Чтение онлайн

Явно себя больше успокаивает, чем сестру.

— Конечно, будет, — пожал я плечами.

Изобразить уверенность было несложно, я не Акено, и не моя жена рожает, но сказать, что я был спокоен, было бы преувеличением. Причем немалым. Кента, скотина, да и Акено, нервничающий как-то уж слишком сильно, волей-неволей заставляли сомневаться. Ну а вдруг они что-то знают? Что-то нехорошее. Или именно сейчас случай сыграет против нас? Или метеорит на дом упадет? Да мало ли что может произойти! Коллективное-бессознательное, как говорится. Все нервничают, и я начинаю. Может, не так, как они, но определенно тоже. Кагами, как ни крути, далеко не чужой мне человек.

Помня роды жены, я настроился на длительное ожидание. В первый раз данный процесс может затянуться, десять-двенадцать часов — это норма. Но в нашем случае Кагами рожает во второй раз. Обычно — семь-восемь часов. Может пройти быстрее, а может и затянуться. Я не большой профи в этом, но в свое время узнавал. Правда, давно это было. В любом случае настроился я на восемь часов минимум. Семейство Кояма тоже, видимо, узнавало, что и как, потому что нетерпения в первые часы не выказывали. Но лишь в первые. Уже через шесть часов, после десятка выпитых кружек чая, Акено замер на стуле со сцепленными руками и абсолютно не шевелился. Даже взгляд был устремлен в одну точку. А Шина обходила по кругу кухню с болтающейся за спиной Мизуки. Рыжая вообще больше напоминала хвостик, виляющий то вправо, то влево, но от сестры далеко не отходила. И если Шина все время хмурилась, то выражение лица Мизуки с каждым часом становилось все испуганнее.

— Впереди еще несколько часов, а вы уже на грани, — произнес я, не выдержав. — Успокойтесь. В ближайшее время ничего не произойдет.

— Да что ты понимаешь?! — выкрикнула Шина.

— Шина, — подал голос Акено, — не кричи.

— Да как не… Ладно. Все, я спокойна, — продолжила она движение по кругу.

На седьмом часу ожидания к нам зашла одна из служанок. Шина с Мизуки остановились, Акено поднял голову и впился в нее взглядом, я же чисто из противоречия просто на нее покосился, хоть и сконцентрировал на ней все свое внимание.

— Роды прошли удачно, — дрожащим голосом произнесла служанка.

Акено тут же подорвался со стула, но его опередила Шина, чуть ли не сбившая с ног служанку, а Мизуки просто упала на колени и заревела. Я к Кагами не побежал, первым делом надо было заняться рыжей.

— Ну, — присел я на корточки рядом с ней, — я же говорил. Сакурай Синдзи тот еще везунчик.

На что она, не прекращая реветь, кинулась мне на шею, в результате опрокинув на пятую точку.

— Си-и-и… — после чего, хлюпнув носом, уткнулась мне в плечо и продолжила реветь. — А-а-а…

— Теперь все будет еще лучше, — гладил я ее по голове. — Вот увидишь.

Кое-как подняв на ноги, повел ее в сторону спальни Кагами. Когда я услышал, что все закончилось, причем удачно… сложно объяснить, что я почувствовал. Но одно точно — только после слов служанки я ощутил, насколько сильно был на взводе. Когда мы вошли в комнату Кагами, Акено стоял с стороны кровати, держа в руках сверток, очевидно, с наследником, а Шина сидела на полу с другой. Улегшись грудью на кровать, она, судя по вздрагивающей спине, тоже рыдала.

— Плаксы вы мои, — устало улыбнулась Кагами.

После чего рыжая пристроилась рядом с сестрой и разревелась с новой силой.

— Ну как вы, Кагами-сан? — улыбнулся я, подойдя к молодой матери.

— Отлично, — улыбнулась она чуть шире. — Все просто отлично. — И, повернув голову в сторону мужа, добавила: — Его зовут Шо. Будущий глава клана Кояма.

Шо… Это имя имеет два значения — бриллиант и приз. Как по мне, второе значение в данном случае ближе. Хоть и первое в тему.

