Чтение онлайн

И он меня не остановил. Даже слова не сказал. То есть про домашние отношения со стариком можно забыть. Не удивлюсь, если и дружеские скоро пропадут.

Оставаться жить в квартале после такого я уже не мог. Дружеские отношения с главой клана — это хорошо, если они теперь есть, но покажите мне простолюдина, который живет на родовых землях друга-аристократа. Нет таких. Так что уже на следующий день, предупредив Кояма, я начал собирать вещи. Чем и продолжил заниматься после школы. Именно в этот момент ко мне и зашел Акено.

— Похоже, ты не шутил, — осмотрелся он, когда я впустил его в дом.

— В одиночку это трудно делать, но думаю, за неделю управлюсь, — пожал я плечами.

Многовато я вещичек скопил, это да. Родительские я тоже не собирался оставлять.

— Подожди, — остановил он меня, когда я направился на кухню. — Я ненадолго. Не нужно кофе.

— Как хотите, Акено-сан, — усмехнулся я. — Но в заваривании кофе я совершенствуюсь.

— Слишком медленно, — покачал головой Акено. — Я состарюсь раньше, чем ты научишься варить кофе.

— Чай вам не нравится, кофе тоже, — присел я на диван. — Не стойте, Акено-сан, а то вы меня смущаете.

— М-да, — сел он в кресло. — Не думал, что все так обернется, — и неожиданно выдал: — Собираешься исчезнуть?

Была такая мысль. Если я хочу избавиться от чьей-либо опеки, мне действительно лучше исчезнуть. И передать акции доверенному человеку, потому что у Кояма хватит власти сильно мне нагадить с этим. Да только проблемы это не решит, и ограничений я на себя навешу выше крыши.

— Нет, не собираюсь, — качнул я головой. — Решу эту проблему по-другому.

Просто-напросто сдам родителей. Сразу, как только Кояма сделают свой шаг. Я ведь не давал обещания не рассказывать о том, что они живы. Впрочем, я не собираюсь кричать об их афере на всю страну, просто сообщу обо всем Кояма. Вряд ли Кента остановится, но пока и этого хватит.

— Отец сказал, что ты уверен, будто он… — замялся Акено.

— Уверен, Акено-сан, — вздохнул я. — Без доказательств. Просто уверен.

— Но если ты не прав… Ты ведь и правда можешь быть не прав.

Могу. И осознаю это.

— Тогда мне тем более не стоит тут задерживаться. После таких ошибок я просто не могу использовать ваше гостеприимство.

— Что ж ты такой упертый? — покачал он головой.

— Я… Акено-сан, если я не прав, то ничего, кроме моего места жительства, не изменится. Когда-нибудь я все равно должен был переехать. Я бы даже извинился еще раз, искренне извинился, но от бездоказательной уверенности сложно избавиться. Я осознаю, что могу быть не прав, мне будет очень стыдно, но я не могу ничего с собой поделать. Мы с адвокатами перепробовали много чего, но каждый раз натыкались на какие-то препоны. Кому это еще нужно, кроме вашего отца?

— Ну а ему-то зачем? — воскликнул, не выдержав, Акено.

— У него спрашивайте, — поджал я губы. — Я, знаете ли, тоже не понимаю.

— Ты, похоже, и не собираешься искать логику в этом деле, — провел он рукой по волосам.

Ну не говорить же ему о своем «повелительстве»? Он, видимо, и не знает об этом. А может, стоит? Может, рискнуть? Нет. К черту риски. И так хрен знает что происходит. Еще и такой неопределенный фактор, как Акено, в дело добавлять точно не стоит.

— Да поздно уже логику искать, — усмехнулся я. — Что есть, то есть. Мне нужна свобода над головой, даже с родителями умудрился договориться, а вот с Кояма-саном такое вряд ли пройдет.

Давить-то мне на него нечем. Разве что угрожать, что вот как вырасту, так устрою ему кузькину мать от всей своей «повелительской» души. Но это глупо. Не сейчас точно.

— И что ты уперся в эту гипотетическую свободу? — покачал головой Акено. — Как будто у тебя тут же все отберут. Или на галеры отправят. Тебе до совершеннолетия осталось всего ничего.

Над этим я тоже думал. Чисто логически Акено прав — незачем Кенте лишать меня всего. Если ему нужен в будущем Повелитель огня, то злить меня, настраивая против себя, не стоит. Подождать немного до совершеннолетия, и хрен кто заставит меня дать клятву верности клану. Это раньше я гадал над различными действиями старика, но теперь все несколько упрощается. Однако в Малайзию я отправиться уже не смогу. Дело даже не в том, что не дадут, просто смысла уже не будет. Как и Шмиттам, к слову, которых подставлять ой как не хочется. Ведь все, что мы завоюем, окажется именно у клана Кояма — слишком велика будет наша связь в глазах императора. Если Кента все же добьется своего, придется делать что-то совсем плохое и неразумное. Либо все отменять. Но даже не будь Малайзии — такая связь определенно помешает мне в будущем получить свой герб.

Надо что-то делать. Как-то затормозить Кенту. Хотя бы затормозить. Или, может… притащить к нему родителей? Или не молчать, а предъявить доказательства их жизни самому бюро опеки? Или…

— Акено-сан, передайте Кояма-сану, что если он потянет ко мне свои руки, пока идет дело, Шидотэмору подаст на него в суд. Мы найдем причину, связанную со мной.

— Что? — вскинул он брови.

— И я гарантирую, что об этом узнает очень много людей. Не только аристократов. Пусть даже мы проиграем, наверняка проиграем, но резонанс точно будет. Я не собираюсь сдаваться без боя.

— Доигрался? — спросил Кенту сын. — Плевать на его слова, что ты будешь делать с его обидой на клан?

— Знаешь, — произнес Кента медленно, — его слова тоже не подарок. Клану Кояма — судиться с какой-то там Шидотэмору из-за мальчика-простолюдина?! И смех и грех.

— Так ты все-таки мешал ему, — поджал губы Акено.

— Чуть-чуть, — подтвердил Кента. — А обида у него не на клан, а на меня лично. Это ерунда… Но каков, а? — даже восхитился он. — Вывернулся-таки, молокосос.

— То есть ты его оставишь в покое? — спросил Акено.

— В этот раз, — кивнул Кента. — И не его, а это дело с опекой. Я, кстати, и не собирался доводить его до конца.

— Это как? — удивился Акено. — Зачем тогда начинал?

— Если бы ты, дурачок, к нему не пошел, я бы просто спустил все на тормозах, а он потом пришел бы ко мне просить прошения за то, что ошибся. А опека… Зачем она мне, если он, как ты выразился, затаит обиду на клан? Это сейчас у него претензии ко мне лично, а как оно будет потом, неизвестно. Бог его знает, какие мы планы ему поломаем.