Помнишь, ты про кино рассказывала, ну, где летчик Чкалова играл и шесть раз под мостом пролетел?

– Помню, – ответила Марина, – а что? Посмотреть хочешь? Ты же в кино не ходишь.

– Да нет, не в этом дело. А на чем он летал, не знаешь? На И-16?

Марина закуталась в одеяло, уселась поудобнее, прислонилась к спинке кровати и поджала колени.

– Знаю, – буркнула она, не глядя на Алексея, – на Ш-2, а не на «ишаке».

– На амфибии? – удивленно воскликнул Алексей. – На «шаврушке»? Его же с производства сняли, кому оно нужно, это корыто! А «ястребок» – хорошая машина, верная и безотказная!

– Никакое не корыто, – огрызнулась Марина, – это «ишак» твой корыто и есть, с крылышками. К твоему сведению, немецкий инженер Отто Томсен считает, что оборудование самолета и устройство кабины пилота чрезвычайно примитивны, а открытая кабина является архаизмом. И я с ним полностью согласна, меня саму тогда чуть не сдуло, – она мельком глянула на Алексея и принялась рассматривать свой маникюр.