Кента, как выяснилось чуть позже, тупо бухал. Убедился, что все нормально, и отправился хлестать спиртное. Я же до самого утра проторчал у Кояма, наблюдая за сияющими людьми. Беготня и суета продлились недолго, а после того, как появился абсолютно трезвый Кента, от которого все же попахивало саке, слуги передвигались только шагом. Быстрым, но шагом. Посреди ночи в доме появились другие члены рода. До этого им, видимо, ничего не сообщали, но как только роды закончились, кто-то все же сделал нужный звонок. Правда, гостей было немного, но это и неудивительно, учитывая, сколько их всего. Тем не менее Кояма Нибори с двумя женами и двумя старшими сыновьями приехал. Жили они не в квартале, так что им на это потребовалось некоторое время.

— Фух, — присел рядом со мной Ренжиро. — Наконец-то от меня отстанут.

Находились мы на кухне, и его младший брат Тама пришел вместе с ним.

— В смысле? — сделал я глоток холодного чая.

— Теперь у клана есть еще один наследник, — пожал он плечами.

— А сам что? — хмыкнул я. — Неплохая ведь должность.

— Иди ты, — отмахнулся он. — Когда у тебя есть все, лишние напряги с ответственностью как-то не прельщают.

— Многие с тобой не согласятся, — сказал я на это.

— Знаю, но я — не многие. Сам подумай, что дает пост главы клана? Кроме ответственности? И с учетом того, что у меня и так все есть.

— Сложный вопрос, — ответил я задумчиво. — Каждому свое. Кому-то свободу, кому-то власть над другими. Кому-то еще что-нибудь.

— Ты сейчас говоришь о людях, которым просто что-то нужно. Без оглядки, — посмотрел он на меня. — И плевать им, что весь клан будет висеть у них на плечах. Главное, свобода и власть. Они просто не видят ничего иного.

— Резонно, — кивнул я. — Но это одержимые. К тому же они все-таки есть.

— Я не из таких, — отрезал он. — Клан превыше всего, — добавил он, отвернувшись.

— Есть и не одержимые, — покрутил я в руках кружку. — Они жаждут чего-то и готовы пойти ради этого на жертвы. В том числе и на принятие ответственности.

— А, — отмахнулся Ренжиро. — Я готов, но уж лучше пусть кланом другой руководит.

Спорить я не стал, да и не о чем. Каждому свое. Лично я осознаю ответственность и в целом согласен с ним, но надо мной довлеют клятвы. Я не могу подчиняться, для меня это слишком опасно. Плюс жажда славы, но это вторично — славу можно обрести разными способами. В моем мире был другой менталитет, другая структура власти, другой уровень силы. Там я вполне мог быть главой корпорации и в ус не дуть. Да и слава у меня там уже была. Ну и нельзя забывать, что клятвы, данные мной, составлялись в том мире и для него же. А здесь… Здесь все резко стало запутанным. Да и нельзя здесь без раскрытия своего ведьмачества сослаться на клятвы. Да, слово тут решает, но, как и в моем прежнем мире, не всегда. А над многим и вовсе посмеются. Еще и потребуют рассказать, кому даны клятвы. В общем, тут не получится, как в дешевом романе про средневековье, поведать об уже данном обете, после чего от тебя резко отстанут. Кому дал слово, есть ли свидетели, можно ли все сделать незаметно? Или вон Ренжиро. Попадется такой начальник, и на все слова у него будет лишь один ответ — клан превыше всего! Особенно если клятвы твои и к нам отношения не имеют.

Для меня взобраться на вершину — это вопрос выживания. Точнее, не так, не совсем выживания. Видел я один раз ведьмака, который нарушил клятву. Здоровый мужик, за плечами которого не одна смерть, представлял собой обычный кусок мяса. Просто тело без малейшего огонька жизни в глазах. Он был жив… и мертв одновременно. Ведьмак не может нарушить клятвы без последствий. Это даже не психология, тут ближе к физиологии. Каким бы циничным мерзавцем ты ни был, насколько бы тебе ни было плевать на окружающих, нарушишь слово — и превратишься в овощ. Все, третьего не дано. Слабые ведьмаки сойдут с ума, среднего калибра — превратятся в живой труп, а сильные, вроде меня… в общем-то как и средние, только у нас есть внутренний стопор, не дающий нарушить слово случайно. Если поднапрячься, сделать это можно, но покажите мне идиота, который пойдет на подобное.